Данияр Сугралинов – Level Up 3. Испытание (страница 9)
– Очень давно, Полин. Чуть ли не с самой школы.
– Ага. Ладно, извини, я сразу к делу. Мы тебя второй месяц разыскиваем: и в соцсети писали, и кто-то нашел твой старый домашний номер, но ты и там недоступен был. Хорошо я догадалась твоим родителям позвонить! Слушай. Завтра у нас встреча выпускников, много наших приехало: Майка из Австралии, Пашка из ЮАР, Олька из Германии, представляешь? Из Америки Ежовы… Так вот! С других континентов почти всех собрали, а из нашего города не смогли. Слава богу, я тебя нашла!
– Встреча выпускников? – осознавая, переспрашиваю, а у самого в голове вал нахлынувших воспоминаний: о школе, одноклассниках – вроде как вчера было, а многих ребят уже и не помню.
– Да! Пятнадцать лет с выпуска, ты чего? На десять лет пытались собраться, но пришло всего шесть человек, а ты, кстати, не пришел, хотя звали!
Вспоминаю, почему не пошел и правда ли звали. Вроде звали. Неужели из-за очередного рейда отказался встретиться с одноклассниками? Да уж.
– Пятнадцать лет прошло, офигеть… Спасибо, что нашла, Полина! С удовольствием присоединюсь к вам! Неужели и Пашка приехал?
– Да он родителей навестить. Вот, подгадали встречу так, чтобы все были. В общем, тогда ждем тебя к семи вечера в ресторане Андрейки Беляева.
– У Андрюхи ресторан? Ничего себе! А где он и как называется?
– «Чито-Гврито» на Варшавской. Знаешь?
– Не слышал, но найду. «Чито-Гврито», надо же. Грузинский?
– Ага. Партнер у него – шеф-повар из Грузии. Ну все, не опаздывай! У нас программа! Мы готовили с девчонками…
– Понял. Не опоздаю. До встречи!
– Хорошо. Тогда пока, – слышу смешок, и Полина отключается, оставляя меня в смешанных чувствах.
Из глубин памяти достаю подзабытые лица. Андрей Беляев, чьим объектом насмешек я был все старшие классы – мы с ним оба влюбились в Полину. Мой друг Пашка Пашковский, с которым мы вдрызг разругались из-за чего-то, чего сейчас и не упомнить. Майка Абрамович – хрупкая брюнетка с большими… хм… задатками большой поэтессы, с которой я мечтал потанцевать на выпускном, на что-то надеясь, но так и не решился пригласить. Макс Миненко, еще один Пашка – круглый отличник – Загвозкин, Серега Кардаев – маленький и курносый, подтягивался он больше всех в классе и был любимцем физрука.
Телефон начинает безостановочно пиликать, сообщая о ежесекундно поступающих сообщениях в мессенджере. Открываю WhatsApp и вижу, что меня добавили в чат одноклассников.
– Фил, привет! – приветствует меня Пашковский.
– О, Филиппок с нами! Ура, товарищи! – объявляет Беляев, вспоминая мое прозвище из детского рассказа Толстого.
– Как дела, Фил? Семья, дети? – интересуется Кардаев.
– А почему без фото в профиле? Фотку в студию, Фил! – требует Ирка Гончаренко.
Приветствую всех и погружаюсь в профили одноклассников, изучая фотографии. Взрослые лица, так просто и не узнать. Сообщения продолжают поступать: фотографии семей, детей, воспоминания, школьные байки, слухи об отсутствующих в чате. Все в предвкушении встречи, и, скорее всего, сама тусовка после искренней радости и ностальгических разговоров перерастет в выставку достижений: кто чего добился в жизни и кто в итоге молодец. И на ярмарке тщеславия мне не светит ничего: не добился, не родил и даже семью не сохранил.
Некоторое время обдумываю этот факт, перевариваю информацию и прихожу к выводу: да и хрен с ним! Я просто буду рад повидаться с ребятами, мне нужно немного позитива перед, как полагаю, затяжной войной с семьей Дорожкиных.
В школе меня преследовали три беды: я был не спортивен, не умел и стеснялся танцевать и мечтал стать таким же остроумным балагуром, как тот же Беляев (удачные ответы и шутки приходили мне в голову слишком поздно). Вообще, меня за это не то чтобы клевали в классе, но и популярностью я не пользовался. Хорошо, но не отлично учился; на уроках физкультуры как огня боялся «козла», кроссов и брусьев; на дискотеках жался по углам, стесняясь и опасаясь опозориться.
