Данияр Сугралинов – Крафтер, или Таинственная игра (страница 22)
Кот не сводил с него заинтересованного взгляда, и Василий передал ему, что сказала игра.
– Это правильно, – мурлыкнул Васька. – Мышцы на самом деле растут не во время упражнений, а когда восстанавливаются. Твой организм как бы залечивает поврежденные мышечные волокна, а чтобы наверняка, делает это с запасом. Так растет мышечная масса.
– Какой ты у меня умный!.. – вздохнул Василий. – Умел бы говорить в настоящем мире, мог бы преподавать в университете! Или участвовать в викторинах по телевизору!
– Вот еще! – фыркнул кот. – Ты бы лучше сам подумал еще раз.
– О чем?
– О мышцах. Ты утомил руки, так?
– Точно! – обрадовался Василий. – Теперь можно покачать ноги! Только как?
– Как, как… – совсем по-человечески вздохнул кот. – Поприседай, что ли. А чтобы было тяжелее, возьми в руки меч.
Руки едва держали меч, но своего Василий добился: сделал десять подходов приседаний до полного изнеможения и поднял силу до шести очков. После этого бодрость окончательно перестала восстанавливаться, а игра заявила, что Василию нужно немедленно подкрепиться.
Перекусив остатками гречки, Василий принялся за крафт. От идеи создать щит он отказался, а вот выковать доспехи…
…не удалось. Василий пытался создать шлем, но в бой против Змея Горыныча, видимо, придется идти без всякой защиты.
Хотя…
Василий взял в руку меч и удивился тому, как он полегчал. То есть вес оружия остался прежним, это он сам сделался сильнее! Помахав мечом, Василий пару раз замахнулся. Нормально, справится и одной рукой. Была сила – четыре, а стала – шесть, то есть увеличилась в полтора раза. Теперь можно заняться щитом.
На щит понадобился только один стальной слиток, гибкая ветка мандрагоры для рукоятки и два полена. Слитков больше не осталось.
Десять минут крафта – и вот у Василия в одной руке меч, в другой – ростовой щит, за которым, если присесть, можно спрятаться полностью.
Василий посмотрелся в зеркало. Эх, жаль до доспехов не дорос, а то был бы настоящий рыцарь!
Глава восемнадцатая,
в которой Василий рубит головы
Осталось восстановить бодрость – и можно в бой. Жаль только, что нет зелий, восстанавливающих здоровье… Минутку. Василий точно помнил, что у него оставался еще один корень мандрагоры, который восстанавливает 30 % здоровья, если его съесть. Заглянул в сундук – точно. Вытащив, положил корень в карман, чтобы в бою можно было быстро использовать.
А чтобы быстрее привести в норму бодрость, надо еще подкрепиться. Василий спрятал щит и меч в инвентарь, сунулся в холодильник, но из готового нашел только вчерашний суп. Разогреть его было не на чем, ведь ни свет, ни газ в этом мире не использовались, пришлось есть так, холодным.
После еды его потянуло в сон, и он распластался прямо на диване, сказав коту:
– Васька, разбуди через пару часиков.
Кот не ответил, просто посмотрел на часы.
Василию казалось, он едва сомкнул веки – и вот уже кот топчется по груди, орет в ухо:
– Вставай на смертный бой!
Хотелось сбросить его, но Василий осторожно поднялся, отмечая, что выспался, а бодрость восстановилась. За окном светало, ночь пролетела, и, судя по часам, кот дал ему поспать не пару часиков, а все восемь.
Хватит тянуть, нужно сразиться с драконом, то есть с Горынычем.
– Пожелай мне удачи, Васька.
– Желаю удачи, только не тебе, а нам! – заметил кот. – Что, думал, я в сторонке буду отсиживаться?
Взяв в руки щит и меч, Василий направился на выход. С каждым шагом уверенность улетучивалась. Да, Василий здорово усилился, у него теперь есть меч и щит, но он утратил единственное преимущество – стал неповоротливым. Как с такой тяжестью уворачиваться?
