Дара Каро – Из архивов частного детектива Стейси Браун (страница 46)
Глава 3
Стейси очень устала, поэтому отключила и будильник, и звук на телефоне.
- Да гори оно всё жарким пламенем! – пробурчала частный детектив, забираясь под одеяло.
Но выспаться ей не удалось. Стоило Стейси закрыть глаза, перед ней снова и снова всплывали картины увиденного не переезде: валяющийся на боку электровоз, похожая на консервную банку машина, залитые кровью сиденья и лобовое стекло, искалеченное тело Миранды Брукс, алые пятна на свежевыпавшем снегу. Кадры мелькали, как на ускоренной перемотке, Миранда поднималась, шла к локомотиву, волоча за собой песцовый палантин и выпадающую из ноги кость. Навстречу ей через разбитое окно вылезал Стенли, обнимал жену. В ее лицо вонзались осколки, застрявшие во лбу, глазах и щеках художника, но она, казалось, не замечала этого, крепко прижимая мужа к себе.
Парочка пускалась в пляс, прищелкивая пальцами и отбивая ритм ладонями – громче, громче, еще громче.
Стейси вскрикнула и проснулась. За окном было светло. В дверь барабанили.
- Какого хрена?! – рявкнула частный детектив и, еще не отойдя от кошмара, посоветовала незваному гостю проследовать в хорошо известный русским бразильский город.
- Подруга, я очень извиняюсь, но ты в курсе, что уже половина двенадцатого? - послышался за дверью знакомый голос.
- Блин, Майк, извини!
Накинув халат, Стейси прошлепала к двери и открыла.
- Господи, что с тобой? На тебе лица нет!
- Кошмар приснился. Маму его через паровоз и в жопу ягуаром!
- Мда… Надень тапки, простудишься. Выпить хочешь?
- Не стоит. Слушай, а что, правда уже так поздно?
Майкл Фримен развернул к приятельнице стоявшие на столе часы.
- Да, что-то я того… этого… Посиди, я умоюсь и переоденусь.
- Некогда. Мне в Лондон надо. Начальство хлопает крыльями и топает ножками. Не понимают, что быть здесь – куда важнее, чем отчитываться и рапортовать. Я, собственно, потому и зашел. Позвонил тебе – ты не ответила. Спросил Донохью Леони – он сказал, что ты не спускалась и завтрак в номер не просила. Я и забеспокоился.
- Спасибо. Ладно. Давай, езжай на ковер. Успокоительных боссам прихвати, у них наверняка от такого громкого преступления задницы пылают.
- Что, такой жуткий был кошмар?
- Слов нет… - Стейси нервно передернула плечами.
- Тогда приводи себя в порядок и звони вот по этому номеру. Хороший парень Джон Рескин прибыл сегодня утром, часов в восемь. И терпеливо ждет, когда прекрасная сестра Шерлока Холмса откроет ясны глазоньки и соблаговолит допросить его.
- А что, инспектор Майкл Лейстред для этого не годится?
- Лейстред уже допросил. По всей форме. Но, по-моему, парню есть что сказать неофициально. Тебе он заранее больше доверяет. Уж не знаю, под влиянием мистера Алертона или по собственной воле, но факт есть факт.
- Понял, босс. Приступаю, - Стейси тяжело вздохнула и побрела в ванную.
Джон Рескин ждал Стейси в ресторане. Частный детектив уже привела себя в порядок, но, видимо, не до конца, потому что помидоры черри и стейк вызвали у нее тошноту. Стейси отодвинула тарелку и попросила трактирщика принести кофе. Мистер Донохью огорчился, но, взглянув на побледневшую гостью, не рискнул спорить.
Стейси же тем временем с плохо скрываемым интересом рассматривала хорошего парня. Джон Рескин оказался высоким, хорошо сложенным мужчиной с явной примесью афро-американской крови. Чертовски привлекательным мужчиной, надо заметить.
«И чего Миранда капризничала? Такой завидный жених! Да и неглуп, раз папа Бенедикт хочет ввести его в совет директоров».
- Мистер Рескин, Майк… старший инспектор сказал, что вы хотели со мной поговорить.
- Да. Ваш коллега очень профессионален и деликатен, но я подумал, что с дамой, пусть и частным детективом, мне будет легче.
- А мы-то уж решили, что это мистер Алертон настроил вас… в нужном ему направлении.
- Не скрою, мнение мистера Алертона для меня очень важно. А он очень ценит вас и надеется, что именно вам удастся раскрыть это ужасное дело.
- Да, дело действительно ужасное. И бедный мистер Алертон… Мы вчера говорили с ним, он так потрясен.
- Сегодня, увы, не лучше. Я пытался помочь ему решить вопросы, связанные с похоронами, но он отказался от помощи. По-моему, ему просто надо чем-то занять себя. А это - пусть и грустное занятие – требует сил и времени. Есть ведь какие-то полицейские ограничения.
