Данияр Сугралинов – Время охотников (страница 45)
Из броневика бежали еще двое, которые участвовали в расстреле титана. Пока они преодолевали завалы, я снял шлем и спросил у Рамиза:
– Вижу, успел, уровни поднял – похвально. Как там Сергеич и Лукас?
– Сергеич пришел в себя, но еще слаб был, когда я уходил. Лукас задолбался твоего кота усмирять, тот все-таки вырвался и… вот он.
Я кивнул. Подбежали двое филиппинцев. Знакомство выглядело как у глухонемых: посмотрел на стоящего напротив, прочел системку, пожал руку – и так по кругу. Главный плюс – не забудешь, кто есть кто.
Познакомившись с новенькими, подошел Тетыща и напомнил:
– Посмотри награды системы за выполнение задания. Интересно, сколько тебе уников отсыпали.
– Товарищи! – Я вскинул руку, призывая к тишине. – Мне нужно пять минут спокойно посидеть, и чтобы меня не трогали. Костя, назначаю тебя главным во время моего ментального отсутствия. Ответь на вопросы в клановом чате, напиши нашим, что происходит, пообщайся с Джехомаром, пообещай, что мы скоро будем.
Другие напутствия давать не стал, просто обозначил фронт работы. Тетыща углубился в себя, Галя ходила рядом, ковыряла пятаком развалины.
Я сел на обломок бетонной плиты, сомкнул веки и открыл непрочитанные системные сообщения. Их накопилось столько, что я чуть не присвистнул – перед глазами развернулся целый свиток.
Первым делом – левелап. Точнее, два левелапа разом, один за другим:
Сорок девятый. Два уровня за одного титана – система расщедрилась, но оно и понятно: я был на сорок четыре уровня слабее Разрушителя. Критический разрыв, за который жнецы награждают не скупясь. Так сказать, за слабоумие и отвагу.
Дальше шла отложенная награда за Глубинника – того самого подводного титана, который едва не утопил наш катамаран еще до прибытия в Мабанлок.
Очень даже неплохо! Но система еще не закончила:
А-ХРЕ-НЕТЬ! Миллиард семьсот с лишним миллионов! У меня на счету миллиард семьсот миллионов универсальных кредитов!
Я открыл глаза, покосился на Тетыщу – тот что-то строчил в клановом чате, – и снова закрыл. Нет, серьезно, миллиард? За одного титана.
Впрочем, расслабляться рано. Скоро прибудут непонятные охотники, и я уверен, что на подготовку к их прибытию этот миллиард утечет, как вода сквозь пальцы.
Следом посыпались достижения:
Ну и вишенка на торте – прокнуло «Везение»:
Учитывая, что скейры, охотники и бог знает кто еще начинают активно лезть на нашу планету, – подарочек более чем уместный.
Куда вложить аж десять очков талантов, я пока не решил, да и нет смысла спешить. Надо будет этот вопрос хорошенечко обдумать. «Ярость», «Ветер», да тот же «Внепланетный чистильщик»…
Я свернул системные сообщения и вздохнул. Когда-то давно, в первый день Жатвы, я убил толстого зомби по имени Виталий Клюка и получил за это восемь универсальных кредитов. Даже не помню, радовался ли вообще тогда и понимал ли, что происходит, но точно помню, что, когда понял, зачем нужны уники, радовался каждому. И вот я сейчас сижу миллиардером на обломках Мабанлока, и единственная мысль – хватит ли этого на то, чтобы выжить.
Закончив размышлять, я ощутил требовательный взгляд Тетыщи.
– Все сделал, Денис, – доложил он. – Пришло сообщение от Сергеича. Он пока слаб, и ему тяжело идти. Я проложил маршрут к метке Джехомара, линия проходит через то место, где мы оставили Сергеича и Лукаса. Им незачем сюда идти, когда мы можем просто их забрать.
– Едем к Джехомару.
Филиппинцы разбежались по машинам, я оставил себе шлем, чтобы держать связь с танком голосом – все-таки так привычнее общаться, – взял Кроша на руки и полез в броневик. Заодно пусть местные посмотрят на дохлую НЕХ, прибывшую по наши души – причем в прямом смысле слова – с другой планеты. Познакомятся, так сказать.
Доехали быстро. Сергеичу было еще не совсем хорошо, но это не мешало ему, согнувшись в три погибели, шмонать труп НЕХ. Услышав моторы, он поднял голову и помахал рукой, в которой я разглядел что-то вроде небольшого планшета – издали не поймешь.
Отвлекшись лишь на мгновение, он продолжил шмон и прекратил, только когда мы подъехали вплотную. Новенькие рванули к трупу инопланетянина, сбились тесной группой, загудели.
Я сфокусировался на Сергеиче: семьдесят восемь процентов «активности». Это мало – ему должно быть совсем хреново, а все равно полез мародерить.
Увидев в его руке непонятную штуковину, Вика крикнула:
– Брось каку! Вдруг она взорвется!
Сергеич хитро прищурился, крякнул и повертел головой.
– Не-е, это штучка полезная. Правда, не понял, на фига она ему.
Я протянул руку, и туда лег «планшет» – тонкая пластина из незнакомого материала, теплая на ощупь, с матовой поверхностью, на которой мерцали символы, похожие на иероглифы, но расположенные по спирали. Ни кнопок, ни разъемов – как кусок стекла, залитого мутным светом. Вещица была легче, чем выглядела, и удобно ложилась в ладонь, будто создатели заранее знали размер человеческой руки. Хотя нет – скорее скейровой лапы.
Едва я взял его в руки, замерцало системное уведомление:
А следом – неожиданно:
Сто двадцать километров – это где-то в море? Может, другой остров? И награда почему-то скрытая… А затухающий биосигнал – значит, кто-то или что-то еще живо и ждет помощи. Или это ловушка…
Я повертел модуль в руках. Сто двадцать километров – это точно нужен вертолет, который как раз чинят Мигель с Дитрихом. Или катер, если координаты действительно указывают на море.
– Что там? – спросил Тетыща, заглядывая через плечо.
– Квест, – коротко ответил я. – Сто двадцать кэмэ отсюда нужно проверить точку, на все про все дают трое суток. Подробности потом.
Я убрал модуль в карман разгрузки и огляделся. Новенькие стояли вокруг трупа НЕХ, разглядывая четырехрукое тело. Кто-то из них перекрестился.
– Пресвятая дева Мария…