Данияр Сугралинов – Явная угроза (страница 16)

Что бы Критошибка ни говорил, заканчивать свою историю ему придется после перерождения. На Правосудие Спящих я плюнул — объем жизни легатов не впечатлял, его хватало на несколько моих обычных ударов, поэтому атаковал первым.

Бух! Бам! Крац! — удары Комбо, усиленные Косами Жнеца, взрывали гнилую плоть и крушили кости. Я бил подло, в спину, оставаясь ускоренным и незаметным. Уже ко второму приему серии жизнь Критошибки обнулилась… почти. Он оставался жив!

В следующее мгновение произошло много всего, от чего в голове заметалась паническая мысль о том, что я совершил ошибку и поплатился! У Критошибки активировалось Абсолютное бессмертие Чумного мора — то же, что и раньше, но без условия, что рядом не должно быть других легатов!

Вместе с неуязвимостью резко усилилась Чумная аура, которая не просто проигнорировала Невозмутимость, но одним тиком сократила мою жизнь на 1 % — меня выбило из Ясности и ударило так, что я, оглушенный, кувырком отлетел десятка на два метров, почти до края срезанной верхушки холма. Пока катился, Чумная аура сняла еще 2 % — урон прогрессировал с каждым тиком! 3 %! Хорошо, хоть не геометрически!

Освобождение скинуло Чумной паралич — так назывался дебаф оглушения, повешенный Чумной аурой. Критошибка, поднявшись, уверенно направился ко мне, хотя и видел, что я боеспособен. Мгновение ушло на то, чтобы опорожнить Бездонное зелье здоровья и восстановить жизнь. На мое счастье, аура легата не доставала, ее радиус действия, по моим прикидкам, составлял пару метров.

— Видишь, какого он уровня? Зови своего, Лан, иначе урона не хватит! — услышал я откуда-то издалека, в уши словно набили вату.

— А твой?

— Приберегу!

Смысл диалога остался для меня загадкой — кого они собрались звать? Магвая? Но тогда о ком говорил Критошибка?

Оставив эти вопросы на потом, я взлетел, выдерживая безопасную дистанцию от легатов и их прислужников. Зомби будто взбеленились и рванули ко мне, хрипя, урча и воя. Собравшись подо мной, они лезли друг на друга, стараясь допрыгнуть и вцепиться в живую плоть, но даже для летающих тварей я был слишком высоко.

Шестое чувство и колотящееся сердце кричали, что нужно валить, пока цел! Разведка боем удалась — я выжил, а значит, нужно отступить и обдумать увиденное. Ясно одно: теперь убить легатов невозможно, в Дисе появились по-настоящему бессмертные игроки, баланс окончательно перекосило, а Небесный арбитраж в ус не дует, где-то прохлаждаясь. И хуже всего, что оба места силы, находящиеся здесь и в Лахарийской пустыне, нам не отбить. Разве что… Нет, нереально облить легатов, не угодив в Чумную ауру, резко усиливающуюся при активации Абсолютного бессмертия.

Я рванул к облакам, снова ушел в Ясность… и меня из нее выбило выстрелившее из снега заостренное щупальце, которое пронзило грудь и обвило с головы до ног и припечатало к земле. Произошло это так быстро, что уложилось в биение сердца. Отрывистый взгляд на логи показал, что меня захватил и удерживает на десятиметровой высоте Щуп Ахримана.

Без всяких разговоров Критошибка, заряжая стрелы чумной энергией, начал всаживать их в меня одну за другой, не промахиваясь даже несмотря на дикую разницу в уровнях — очевидно, прокачал аналог моего Пути справедливости Безоружного боя. Не будь я в группе с Деспотом, их хватило бы, но Путь пожертвования умножил объем моей жизни до почти трех сотен миллионов. Хотя, может и этого не хватит, учитывая Чумную ауру легатов и ее прогрессирующий урон. Повезло, что сейчас она до меня не дотягивалась.

Бросив взгляд вниз, я увидел, как Ланейран, закрыв глаза, прокричала:

— Приди и собери урожай, Ахриман! Жертвую тебе эту плоть неверного!

В одно мгновение стемнело еще больше. Снег, присыпавший отдельные бугорки чумной почвы, растаял, из-под земли выбились и резко пошли в рост странные колючие растения, впились мне в плоть; воздух загустел, к запаху гнили добавился кислый дух, от которого зачесалось в носу и запершило в горле; от все нарастающего писка и жужжания, казалось, свербело в мозгу…

Резко дернувшись, я увидел, откуда доносится звук — с неба спускалась живая туча, и, когда она приблизилась, мне удалось рассмотреть рой из миллионов насекомых. Они летели ко мне.

— Что насчет остальных? — торопливо бросила Ланейран.

— Звать никого не будем, скажем, что все произошло быстро, — ответил Критошибка. — Да и не успеет никто добраться!

В то же время мухи, москиты, осы, жуки и прочая дрянь нашли отверстия в шлеме, проникли через них мне в нос и поползли дальше. Рот забило хитиновой массой. Прорываясь мне в нутро, они скребли острыми лапками, вызывая рвотный рефлекс. Я не мог дышать, получив Удушье (−1 % жизни в секунду).

