Дара Каро – Из архивов частного детектива Стейси Браун (страница 47)
- Почему вы так думаете?
- Я не психолог и не психиатр, Стейси. Я технарь. Но я хорошо знал Миранду. Она бы от такого сошла с ума, уж поверьте.
- А вы не думаете, что вчера она могла узнать правду о маме и той аварии? Свидетели говорят, миссис Брукс была сильно расстроена, возможно даже, не контролировала себя.
- Откуда мне знать, - Джон Рескин развел руками. – Меня не было здесь. И я не видел Миранду.
- Мод Алертон была родом из Миддлсекса. И ваша названная сестра приехала в деревню, чтобы побольше узнать о матери. Вполне возможно, кто-то что-то ей сказал. Джон, вы же хорошо знаете семью. Как вы думаете, есть здесь друзья или родственники, с которыми Миранда могла встретиться?
- Я никогда не слышал об этом. С другой стороны, мистер Алертон мог мне и не говорить всего. Он так оберегал дочь. А я тоже был ребенком. Может, мистер Алертон боялся, что я проболтаюсь. Нечаянно.
- А потом, когда вы выросли?
- Нет, ничего.
- Жаль. Вернемся к вашим матримониальным планам.
Джон Рескин поморщился.
- Стейси, да не было у меня никаких планов, честное слово! Скорее, они были у мистера Алертона. Он считал, что я достаточно надежен и компетентен, чтобы в будущем – после его смерти – вести дела компании. И достаточно сильно люблю Миранду, чтобы стать ей хорошим мужем.
- Почему же вы не разубедили мистера Алертона?
- Разубедил в конце концов. Пришлось. Сказал, что не могу жениться на девушке, которую люблю как сестру… И тогда мистер Алертон включил меня в завещание.
-
- Мистер Алертон прекрасно понимал, что Миранда не будет заниматься компанией. То, что для отца было делом всей жизни, внушало дочери ужас и отвращение.
- И следует заранее позаботиться о компетентном преемнике.
- Верно.
- Значит, вы получаете компанию…
- Не совсем. Я получаю 85% акций и должность председателя совета директоров, а, значит, право последнего и решающего голоса на всех заседаниях.
- А что еще было в завещании, вы знаете?
- Частично. Когда Миранда вышла замуж за Стенли, мистер Алертон переписал завещание. После его смерти создавался трастовый фонд – точную сумму я не знаю, но подозреваю, что она достаточно велика, - из которого мистеру и миссис Брукс должно выплачиваться ежемесячное пособие. Кроме того, они получают несколько домов: во Флориде и в Калифорнии.
- Управляющие фонда?
- Мистер Джеймс Когни – семейный адвокат и ваш покорный слуга.
- Да уж.
Джон Рескин виновато улыбнулся.
- Говорю же, Стейси, я у вас главный подозреваемый.
- Раз вы настаиваете, буду вас подозревать. Давайте вернемся к завещанию. Что еще вы знаете?
- Почти ничего. Остальное имущество – понятия не имею, сколько, - мистер Алертон завещал какой-то дальней родственнице. Я даже имени ее никогда не слышал. По-моему, его знает только мистер Когни. И вряд ли скажет даже вам.
Стейси кивнула. У нее были предположения, кем может оказаться «дальняя родственница», но главному подозреваемому знать об этом незачем.
- Спасибо вам, Джон. Загрузили вы меня информацией – аж жесткий диск дымится…
- Не за что. Если понадоблюсь, звоните.
Джон Рескин заплатил по счету, проигнорировав протесты частного детектива, и ушел. Стейси заказала третий кофе «без десерта» (к великому огорчению мистера Донохью Леони) и задумалась.
Можно, конечно, попросить Майкла поискать суррогатную мать Миранды, но бедный старший инспектор наверняка в десятый раз переписывает отчет для начальства и просьбе дорогой подруги не обрадуется. Кроме того, чтобы получить разрешение на такие поиски, даже полиции нужны очень веские основания. Которых ни у Майкла, ни у Стейси нет. Мистер Алертон тоже вряд ли будет делиться интимными подробностями тридцатилетней давности.
Значит, нужно искать другой источник информации.
Стейси помахала рукой, подзывая трактирщика.
- Мистер Леони, я решила, что стоит попробовать столь превозносимые вами кексы с изюмом.
Трактирщик просиял.
