Данияр Сугралинов – Инициал Спящих (страница 81)

До выхода на Арену у меня подрагивали руки, теперь же, слава Спящим, отпустило, я сосредоточился на цели.

– Удачи, – пожелал я ему.

Он кивнул:

– И вам.

– Удивлен, что мы дошли до этого? – выпятив грудь, спросил Инфект, но вождь его проигнорировал.

Комментаторы вместе с трибунами начали отсчет:

– Три! Два! Один!

– Деритесь! – взревели зрители.

Уйдя в стелс, Инфект рванул по дуге за спины врагов. То же самое сделали Грейкилла и Атиякари. Ирина, прячась за могучими Полинуклеотидом и Погромом, осторожно направилась к нам. Готовясь кинуть Летаргию на мистика, я рванул им навстречу.

– Скиф, берегись их рог! – крикнул вслед Краулер, набросив на меня Огненный щит.

Предупреждение было лишним, я знал, что наткнусь на кого-то из стелсеров, и оба начнут атаку с Ошеломления или Подлого трюка, но против этих приемов у меня было Освобождение.

Первым проявился мой старый недруг Атиякари, и он же сам себя наказал! Сработал мизерный шанс отразить эффект контроля, и в головореза ударило отраженным Ошеломлением! Я был быстрее, а потому разорвал дистанцию со все еще невидимым Грейкиллой и отправил спать Ирину.

Следующей целью наметил Большого По. За его спиной уже проявился Инфект. Вор застанил вождя, врубил Мясорубку, и Полинуклеотид задергался под градом Ударов в спину. Я тут же выпустил в него очередь разнообразных стрел – станящих, замедляющих, поджигающих и отравляющих.

По сути, игра была сделана, а Полинуклеотид даже не поднял своих назгулов. Их он призвал уже позже, когда за счет классовой абилки вырвался из-под наших атак, прибил Инфекта и исцелился. Но к этому моменту он остался один: Атиякари уложили Краулер с Бомбовозом, Ирина спала, Грейкилла с Погромом, бегая в Страхе и теряя жизнь, сагрили парочку Зловредных умертвий 23-го уровня и погибли до того, как спал эффект контроля.

Вчетвером мы быстро выпилили Полинуклеотида. Ирина сдалась – хоть и «спала», кнопка была ей доступна.

– Да! – взревел Бомбовоз и, лязгая доспехами, с распахнутыми объятиями бросился ко мне.

Налетел, стиснул и еще раз взревел, запрокидывая голову и теряя шлем:

– Д-а-а-а!!!

С другой стороны напрыгнула Тисса, и мы завалились на землю, жрица оказалась сверху, по ее раскрасневшимся щекам текли слезы радости.

А меня будто бы пришибло, напряжение все не отпускало, и мозг, приготовившийся к изнурительной битве, не верил, что можно выдыхать. Краулер, с трудом сдерживающий улыбку, протянул руку, помогая подняться, сжал кисть, рывком привлек меня к себе и похлопал по спине:

– Размотали, как дракон кроликов!

– Победа, одержанная на классе! – восторгался Ковальски. – Что скажешь, Гай?

– «Пробужденные» допустили пару помарок, но все же сыграли хорошо, – признал Октиус. – Замечу лишь, что им повезло. Освобождение Скифа, имея незначительный шанс, отразило Ошеломление Атиякари, и это предрешило ход поединка…

Сразу после боя Арбитр признал меня победившим в споре с Большим По и выдал личное уведомление. Через мгновение в почтовом ящике тренькнуло сообщение, что поступил Свисток призыва и легендарный Горн распорядителя Арены.

Все эмоции мы оставили там, на песке Арены, а в Тристаде выкинули спор с Полинуклеотидом из головы и задумались о следующем противнике.

Вечером, когда мы все-таки праздновали победу вместе с Перевес и ее подругами в «Буйной фляге», мне довелось увидеть кислую мину Полинуклеотида. Он сделал вид, что не заметил нас, и исчез из таверны…

С каждым следующим раундом противники были все прокачаннее, но мы научились взаимодействовать, что упрощало задачу. Если после победы над «Поющими гориллами» в нас продолжали не верить и даже коэффициент особо не опустили, то уже к четвертьфиналу ставки принимали как 25 к 1.

Наши работяги Мэнни, Трикси и Дьюла так в нас верили, что собирались тоже поставить деньги, но я им запретил. Не прямо, скорее, переубедил. Спросил, сколько они собираются вложить. Выяснилось, что по золотому. Договорились, что в случае победы я сам выдам им по двадцать пять золотых. Так что они ничего не потеряют, если мы проиграем.

После «Аксиомы» мы выиграли пять боев кряду. Тяжелее всего пришлось в полуфинале с молодежной командой «Экскоммьюникадо». Этот клан, наряду с «Модусом», «Странниками» и «Лазурными драконами», входит в Альянс превентивов и десятку самых влиятельных и богатых в мире.

Противники, юные «эксы», щеголяли в полностью эпической экипировке, в которой бриллиантами сверкали отдельные легендарные предметы! Но… Воюют люди, не вещи, а против Летаргии так никто и не нашел противодействия, поэтому мы справились. Даже до Внезапной смерти не дошло, хотя уже к середине боя мы снова потеряли Инфекта и Тиссу.