Жизнь рухнула до 42 %, и тогда я взорвался Возмездием Спящих.

Ничего не произошло. Наверное, хищные растения, кислотный туман и насекомые — стихийные сущности, у них нет таких параметров, как «объем жизни», а значит, и урона они не получают. Единственным плюсом стало то, что под божественным уроном прокачался навык:

Улучшен навык устойчивости (ранг IV): +1. Текущий уровень: 87.

— Уровень у него какой-то совсем нереальный… — донесся снизу приглушенный голос Ланейран.

— И уведомление было только о 1000-м… — пробормотал Критошибка. — Может, баф какой-то?

Удушье поднялось до 2-го уровня, начав снимать по 2 % жизни в секунду.

Улучшен навык устойчивости (ранг IV): +1. Текущий уровень: 88.

Странно, но я не паниковал. То ли привык к таким ситуациям, то ли рационально понимал, что могу не только освободиться, но и прикончить обоих легатов, которые уже делили шкуру неубитого Скифа. В уши забились насекомые, так что я скорее угадал смысл сказанного, чем расслышал:

— Можно я проведу ритуал изгнания?

— Конечно, любима-а-а-а… — голос лучника стал ниже, замедленный убыстрением.

Убедившись, что Ясность не спадает, я начал лихорадочно думать. Для наглядности открыл окно инвентаря и список способностей.

Отложив Кровь Белиала на крайний случай, я принялся перебирать все варианты. Порченая кровь бессмысленна, я даже не вижу целей. По адской боли можно было понять, что глаз у меня больше нет. Бич Хозяина гончих не активировать из инвентаря, нужно взять его в руки, а они у меня намертво примотаны к телу Щупом Ахримана. Та же фигня с Громовержцем, а в Уравнителе пользы нет, оба легата ниже меня. Жуткий вой? На мгновение вернув обычный ход времени, я убедился, что со ртом, горлом и легкими, забитыми насекомыми, это невозможно. Удушье затикало еще быстрее, став уже 3-го уровня. Я вернул Ясность.

Оставался план «Баал». Хлещущий ветер отлично себя показал против тирана, но сработает ли он сейчас? К тому же способность дико расходовала дух, который я берег для Ясности, но другого выхода не было. Кровь Белиала пойдет в дело только тогда, когда ничего другого не останется.

Вряд ли Ветер причинит вред легатам, они оба неуязвимы, но есть надежда, что я освобожусь из захвата Ахримана, и можно будет удрать. Полжизни еще есть, мантры не использованы, так что я сохранял хладнокровие.

Мысленно вздохнул, сосредоточился… и обратился в убийственный смерч, сметающий все на своем пути. Щуп Ахримана в один миг рассекло на сотни истекающих черной слизью кусочков, рой насекомых вышвырнуло из меня и перемололо в ядовитую жижу, брызгами разлетевшуюся по округе. В виде Хлещущего ветра я становился бесплотным, неуязвимым, меня окружали тысячи лезвий, которые, вращаясь на бешеной скорости, разносили в клочья и металл, и кости, и гнилую плоть ринувшихся ко мне прислужников!

Впервые использованный в Дисгардиуме, не в Преисподней, боевой прием тут же поднял навык:

Улучшен навык безоружного боя: +3. Текущий уровень: 363 (ранг II).

Точность и урон ударов, наносимых без оружия, повышены на 1 820 %.

Объем духа: +100. Итого: 36 300.

В этом состоянии я превращался в берсерка, забывая о времени, ничего и никого не замечая, а когда запас духа закончился, я вывалился в реальность прямо возле Деспота, прыгнувшего с Грозы, и инстинктивно шарахнулся.

Очевидно, соратник отказался ждать и полетел следом, а увидев, что я ввязался в бой, поспешил на помощь. Спрыгнув с огромной высоты, демон рисковал убиться, но у самой земли исчез… чтобы проявиться в тени зиккурата за спиной Ланейран.

После моей атаки она лишилась части черепа, гнилые кишки свисали из развороченного живота, как грязные тряпки, но повреждения были ей нипочем, она зашевелила губами, призывая темного бога-покровителя, вскинула руки…

И тут в игру вступил Деспот — схватил ее за шею, поднял перед собой, встряхнул, ломая позвоночник, резко дернул, отделяя скелет с головой от гнилой плоти. Демон проделал это так быстро, что я даже не успел дочитать начатую мантру исцеления. Следом я немного восстановил резервы духа.

Деспот времени не терял. Жрать нежить не стал, вместо этого обеими руками схватил скелет, попробовал разорвать позвоночник — не вышло, и тогда демон связал легата в узел, спрессовал в шар кости с остатками плоти, метнул мне под ноги и пожаловался:

— Не дохнет!

— Что мертво, умереть не может, — мрачно проговорил я, вытащил флакон и, недолго думая, облил Ланейран эссенцией.

Костный шар зашкворчал, заверещал, исходя едким дымом, и тогда одним ударом я, воткнув Духовные оковы, добил визжащую чумную протоплазму, оставшуюся от Ланейран.