Данияр Сугралинов – Несущий свет (страница 25)

Эдрик умчался в джунгли, а Макс вдруг застонал и приоткрыл один глаз, мутный и непонимающий:

— Что… что за хрень? Где я?

— На дискотеке, — усмехнулся Сергеич. — Отдыхаешь активно. Как это называется? — Он посмотрел на меня, вертя пальцами не в силах подобрать нужное слово.

— Спа, — сказал я.

Сергеич залился смехом — больше радуясь, что Максу лучше.

А тот с трудом сфокусировал взгляд на насаженном на кол зомби, как пьяный — на светофоре, потом снова посмотрел на нас.

— Почему я… — Он выпучил глаза, мгновенно прозрев, заколотил ногами, рывком оттолкнулся и припечатал себя к дереву. — Е-ма, дебилы, вы чо творите?

Глава 12

Таковы правила

— Сергеич, Ден, е-мое! — простонал Макс, когда разглядел детали происходящего. — Вы чо, меня на шампур насадили⁈

— Лечим тебя передовым методом, — гордо сообщил Сергеич, выпятив грудь, как пионер на линейке. — Сиди спокойно, Максимка. У нас тут шведский стол организован. Он тебя быстрее на ноги поставит.

Макс снова застонал, теперь — оставаясь в сознании.

— Кто-то пел… дебильную частушку… про Папашу, — пробормотал он. — Это ведь Сергеич был, да?

— Нормальная частушка, — оскорбился электрик.

Следующие полчаса мы провели, заманивая зомби на импровизированный кол и наблюдая, как активность Макса стабильно растет. Эдрику удавалось притаскивать ровно по одному бездушному, и я начал подозревать, что лишних он убивает сам. Впрочем, это было неподтвержденной догадкой, потому что его уровень оставался прежним.

— Вот этот толстый… пусть идет… нахрен… мимо… — выражал свои пожелания Макс. — О, смотрите, какую цыпочку парнишка приволок! Она при жизни… явно… была… горячей штучкой! Красавчик, Эдик!

И наконец Максим Тертышный официально стал претендентом 5-го уровня. Я представил, что он левелапнулся в компьютерной игрушке, и сейчас на него изливается свет, ангелы поют и звучат фанфары, сыплются на голову розовые лепестки.

Лицо Макса разгладилась, посветлело и стало одухотворенным. Помня мгновения кайфа, сопровождающие левелап, я дал ему пару минут насладиться процессом, а потом проговорил, хлопнув в ладоши:

— Та-дам-м! Макс, поздравляю, результат достигнут.

— Да-а-а, — протянул Макс, закрывая глаза. — Жрать хочу!

— Эдрик, тормози! — крикнул я филиппинцу, доставая из рюкзака консервную банку с тунцом в масле. — Хватит таскать зомби! На, поешь тунца.

— Как себя чувствуешь? — спросил Сергеич.

Макс слабо улыбнулся.

— Больше не чувствую себя умирающим. Но все еще дерьмово… Как будто меня фура переехала. А потом станцевала на мне нижний брейк, е-ма.

Он принялся пожирать консерву, хрустя хлебцами и причмокивая.

— Это нормально, — подбодрил я его. — Еще пара часов, и сможешь идти сам.

— Ты бы руки помыл, — то ли съязвил, то ли всерьез сказал Сергеич. — Отравишься же.

— Ага, — не отрываясь от еды, сказал Макс. Исподлобья оглядев нам, заметил: — Ну вы, блин, красавцы! Особенно Сергеич! Как будто с доски «Разыскиваются». У нас бичи на районе презентабельнее выглядели. В море бы обмыться!

Рука Сергеича механически скользнула по волосам, чтобы их пригладить. Не нашла срезанную «Секатором» растительность в положенном месте. Пальцы сжались-разжались, и Сергеич многоэтажно выругался.

— Ну что за человек такой, а! — расстроился электрик, нервно поглаживая макушку. — Мы тут! Ради него! А он!

— Сэр Гейч, — тронув его за руку, заговорил Эдрик, но тот только еще больше расстроился:

— Да отвали ты, Эдик! — Посмотрел на меня с подозрением, сплюнул: — Ты его, Дениска, подговорил?

Макс прищурился.

— Ты бы радовался, что скальпа не лишился, а так чо — модный хайр.

Сергеич наградил меня недобрым взглядом.

Воцарилось молчание, нарушаемое чавканьем Макса, шелестом пальмовых листьев и далеким перекрикиванием зомби. Солнце клонилось к горизонту, стояла адская духота, я запрел в мотоциклетной уже изрядно подранной одежде, кожу стягивала подсыхающая гниль. Да, помыться не мешало бы, прав Макс.

Только Крошу все нравилось — он вылез на солнышко и подставлял ему бока.