- Уверяю вас, мисс Браун, вы не пожалеете об этом.
- Но с одним условием. Вы окажете мне честь и выпьете со мной кофе. Все равно я здесь единственный посетитель.
- Если позволите, я лучше чаю. Надеюсь, хитроумный частный детектив не подозревает меня ни в каком преступлении?
- Пока нет. Но если ваши кексы окажутся невкусными… - рассмеялась Стейси.
- Спешу за алиби, уважаемая мисс Браун.
И трактирщик потрусил на кухню.
Два часа спустя Стейси стояла перед одинокой могилой Мод Алертон на кладбище монастыря Сердца Марии. Частный детектив сама толком не знала, зачем приехала сюда. Намеков Донохью Леони на то, что мистер Алертон регулярно жертвовал монастырю крупные суммы, было недостаточно. Да трактирщик – как он сам признался, - толком и не знал, правда это или слухи. Не считая действительно вкусных кексов, беседу с мистером Леони можно было счесть пустой тратой времени. Ничего кроме обычных деревенских слухов: кто с кем неприлично встречается, кто кого недолюбливает, - и клятвенных заверений, что мистер и миссис Брукс были идеальными постояльцами, - Стейси не услышала.
И вот теперь она стояла перед ухоженной могилой, рядом с которой скоро должны были появиться еще две, - и думала. О том, как неестественно выглядят свежие цветы на белом снегу, о трагической гибели Мод Алертон и ее дочери, о несчастном мета-авангардисте, которого кто-то запихнул в кресло машиниста и обрек на смерть, о миллионах семьи Алертон, об этих чертовых блокировочных системах, которые должны быть абсолютно безопасны…
- Доброго дня и храни вас Господь, - послышалось за спиной.
Стейси вздрогнула и обернулась.
Перед ней стояла монахиня.
«Ворона чертова! Напугала до смерти!» - частный детектив прикусила язык, сообразив, что чуть не сказала это вслух, и покраснела, устыдившись собственных мыслей.
- Я сестра Агнесса, аббатиса монастыря Сердца Марии, - монахиня склонила голову.
- Стейси Браун, частный детектив.
- Вы по поводу того ужаса, что случился на переезде?
- Да, я хотела… хотела… поговорить с мисс Мэгги Бакли, - брякнула Стейси первое, что пришло в голову. - Мне сказали, она отсюда.
- Но ведь полиция уже говорила с сестрой Магдаленой, - аббатиса не скрывала досады.. – Простите меня, мисс Браун, но сестра очень расстроена. Очень. Мы боимся, как бы ей не стало хуже.
- Она нездорова?
- Сестра Магдалена недомогает уже третий год. Лечение не помогает, и я боюсь, что Господь скоро призовет ее к себе… После вчерашнего несчастья она слегла.
- Вы можете спросить, не согласится ли мисс… сестра Магдалена встретиться со мной? Ненадолго.
- Конечно. Пойдемте.
Глава 4
Стейси шла по двору с матерью Агнессой, раздумывая, какие бы вопросы задать сестре Магдалене, но ничего путного в голову не приходило. Частный детектив прислушалась к монологу настоятельницы. Оказывается, та рассказывала об истории монастыря.
- Наша церковь очень старая, одиннадцатый век. Фрески и статуи сильно пострадали во время последнего пожара. Нам удалось восстановить в первозданном виде только алтарь. И то, если бы не помощь мистера Алертона…
Стейси остановилась и посмотрела на храм – приземистое, неказистое строение с готическими башенками и украшенной витражом надвратной аркой. Словно толстуха с ажурной диадемой в высокой прическе или свадебный торт с фигурками жениха и невесты в кружевах.
- Одиннадцатый? Я не разбираюсь в архитектуре, но, мне кажется, колокольня и башни выполнены в готическом стиле.
- Да, их пристроили в начале тринадцатого века. Остальные здания более поздние. Понимаете, - сестра Агнесса как будто извинялась, - монастырь много раз горел. Церковь удавалось спасти, но остальное, к сожалению… Трапезная, аббатские покои с капитулярным залом, больница, служебные постройки – уже восемнадцатый-девятнадцатый век. А гостиница для паломников и туристов была построена на месте бывших конюшен в середине прошлого века. Жаль, что не удалось сохранить всё в первозданном виде. Эклектика Божьему дому не к лицу.
- А мы идем в больницу? Кстати, это где?