Дарина Наар – Секс-символ (страница 77)

— Хочу вам представить эту отважную девушку, что спасла мне жизнь. Фернанда Ривас — инспектор федеральной полиции и заодно моя супруга. Удачно я женился, правда?».

«Из всего шоу сделает», — подумала Фэр мрачно. Но восхищение в ней взыграло. Джерри великолепен! Его чудом не убило декорацией, а он шутит.

Видя состояние Фернанды, Джерри спровадил её за кулисы, велев помощникам о ней позаботиться.

— Дождись меня, мы закончим через минут тридцать, — шепнул он Фэр на ухо.

Девушка-администратор увела Фернанду в подсобку, где была оборудована комната отдыха. Занавес вновь открыли, и Джерри, и артисты балета вышли на сцену продолжать шоу.

Фэр пила чай, сидя на диване в пыльной подсобке. Сбоку от неё, на трёхногом столике, были кучей свалены костюмы, а по углам распиханы старые и новые декорации. Девушка-администратор кружила под боком, уверяя — весь «Гран Рекс» гудит. Какая она смелая! И как она заметила летящий шар? Фернанда молча кивала. Чай, пахнущий жасмином и бергамотом, слегка горчил, а чашка жгла пальцы, и, унимая дрожь, она обняла её ладонями.

Тот сон был пророческим. Если бы не приснился ей этот шар, и не пришла бы она на концерт, Джерри был бы мёртв. Миллион раз она проклинала его, ругала, ненавидела, но сегодня, обнимая, живого и красивого, такого чужого и родного одновременно, Фэр поняла, что не хочет его терять. И сколько бы не носил он масок, пряча реальность, он ей нужен. А ещё говорят — судьбы нет. Врут всё.

Концерт заканчивался, и Джерри надо было переодеться для финальных песен и поклонов. Администратор ушла помогать, а Фернанда осталась одна. Вот тут её и прорвало — она разревелась. Рыдала и рыдала, уткнувшись носом в чашку с чаем.

Когда минут через пятнадцать Джерри, сияя заклёпками на кожаном костюме (теперь белом), вошёл в подсобку, Фэр так и всхлипывала.

— Идём со мной, — он крепко сжал её плечо.

Фернанда отставила чашку и пошла за ним. Она мечтала, чтобы он обнял её, прижал к себе, ничего не говоря и не спрашивая, но Джерри безмолвствовал. Вокруг них лебезили помощники: администраторы, менеджеры, костюмеры. У Фэр от их воплей и предложений чая, кофе, виски, таблеток, еды и врача голова опухла.

Впустив Фернанду в гримёрку, Джерри отправил всех прочь. Фэр села в кресло, а он запер дверь на ключ. Она молчала, искоса наблюдая за ним. Подойдя к зеркалу, он начал снимать грим с лица — глаза его были сильно накрашены.

Оделся Джерри в рваные джинсы и чёрную рубашку. Снял митенки. Глядя в пустоту, стал развешивать костюмы по вешалкам. Ну почему он молчит? Всё лелеет свою маску. Неужели никогда не расслабляется? А Фернанда впервые чувствовала нежность. Наверное, это от испуга, но ощущение милое.

Когда Джерри разгримировался, он, наконец, включился в сеть. Приблизился к Фэр и сел у её ног. Заглянул в лицо, подобравшись снизу, как хитрюга-кот.

— Ты успокоилась?

Она кивнула сдержанно, хоть и мечтала об обнимашках.

— Как ты здесь очутилась?

— Ну… просто пришла. Я… ну, я увидела по телевизору, что ты назвал мной другую, — пролепетала Фэр, глядя мимо. — Я пришла за объяснениями, но меня за кулисы не пустили. И я купила билет на концерт.

— А почему ты решила спасти мне жизнь? — взяв руку девушки в свою, Джерри пальцем рисовал на её ладони узоры. Его мягкие ласки змея-искусителя, заставляли Фернанду трепетать.

— Э-э-э… ну, я же полицейская, это мой долг. Шар шатался, я это увидела и полезла на сцену, вот и всё, — оправдалась Фэр. Не рассказывать же ему, что этот шар ей приснился. Он её засмеёт!

— Только из-за этого?

— Ну да…

— И на разборки ты пришла не из ревности, а просто так? — «пальцы дьявола» всё ласкали её руку, перемещаясь с ладони на запястье и обратно.

— Да, то есть нет… Просто Фернанда — это я. Я не люблю, когда некто выдаёт себя за меня.

— Не сочиняй, мисс врушка! Ты меня приревновала! — изумрудные черти в глазах Джерри танцевали диско — взглядом он стрелял так, что аж слепило.

— Ну вот ещё, заняться мне нечем, как ревновать тебя! Ты ведь обрюхатил мою кузину!

Вздохнув, Джерри сел к Фэр спиной, облокотившись о диван.

— Ты опять за своё, Фернанда Ривас, — упрекнул он. — А я хотел тебя поблагодарить, ты спасла мне жизнь.

— Очень мне надо спасать твою жизнь! Я выполняла свой долг полицейской, — буркнула Фэр, уже понимая, что сейчас всё испортит. Он ласков с ней, а она грубит. Но на шею Джерри Анселми она вешаться не будет!