— Мы тут долго сидеть не можем, — покачал головой Сергеич, вглядываясь в заросли, как следопыт на тропе врага. — Волошин может вернуться с проверкой. А я чета не горю желанием, чтобы меня напополам резали, ясно? — Он внимательно посмотрел мне в глаза. — Слышь, Дениска, а у тебя когда такое оружие появится?

Я пожал плечами.

— Пока не везло. Но даже если появится, купить его я пока вряд ли смогу. Отведу вас в отель и пойду качаться, зарабатывать валюту. — Я посмотрел на Макса. — Тернер, как думаешь, сможешь держаться на мопеде?

— Спереди, на танке… — кивнул Макс. — Только дайте еще… немного времени.

— Деннис! — Эдрик показал в сторону прибрежной дороги, как заправский экскурсовод. — Байки там! Я помню!

— Ладно, — решил я. — Подождем еще полчаса, а потом двинемся…

К вечеру Макс смог стоять, опираясь на наши плечи, хотя с каждым шагом морщился от боли, словно наступал на гвозди. Его активность достигла 63% — достаточно, чтобы передвигаться, но недостаточно для серьезных нагрузок. Кости срослись, но не до конца.

Мы выбрались из джунглей на прибрежную дорогу, и Эдрик действительно нашел спрятанные в кустах мопеды.

— Сергеич, ты поедешь с Эдриком, — распорядился я, входя в роль полевого командира. — Макс будет со мной, чтобы я мог его подстраховать.

По тропинке Сергеич с Эдриком ехали, а мы с Максом плелись, потому что тряска по корням могла замедлить срастание костей.

Только когда выбрались на асфальтовую дорогу, я усадил его перед собой, и мы поехали. Разгоняться я не решался, ехал на скорости 30 км/ч, ускоряясь только там, где был риск столкновения с бездушными. Во-первых, мотор при небольшой нагрузке не ревет, а шепчет, во-вторых, проще везти Макса.

Измотанный и истощенный, он периодически отключался, и мне приходилось удерживать его одной рукой, как мешок муки на багажнике велосипеда.

Особенно весело было, когда за нами погнался нюхач, призывая орду, а Макс вырубился, и пришлось гнать, ревя мотором и рискуя быть услышанными Волошиным. А потом, оторвавшись от орды, остановиться и вслушиваться, силясь различить рев мотоциклов преследователей.

Убедившись, что нет «хвоста», мы покатили дальше и ехали почти без приключений, если не считать пары упокоенных бездушных — обоих уложил Эдрик и взял наконец 2-й уровень. Добраться надо было засветло, потому что с наступлением темноты сила и активность некоторых видов зомби возрастает, и мы рисковали быть сожранными.

Макс вырубался все реже, к концу поездки он выразил желание пересесть назад, чтобы не как баба, но я пресек инициативу.

— Уж дотерпи. Скоро ночь. Надо успеть.

— А-а, ну да, — кивнул он. — Солнце скроется — муравейник закроется.

На закате, измученные и грязные, мы подъехали к отелю «Калигайахан». Макс спешился, заозирался.

— Чо-куда? — спросил он, глядя на забаррикадированный главный вход.

— Не туда, — мотнул головой я. — Нам нужно обойти здание и — через служебный вход, а он в торце. Идем!

А сам подумал, что такие баррикады спасут от низкоуровневых бездушных. Если явятся такие, как амбал, которого я еле одолел, все тридцать два человека закончат существование. Это плохое, очень ненадежное убежище. Надо искать новое.

— Так а че тут за люди живут? — спросил Сергеич, топая рядом.

Говорить всю правду, или — только ее часть? По простоте душевной кто-то может сболтнуть, что я знаю об обнулении претендентов — как сегодня Макс проболтался про контейнер. И тогда я потеряю преимущество — враг-то думает, что я не в курсе. Или он играет в мою игру: делает вид, что не знает, что я знаю.

Пришлось останавливаться. Макс и Сергеич встали рядом, и я сказал:

— Мирные. Слишком мирные, и это странно. Окопались и сидят, зомбаков не бьют. У них запасы еды и воды, все налажено, и в принципе, там идеальное убежище.

— Уверенности в твоем голосе нет! — Сергеич погрозил пальцем, все еще сердитый непонятно на что и на кого. Судя по постоянному поглаживанию макушки, на Волошина. — Чей-то ты скрываешь, Дениска.

Я решил не юлить.

— Кто-то ворует уровни у этих людей, они все нулевки. Мы все были такими же, но перестали, как завалили своего первого зомби. А вместе с уровнями, возможно, теряется сила и развитие. Я не знаю, кто это делает, потому не могу никому доверять. И вам нужно будет держать ухо востро.

— И ты нас потащил в такую жопу? — возмутился Сергеич. — Нафига?