Тем временем учеба в школе уже шла полным ходом, и мистер Ковач в первый же день новой четверти уведомил, что за любое нарушение и плохие результаты по тестам я получу длительный бан на Дисгардиум. Родители тоже присовокупили: мама прочла нотацию о важности успешного окончания школы, а отец припечатал угрозой лично приходить в девять вечера и врубать экстренный выход с дальнейшим отключением капсулы с выставленным «Родительским контролем».

Но даже это меркло рядом с осознанием того, что мы вышли в финал…

В воскресный день мы – «Пробужденные» и «Т-Модус» – стояли в центре кипящей Арены в лучах магических прожекторов и улыбались. Не знаю, как остальным, а мне это давалось очень тяжело. За нашей спиной выступали «Драконы бесконечности» – самая популярная рок-группа в обоих мирах, которую «Сноусторм» специально пригласил разогреть публику перед финалом.

До нас в битве за третье место «Фералы» победили «Экскоммьюникадо». В юниорской Арене-2075 остался последний бой, и только одна победа отделяла нас от звания чемпионов.

Где-то там, на трибунах, расселись наши болельщики: горожане Тристада и Патрик О'Грейди, письмом сообщивший о том, что будет присутствовать. Приехал весь, кроме Большого По, городской совет, возглавляемый Питером Уайтекером. А еще шеф-повар Арно и Ташот, мастер Бу, он же Сагда, начальник городской тюрьмы Эдвин Купер, писарь Карлсон, наставник Конрад, тайная возлюбленная первого советника госпожа Гройсман из «С пылу с жару», Альфред Стаффорд, стражники Миллс и Гейл. С каждой победой наша репутация с Тристадом и его ключевыми неписями росла и уже достигла уважения.

Тисса взяла меня за руку и крепко сжала. Я повернул голову и увидел, что у нее глаза на мокром месте.

– Это… это потрясающе! – прошептала девушка. – Алекс, это все твоя заслуга! Месяц назад мы с парнями не знали, куда деваться. Мы были унижены, ограблены, избиты, лишены веры в лучшее. И вот… мы стоим здесь, а весь мир смотрит на нас.

Мы обнялись, а потом к нам присоединились Эд, Малик и Ханг. Так мы и застыли, прижавшись друг к другу. Музыка стихла. Зрители на трибунах проводили «Драконов» аплодисментами, и над затихающей Ареной прозвучал бодрый и напряженный голос Дариуша Ковальски:

– Вы только посмотрите! Это самая трогательная сцена, что я видел! «Пробужденные», видимо, сами не верят в то, чего достигли!

– Знаешь, Дариуш, мне кажется, и мы с тобой не верим своим глазам! – к Ковальски присоединился глубокий голос Васа Даксона, звезды спортивной журналистики. – Это же самая настоящая история Золушки, только…

– У нас их сразу пять, – неуклюже пошутил Дариуш. – Итак! Достопочтенные жители Содружества! Дамы и господа! Граждане и неграждане! Вашему вниманию представляется главное событие вечера! Финал юниорской Арены!

– В бою встречаются, – вступил Вас Даксон, – безусловный фаворит, юниорская команда чемпиона взрослой Арены, клана «Модус» – «Т-Модус» из Брокен Хиллс. И темная лошадка турнира, еще пару недель назад никому не известный клан «Пробужденные» из Тристада!

– Пробудитесь, «Пробужденные»! – снова пошутил Дариуш. – Соперники, пожмите друг другу руки!

Мы поприветствовали друг друга. Лица противников не выражали никаких эмоций. Разбойник Филекс, воин Карт, колдун Олаф, друид Кану и лучница Йен, все 26-го уровня, были уверены в себе. Этих парней и девчонку знал каждый тинейджер: «Т-Модус» поставлял призеров юниорской Арены каждый год, и информация о новом составе распространялась задолго до начала турнира. Впрочем, мы тоже сделали 26-е уровни, и в этом им не уступали. Но у них было кое-что еще.

За спиной капитана «Т-Модуса» разлегся самый настоящий дракон, боевой питомец Филекса. 25-й уровень, испепеляющее дыхание и массивная туша, которой легко можно придавить любого из нас. Рядом паслись остальные питомцы соперников: медведь, тигр, вепрь и крокодил. Эти были уровнями пониже, но ненамного. Именно потому все ставки были против нас.

– Удачи, – сухо пожелал Филекс, их капитан.

– И вам, – ответил я.

Мы заняли позиции на нашей половине поля, встав в специально отмеченные на земле круги, и замерли в ожидании сигнала к началу поединка. Инфект, нервничая, в который раз проверял снаряжение. Краулер смотрел прямо перед собой, но сжатые кулаки выдавали его волнение. Тисса закусила нижнюю губу. Бомбовоз поднял забрало и почесал лоб.

– Генерация зоны поединка… – объявил женский голос. – Локация создана.

В доли секунды поле Арены трансформировалось. За нами вырос холм, вытянулись деревья, на половине «Т-Модуса» вознеслась небольшая крепость, а на поле появилась река.