- Да, боюсь, эксперты еще не закончили работу. Сложно сказать, сколько им потребуется времени. Мистер Алертон, наверное, хотел похоронить дочь и зятя в США?
- Нет. Насколько я знаю, он хотел похоронить Миранду и мистера Брукса здесь, рядом с миссис Алертон.
- Да, он вчера сказал, что она из этих мест, но я не знала, что она и похоронена здесь.
- В монастыре Сердца Марии.
- Вы, как я вижу, хорошо осведомлены о личных делах семейства Алертон. Но, простите, мистер Рескин…
- Джон, пожалуйста.
- Окей. Джон, вы ведь не секретарь, не личный помощник, а наемный сотрудник, пусть и высоко ценимый боссом.
- Да, мистер Алертон всегда был добр ко мне. Я не просто его сотрудник, мисс Браун…
- Тогда уж Стейси.
- Договорились. Так вот, Стейси, мистер Алертон – фактически мой приемный отец. Он вырастил меня, оплачивал обучение, после университета взял к себе в фирму.
- …планирует ввести в совет директоров. Да и дочь хотел за вас выдать.
- А еще я упомянут в его завещании.
- Я так понимаю, причина не только в том, что мистер Алертон высоко ценит вас как специалиста. Есть что-то еще?
- Собственно, об этом я и хотел рассказать. Понимаю, это сделает меня одним из главных подозреваемых. К тому же, как я уже сказал старшему инспектору, алиби у меня нет. После переговоров с руководством «Спиди» мы с мистером Алертоном расстались. Куда он поехал, не знаю. А я просто пошел гулять по Лондону. Я приехал в вашу страну впервые, сами понимаете…
- Конечно. Так чем таким подозрительным вы хотели со мной поделиться?
- Я познакомился с мистером Алертоном несколько необычным путем. Он поймал меня, когда я разбил стекло его машины и как раз собирался пошарить внутри.
- Ого! А что было дальше?
- Дальше он надрал мне уши. А потом отвел в ближайший ресторан и накормил.
- Сколько лет вам было?
- Тринадцать… Я, как говорится, вышел из самых низов. Отца не знаю, но, думаю, он был черным.
- А ваша мама?
- Мама была белой.
- Я не об этом…
- Нет, это важно. В какой-то степени. Мы жили в пригороде Майами. В белом пригороде, заметьте. Так что мне приходилось нелегко. Часто дрался с ровесниками. Меня не хотели брать в шайку, дружить. А ведь надо еще было чем-то зарабатывать на жизнь.
- Вы воровали?
- По мелочи. Чистил машины, вытаскивал кошельки. Мама торговала краденым, а иногда и собой. В конце концов ее посадили за наркотики. А мне надо было жить дальше. Не знаю – точнее, прекрасно знаю, - куда бы завела меня такая жизнь, но, к счастью, я встретил мистера Алертона. Он взял меня к себе, растил как сына, вместе с Мирандой. Отправил в хорошую школу, помогал моей маме, когда она вышла из тюрьмы. Дал ей денег, чтобы она открыла магазин. Но мама уже не могла измениться. Ее поймали за сбытом краденого, посадили еще раз. Потом снова наркотики, мужчины… Когда она умерла, мне было восемнадцать, я заканчивал школу, готовился к поступлению в колледж. Мистер Алертон гордился моими успехами. Мне кажется, он считал меня своим сыном. Сыном, которого у них с миссис Мод не было.
- В какой-то степени так и есть.
- Мисс Браун… Стейси, поверьте, я никогда не пользовался своим исключительным положением. Наоборот, старался выучиться, набраться опыта, чтобы приносить пользу компании мистера Алертона, как-то отблагодарить его.
- А что у вас было с Мирандой?
- Куда меньше, чем можно подумать. Мы выросли вместе, для меня она была младшей сестренкой, не больше. Миранда… Она была странной девочкой. Замкнутой, молчаливой, несколько не от мира сего. Нет, не подумайте: ничего такого, никаких психических отклонений. Мне казалось – когда я узнал ту историю с аварией, - что она тщетно пытается и никак не может вспомнить, что случилось. И это стало ее пунктиком, манией. Она словно хотела добраться до закрытых глубин собственной памяти, и это было для нее важнее всего в жизни. Остальное – мальчики, папа, я, учеба, подружки, развлечения – было лишь фоном. Мы очень сблизились после того, как умерла моя мама. Тогда-то Миранда и поделилась со мной своими переживаниями.
- Но вы ничего ей не рассказали?
- Как я мог! Это стало бы для нее таким ударом. Не знаю, смогла бы она выдержать это. Мне кажется, мистер Алертон был прав, скрывая от нее все. Пусть страх перед поездами, пусть амнезия. Это лучше, чем правда.