Дари Дэй – Случайная малышка от босса. Не ошибка судьбы (страница 3)
— Непорядок, — решила я.
Привычным жестом поправила очки на носу, и чуть распластавшись встала на корточки.
Двумя пальцами подцепила красную тряпку за край, а когда увидела что это такое, взвизгнула и отшвырнула ее от себя.
— Трусы?! — собственный голос возмущенно взметнулся на пару октав.
— Трусы?.. — вкрадчиво повторил чей-то бархатистый баритон прямо у меня за спиной.
От неожиданности я так и застыла на корточках, уставившись в стену широко распахнутыми глазами.
— Ну… Давай оценим трусы, — продолжал тот же голос.
И, вероятно приняв мой возглас за призыв к действию, он (не голос, конечно, а его обладатель) подошел ближе и резким движением задрал мою юбку по самые гланды!
2
— Вадим Воландевич, — молоденькая стажерка компании встретила меня аж на парковке. Я чертыхнулся сквозь зубы, покидая машину и ставя ее на сигналку. Нигде от них спасу нет!
— Чего тебе? — рявкнул.
Дрожащими тоненькими руками мне всучили бумажный стаканчик с кофеиновой жижей.
Остановился. Смерил взглядом девицу. Молодая, зеленая. Только-только в куклы играть перестала, а все туда же.
— Для этого, — я впихнул стакан с кофеечком обратно ей в руки, — у меня есть секретарша. Понятно?
Девица тут же затрясла головой, призывно облизывая пухлые губы. Получилось фальшиво. Поморщился.
— Что-то еще?
Как зовут-то ее? Марина? Полина? Все на одно лицо в этой чертовой фирме.
Да уж, не думал я, что столкнусь с подобной проблемой, приобретя новый бизнес.
Клуб, который я в прошлом вел с другом, уже надоел. Да и поставил я там все на поток. Работники ходят по струнке. Официантки все до единой не смеют и глазки поднять, когда я прохожу мимо них. Не то что кокетничать. Знают прекрасно чем чревато.
А здесь… Казалось бы, серьезная фирма. Так какого девицы такие распущенные?! За последний год ко мне не клеилась разве что только уборщица!
Я закатил глаза, вдруг вообразив, как Нина Федоровна, дородная женщина почтенного возраста, заходит в мой кабинет, эффектным движением отбрасывает от себя швабру и начинает расстегивать пуговицы на униформе.
Аж передернуло.
Я женщин люблю. Всех мастей, возрастов и характеров. Но... это уже перебор.
— Так чего?! — рявкнул, и молодая практикантка втянула голову в плечи. Видел, что хотела сказать что-то еще, но будто язык проглотила.
Махнув рукой, не стал дожидаться пока отомрет, и прямо с подземной парковки вызвал лифт на верхний этаж. В свою приемную вошел грозно печатая шаг.
— Вадим Воландевич… — привстала секретарша. У этой вообще дар речи отрубает при виде меня, нанял же на свою голову. Помощница была срочно нужна, а на собеседовании она вроде внятно тогда говорила. Не подумав подписал контракт на два месяца. Не уволить теперь до истечения срока — трудовая инспекция по судам затаскает.
Ну ничего — чуть меньше недели осталось. И полетит эта барби пинком под зад, как и все предыдущие за извращенный харасмент!
Одна из таких при увольнении заявила, что беременна от меня! Нет — это ж надо додуматься!
— То, что у нас с тобой не было секса, тебя совсем не смущает?! — рявкнул я тогда на девицу, а она встала на ноги, и-и как ко мне на колени с разбега запрыгнет. И давай еще мацать, будто я ей плюшевый мишка! Обслюнявила так, что я эту красную помаду с щек полдня отмывал!
— Там… У вас… — секретарша за стойкой ресепшен пыталась что-то внятно проблеять, и то и дело облизывала розовые пухлые губы. Буквально наворачивала языком вокруг оси рта!
— Да чтоб вас всех! — процедил я. Махнул рукой, и не дослушав резко дернул дверь своего кабинета.
А там… У нас… И впрямь был сюрприз. Да какой изощренный.
Упругая попка, обтянутая почему-то бабулькиной юбкой, призывно виляла, выглядывая из-под стола. Из-под моего стола… Между прочим.
Я нахмурился. Склонил голову набок, чтобы лучше разглядеть очередную фанатку. Да — так ко мне еще не подкатывали.
И, если честно, это уже переходит все грани.
Хотя зад, надо сказать, ничего. Аппетитный. Не худой и не полный, округлый с красивыми ямочками — все как люблю. Только вот зачем ее этой тряпкой мерзкой покрыли? От такой юбчонки буквально нафталином несет.
Я сделал пару мягких шагов. Их звук утонул в тишине кабинета.
Уже открыл рот, чтобы обозначить присутствие. Ягодицы продолжали вилять. А потом их обладательница как завизжит на весь кабинет:
— Трусы!
Я чуть не подпрыгнул на месте.
Стиснул зубы, и, решив, что все это мне надоело, ответил:
— Трусы?.. — еще шаг, и я уверенно уместил ладони на бедра. — Ну, давай оценим трусы. — Прорычал, злобно посмеиваясь у себя в голове.
Кончено, не собираюсь я с этой девицей ничего подобного делать.
Но проучу хоть одну! В печенках сидят! Надоели! Работать не дают мне спокойно! То сюрпризы подбрасывают! То глазки строят на каждом шагу! Что за напасть?!
Эта вот вообще сразу заняла характерную позу и ко мне под стол забралась! Кстати, почему под стол? А не на??
Решив не медлить, я задрал нафталиновую юбку по самый пупок, оголяя упругие ягодицы, завернутые в…
— Это что еще за бабкины панталоны?! — не смог сдержать удивления. — Вы тут за кого меня принимаете?! Думаете, мне такое может понравиться?!
Ягодицы в моих руках дернулись. Девица что-то испуганно пискнула и начала уползать.
— А ну стоять!
Нет. Не послушалась. Только в путь улепетывала. Под стол забралась.
Уже оттуда, перемахнув на другую сторону, раздалось возмущенное:
— Что вы себе позволяете?! Извращенец!
— Это я извращенец?! — впился взглядом в блондинистую макушку, выглядывающую из-под стола. — Да это вы извращенцы, раз считаете, что мне это… ретро может понравиться!
Из-под столешницы начала медленно проклевываться вся голова. Сначала высокий лоб, потом грозные хмурые брови, под ними карие глаза как у олененка — пронзительные и немного испуганные, обрамленные черными ресничками. Очки, которые пытались все это скрыть, я даже не заметил сначала. Маленький носик, и аккуратные губки.
А ничего такая, — пронеслось в моих мыслях.
Девушка негодующе оттдула со лба пару прядей. Под столом в это время поправляла юбчонку — думала, я не замечу.
— Как вы смели хватать меня за мой… За мой…
— Зад? — подсказал я нужное слово.
— За него! Как вы смели?!
— А зачем вы им так виляли? — не понял я искренне.
— Я поднимала с пола трусы!
— Трусы? Но они же на вас!
— Не свои! — Возмутилась она пуще прежнего, и начала почти задыхаться от злости. Щеки налились пунцовым румянцем, глаза лихорадочно поблескивали.
В доказательство своих слов, девица снова пригнулась и начала шарить по полу руками. Секунду спустя подняла над головой красную тряпку и начала размахивать ею, словно трофеем.