Так что на завтрашнюю встречу я пойду, подготовившись. В спорте я сейчас и сам фору дам кому угодно из одноклассников, остроумие мне удалось прокачать за годы после школы – в универе даже писал шутки для нашей команды КВН, а вот с танцами как было все плохо, так и осталось. То есть если я накачаюсь алкоголем и услышу знакомую песню, скорее всего, ломанусь на танцпол изображать танец, но со стороны это будет выглядеть крайне нелепо. Да у меня даже навыка танца нет в профиле! А танцы завтра, на встрече выпускников, будут как пить дать.
Так что все время до сна я, совсем забыв про первого зама мэра и его сына-беспредельщика, смотрю видео на YouTube на тему «Как научиться танцевать с нуля» и под ритмичную музыку повторяю, заучивая, движения. К исходу второго часа у меня начинает получаться – телом я сейчас владею на порядок лучше.
Система не только радует открывшимся навыком уличных танцев, но и удивляет такой классификацией. Впрочем, разучивать румбу, танго и вальс мне было не с кем, а ролики с «Ютуба» учили именно уличным танцам под соответствующую музыку.
Всегда мечтал научиться танцевать нижний брейк.
Проснувшись с первыми лучами солнца, я сразу включаю телевизор, ищу музыкальный канал – композиция более-менее подходит – и выкручиваю громкость до упора. Потом сдвигаю журнальный столик, диван, расчищая побольше пространства, ставлю на видеозапись смартфон и… танцую, закрепляя мышечную память.
За полночи мне удалось достичь четвертого уровня владения навыком брейк-дансинга и попотеть пришлось чуть ли не больше, чем на боксе. Танец очень энергозатратен, это я понял, когда, усвоив базовые движения, пытался стоять на руках, удерживая равновесие и сохраняя тело горизонтальным полу. После «черепашки» учился делать «гелик» [12]. Каждый хоть раз в жизни видел, как он делается: танцор вращается на полу за счет маховых движений ног, и выглядит это, как ветряная мельница. Без сильных рук, мышц кора [13] и скоординированности, читай ловкости, смысла нет начинать заниматься брейком – хорошо, что я подкачался за прошедшие месяцы.
Сбоить все начало на более сложных – силовых – элементах. На них мне элементарно не хватало физического развития. Освоить столько акробатики без подготовки – а чем дальше, тем ее становилось все больше и больше – абсолютно нереально, но кое-что получается. Все же чему-то я научился. Вечером, если дойдет до танцев, стесняться не буду.
В хорошем настроении собираюсь на тренировку. Бокс я до возвращения Кости пока отложил, а вот бегом продолжаю заниматься. План-минимум – докачать «Выносливость» до двадцати как один из критериев героических скиллов второго тиера.
Бег проходит под аудиоуроки английского. После звонка из посольства США я решил учить язык. Взяв пока месячный абонемент на онлайн-курсы, я получил пачку файлов, в том числе – аудио. Урок выглядит как размышления на заданную тему, в моем случае – о кулинарии. Преподаватель на полном серьезе убеждает, как важно уметь готовить, и готовить дома. Мол, это и полезнее, и много дешевле, чем питаться в ресторанах. Америки он мне не открывает, но основная цель все-таки в другом – научиться воспринимать речь на слух и понимать ее. Я справляюсь: за весь урок встретилось два-три незнакомых слова, которые я тут же на бегу прогнал через переводчик.
Прогресс-бар английского повышается на пару-тройку процентов, бега – на полтора. На восьмом уровне навык качается сложнее. Зато апом радует «Выносливость». Интерфейс выдает прямо посреди тренировки:
Удовлетворенно кивнув, бегу дальше. Миную место, где мы спарринговали с Костей и где сторожила наши сумки маленькая Юля. Вроде недавно было, а будто сто лет назад: объединение компании, Костя в больнице, окончательный разрыв с Викой в кабинете Панченко, моя победа в турнире по боксу, явление Илинди на «суперфинале», выем и Испытание (то есть Предыспытание), отправка на лечение в Германию Бехтеревых, стычка в ночном клубе с сыном Дорожкина…
Окончание тренировки дает плюс тридцать очков к опыту за выполненную задачу, меня придавливает видимым только мне столбом света, и я повышаю уровень.
Не могу устоять на ослабших ногах и, сотрясаемый конвульсиями от приступа блаженства, валюсь в траву, которой заросло поле школьного стадиона. На то, чтобы отойти от эйфории, мне требуется несколько минут.
Лежа в траве, просматриваю свой профиль.