Данте Алигьери – Божественная комедия. Рай (страница 13)

Она – и вновь ее пути свернуты На запад ваш, Помпея слыша трубы, 73. Встал знаменосец следующий – Бруту[79] И Кассию скорбь суждена до ныне; С Перузою Модена в скорбь замкнуты, 76. И Клеопатре искупить кручиной Пришлося, от орла скрываясь в горе, Миг, как укус был избран ей змеиный. 79. На Красное орел помчался море, Всеобщий мир в краю упрочив всяком, И Януса храм заперт был ей вскоре. 82. Но все, что свершено святым сим знаком, Иль будет свершено на этом свете, Ему покорном, – пустяком и мраком 85. Покажется, когда деянья эти Глаз просветленный наш рассмотрит здраво. В сравненье с тем, что сделал Цезарь третий;[80] 88. И чрез меня вещающее право Верховною его почтило честью, За Божий гнев ему отмстить дав славу! 91. Дивись, к чему тебя стремлюсь привесть я: Потом орел при Тите местью грянет Над древнею греха людского местью.[81] 94. Ломбардский зуб святую Церковь ранит — И под ее крылами в блеске власти Великий Карл на помощь ей предстанет![82] 97. Суди же тех, кого я в первой части Беседы обвинял; недаром то мы Считаем корнем наших всех несчастий! 100. Противоставил знаку мировому Тот лилии – а этот – кто повинней? — Так своему его присвоил дому! 103. Пусть гибеллины действуют отныне Под новым знаком, чтобы прежний лживый Уж отклика не встретил в гибеллине! 106. Знай, Карл, над ним смеющийся кичливо Путем своих захватов и покупок: Те когти льву сильней сорвали гриву! 109. Оплачет сын отеческий проступок![83] Свое оружье Бог не переменить! В Его руках меч с лилиями хрупок. — 112. Сиянье сей звезды всех тех оденет, Чьи от добра не уклонялись ноги, Но кто заслуги в мире со славой ценит. 115. Когда желанья, отдалясь с дороги, Нас к славе и к заслугам отвлекают, Лучи любви уже не столь в нас строги. 118. Заслуги те нас частью насыщают; Вот почему не меней и не боле Блаженства наши души ощущают. 121. Насытить Божья правда нас дотоле, Сердца у нас любовию покоя, Что к злу дороги нету нашей воле. 124. Различье звуков разрешится в строе Приятном, и различие удела Гармонией становится святою.[84] 127. А вот блистает в этой искре белой[85] Ромео, чье не знало воздаянья Великое и доблестное дело; 130. Но не гордится пусть его изгнаньем Прованс, зане тот дурен нестерпимо, Кто злоупотребит благодеяньем! 133. Когда на тронах королевских чтимы Раймонда Беранже четыре дщери, — Заслуга то Ромео пилигримма.