— Как с тобой сложно, Фернанда Ривас! — глухо сказал он. — Я знаю, ты не подарок, я и сам не ангел. Но твоё упрямство переходит границы. Зачем ты доводишь меня то до жажды тебя убить или изнасиловать, то до желания никогда не отпускать? Может, ты разберёшься со своими хотелками? Зачем ты спасла меня сегодня? Чтобы продолжать агриться, как малолетка?

Он рванул на выход. Ну вот, она всё испортила! Фернанда едва не перелетела через подлокотник кресла. Ломанулась за Джерри, встав между ним и дверью.

— Джерри, не уходи!

— Ты хочешь, чтобы я остался? Зачем? — вопросительно изогнул он бровь.

— Потому что… потому что… ты мне нужен, — пролепетала Фэр.

— Нужен? Для чего? Нравится меня изводить?

— Нет, — она отрицательно качнула головой.

— Нет? Тогда для чего? — он взял её за подбородок, вынудив глядеть на себя. — Ты ничего не поняла, Фернанда Ривас. Тогда, три месяца назад, я хотел, чтобы ты осталась, — в очах-изумрудах полыхнул гнев. — Впервые я захотел впустить кого-то в свою жизнь. Но я выбрал не того человека. Ты — бесчувственная!

— Это неправда… — Фэр носом потянулась к его шее — ощутила терпкий аромат дорогого парфюма. — Просто я… я… я тебя боюсь, — созналась она.

— Боишься? Почему? — голос Джерри потеплел, будто его разморозили.

— Потому что ты непредсказуемый. Ты кажешься опасным. Я боюсь, что ты испортишь мне жизнь. А я не хочу страдать. Я не доверяю мужчинам. Я клялась себе никогда больше не влюбляться. И вот, всё сначала, — так искренне Фернанда с Джерри ещё не говорила.

И тут же почувствовала, как руки его обвили её талию. Прижал к себе крепко, аж дыхание спёрло. Наконец-то!

Позже, сидя на коленях у Джерри, она лохматила ему волосы, то накручивая их на пальцы, то ставя в дьявольские рожки. Он смеялся, целовал её в шею и декольте, в плечи и губы. На щеках его играли ямочки, и Джерри казался неподдельно счастливым. А Фэр потеряла счёт времени. Может, это и не надолго. Может, и не выйдет у них нормальных отношений, но судьба их сталкивает неспроста.

— Джерри, а мы теперь вместе? — спросила она тревожно. — В смысле мы пара, будем встречаться, как нормальные люди? Или ты завтра выйдешь с новой девкой?

— А ты ревнивица! — соскочил с темы Джерри, проводя кончиком языка по её подбородку.

— Ты мне не ответил.

— А ты сама этого хочешь? Встречаться, как нормальные люди, и бла-бла-бла…

— Не знаю, — захихикала Фэр.

— По-моему это скучно! Надо придумать что-нибудь пооригинальнее.

От поцелуев Фернанду накрыло водопадом безумия. Она адски не хотела, чтобы миг этот заканчивался, но в дверь забарабанили. Чучундру за порогом Фэр возжелала убить — то была девица, которую она видела по ТВ.

— А, Мэри, заходи, — втянув девушку в гримёрку, Джерри чмокнул её в щёку. Фернанду перекорёжило от злости.

— Не помню, знакомы ли вы лично. Это Фернанда, моя невеста. А это Марлене, моя бывшая жена, — представил их Джерри друг другу.

Фэр нахмурилась. На всякий случай. Ей польстило, когда её назвали невестой, и поразило, что это оказалась Марлене. Фернанда помнила её, как нечто фиолетоволосое, обвешанное кучей пирсинга. Сейчас это была брюнетка в длинном мешкообразном платье цвета хаки, очень худая и с татуировками на обеих руках.

Они с Фэр обменялись сухим рукопожатием, и Марлене поведала: Джерри надо выйти к публике — его ждёт толпа на раздачу автографов.

— А нельзя не ходить? — надулась как мыльный пузырь Фернанда.

— Нет, нельзя, — вместо Джерри ответила Марлене. — Я понимаю, у вас тут любовь и все дела, но к публике надо выйти. Это профессия, ничего не попишешь.

— Дождись меня, — шепнул Джерри любовно. Чмокнув Фэр в губы, он позволил Марлене поправить себе волосы и ушёл с ней.

Приступ ревности в Фернанде угас. Нет чувства, что они любовники, ведут себя, как брат с сестрой. Но скоро Марлене вернулась.

— А Джерри? — недоверчиво зыркнула на неё Фэр.

— Общается с фанатами. А я решила поболтать с тобой.

— О чём? — разобрало Фернанду любопытство.

— О Джерри. Я хотела узнать: ты действительно его любишь?

— Э-э-э… ну да.

Марлене прошлась по гримерке. Вынула зажигалку и пачку сигарет. Закурила.

— Джерри — особенный человек, — голос у неё был низкий, почти мужской. А с сигаретой она напомнила Фэр мальчика-переростка. — И он в тебя влюблён. Если это взаимно, я искренне порадуюсь за вас. Но если нет, лучше уйди сама. Если ты причинишь ему боль, я тебя убью, — холодно сказала Марлене. Ни мускул на лице её не дрогнул.

— Ты угрожаешь инспектору полиции, — напомнила Фернанда.