Тем более Змей Горыныч аж десятого уровня! Еще и босс, а боссы в играх всегда сильнее обычных мобов! И огромный, как грузовик. Или даже как два. К тому же характеристики его неизвестны. Может, Василий ему на один зуб?
Поэтому он не спешил выходить из убежища, с полминуты смотрел на запертую дверь.
Стоял, стоял, а потом понял: нечего тянуть время, которое и без того утекает – прочности убежища хватит меньше чем на день.
Уняв сердцебиение и убедив себя, что это просто игра, Василий открыл дверь ударом ноги, вывалился на улицу и, прикрываясь щитом, рванул в просвет между шеями Змея Горыныча и стеной.
Змей, кстати, оказался меньше, чем показалось со страху – все же как один грузовик, не два. Василий с ходу рубанул босса по хребту, сместился в сторону и отбежал на безопасную дистанцию. Шкала здоровья босса показала, что Василий нанес лишь 22 очка урона.
В то же время с бешеным мяуканьем из дома выскочил Васька, прыгнул на среднюю голову, царапнул ее и рванул прочь в кусты. Змей Горыныч взревел всеми тремя глотками и начал разворачиваться, чтобы устремиться за Васькой.
Затопав так, что затряслась земля, дракон попер в кусты. Васьки там, понятно, уже и след простыл, и тогда босс повернулся к Василию.
Заминка позволила рассмотреть его профиль:
Это что же получается? У каждой башки босса – своя шкала жизни? А всего у него почти тысяча очков? Значит, бить его придется долго. Очень долго… если удастся выжить. А выживет Василий вряд ли, потому что, судя по цифрам профиля босса, Василию хватит пропустить один удар, чтобы игра закончилась.
А вот босс переживет и тридцать ударов! Осталось надеяться, что…
Думать пришлось, действуя. Змей атаковал когтистой лапой – Василий увернулся. Отбил щитом удар крайней левой головы, рубанул мечом шею – есть! Шкала жизни моба снизилась на 28. И еще на 43! Критический удар!
Еще удар по шее – и змей дрогнул, попятился, побежал… Неужели у него есть инстинкт самосохранения?
– А ну проваливай! – заорал Василий, размахивая мечом.
Однако змей отбежал к деревьям, уперся в них задом, вытянул все три головы…
Василий присел и выставил перед собой щит в тот момент, когда Горыныч изрыгнул пламя. Щит в руках раскалился докрасна, рассыпался пеплом, и Василия обдало жидким огнем. Того немногого, что добралось до тела, хватило, чтобы в глазах потемнело, Василий закричал и едва не бросил раскаленный меч.
Но удалось вытерпеть. Он сгрыз корень мандрагоры, восстановив жизнь, а потом, ничего не видя, бросился в атаку.
Зрение восстановилось, Василий рубил, кромсал Змея, который после изрыгания пламени стал медленным и неповоротливым. Шкала жизни атакованной головы снижалась быстро, а из шеи, разрубленной пополам, фонтаном била красная кровь.
Секунд через двадцать змей снова попытался атаковать лапой. Коготь скользнул по плечу, но урона не нанес. Средняя голова щелкнула зубами у лица – Василий рубанул шею – башка отпрянула.
Удар по шее – отскок… Удар – отскок. Увернуться от атаки, и снова: удар – отскок.
Когда Змей Горыныч начал брать разгон, чтобы с расстояния залить огнем, Василий побежал следом, долбая бронированные спину и хвост. Каким-то шестым чувством он понимал, что огненное дыхание босса работает только на дистанции, а вблизи от него легко увернуться, поднырнув под туловище или зайдя сбоку. Шеи Змея Горыныча будто каменели в момент огненного дыхания, тело замирало, и это был отличный шанс прикончить гада!
Тем более и Васька ему помогал – отвлекал своими наскоками, раздирал когтями костяную чешую на головах, пытаясь добраться до глаз, а потом резво спрыгивал и исчезал в кустах.
Чтобы срубить первую голову, оставалось совсем чуть-чуть. Жаль только, что цели достигал лишь каждый третий удар, а остальные поглощала броня змея. Ну хоть что-то. И если Горыныч так и будет бегать, можно понемногу и без риска его ковырять…