Данияр Сугралинов – Инициал Спящих (страница 68)
Прорыв случился, когда я прекратил метаться, очистил посуду от испорченных продуктов и на минутку остановился.
Оливер уже закончил со своим блюдом и о чем-то оживленно общался с Дженкинсом. Мастера посмеивались, поглядывая на меня.
Я помахал им рукой. Оба сделали удивленные лица, полурослик что-то сказал, и они расхохотались.
«Так, в бездну обоих, – подумал я. – Выигрывать все равно не собирался, но и так позориться тоже не дело!» Пожалел только, что нет при себе
Успокоившись, включил логику и подсознательную память: мне все-таки доводилось видеть, как готовят в уличных фургонах и как по особым случаям колдует у плиты мама. Повинуясь интуиции, отсыпал в посудину муки, бухнул туда соли и перца. Потом почистил пару оставшихся рвачей, причем только требуху. Тонкую шкурку чешуи снимать не стал. Забил рыбок нарезанной зеленью, обсыпал приправами, обмакнул в муку и бросил в кипящее масло. Выдержал несколько секунд и перевернул.
Сработало!
Я тут же, не вчитываясь в сообщения, снял сковороду с огня.
– Сервируй блюдо! – закричал довольный Арно.
Я взял большую плоскую тарелку, выложил туда рыбу, добавил пару долек помидора и кружок лимона. Чего-то не хватало. Вспомнив наши с родителями походы в ресторан, добавил листья салата. Подумав, пихнул салат под рыбу.
– Готово! – Я поднял руку.
Коротко протрубила сирена, и вокруг меня вспыхнул зеленый столб света. Игриво одетая эльфийка подхватила мое блюдо и унесла к жюри, заседавшему на другом конце зала. Не зная, чем заняться дальше, я отошел от плиты к Арно. В ожидании вердикта судей мы поболтали о последних городских событиях, а потом объявилась Юнифельда, обвела всех участников загадочным взглядом и огласила итоги:
– Наши зрители уже догадываются, какие оценки выставили досточтимые судьи, ведь они видели их реакцию в процессе дегустации блюд. Лишь главные действующие лица, непосредственные участники турнира, замерли, ожидая решения жюри, которое возглавляет, напомню, сама глава кулинарной гильдии, гранд-мастер, госпожа Эйприл Блумфи!
Публика в зале зашепталась, и из комментария Арно я уяснил, что эта великая женщина – автор сотен рецептов эпических блюд и подруга бывшей негражданки Рейчел Кесслер из Калийского дна. Игрок!
– Итак… – Юнифельда развернула свиток и застыла, вчитываясь. Через несколько секунд она откашлялась, смутилась и заговорила: – Уважаемые зрители! На моей памяти такое впервые, а я, поверьте, многое повидала! Единогласным решением судей безоговорочным победителем этого воскресного кулинарного турнира объявляется участник, не являющийся членом нашей гильдии! Победителем становится… умелец Скиф из вольного города Тристада!
Что тут началось! Шум, гам, крики возмущения и удивления! Пока Арно душил меня в объятьях, я заметил игровые уведомления о росте ремесла сразу на сто очков, повышении моей
После объявления итогов больше всего меня удивили полурослик Дженкинс и Оливер. Оба, не скрывая удивления, поздравили с заслуженной, как они выразились, победой.
– Ты молодец, парень! Мы тебя недооценили, конечно, – признал Оливер. – Хочу сделать небольшой подарок. Видел, как ты заглядывался на мой нож. Подарить его не могу, он персональный – получил за победу в ежегодном турнире – но зато у меня есть еще такой.
Он протянул ладонь, и в ней материализовался немыслимой красоты и функциональности нож.
Я принял подарок и кинул его в карман. Не инвентарь, конечно, и можно потерять или воры стащат, но до личной комнаты как-нибудь донесу.
Дженкинс ничего не подарил, но пригласил в некое закрытое сообщество кулинаров:
– Добавь меня в друзья, Скиф. Выйдешь из песочницы, напиши. Мы с коллегами собираемся раз в месяц в чьем-нибудь ресторане и делимся секретами. Гильдия гильдией, а только самые топовые рецепты кому попало не уходят. Сам понимаешь, это большие деньги. И дам совет на будущее – не делись с ними рецептами.
Он указал глазами на главу гильдии, таинственно усмехнулся и отошел. Награждала меня под вспышки магических шаров лично Эйприл Блумфи, очень привлекательная под бафом от моего блюда. Женщина средних лет, с собранными в пучок темными с проседью волосами, в черно-золотой мантии гранд-мастера, выдала поздравительную речь и напутствовала:
– У вас дар, молодой человек. Вы настоящий талант! Не зарывайте его в землю. В вашем возрасте обычно тянутся к приключениям, но я вам так скажу: мы, кулинары, знаем, что настоящее приключение всегда требует много сил и энергии. А это дает только вкусная и питательная еда!
Она посмеялась своей шутке, я вежливо улыбнулся. В ее словах я уловил намек на то, что рейдеры многими стаками скупают дорогущие блюда, и пометил развитие ремесла как запасной вариант на случай, если мне все же придется зарабатывать в Дисе.
Под аплодисменты собравшихся госпожа Блумфи посвятила меня в члены гильдии и вручила рецепт эпического рейдового блюда «Горское застолье» (
После церемонии награждения у меня взяли интервью для всеобщего «Вестника Содружества» и «Дисгардиум Дейли». Вторая газета существовала только для игроков, и более дурацких вопросов, чем от «Дисгардиум Дейли», я не слышал. Впрочем, старательно отвечал на все.
– Скажите, Скиф, каково это – быть подростком в такой дыре, как Тристад?
– Мы всем Тристадом готовы ответить на этот вопрос, если вы приедете к нам и зададите его еще раз.
Служащий гильдии по имени Боб позволил прикупить в гильдейском магазине ряд рецептов на мой уровень ремесла. Он же зарегистрировал мои авторские рецепты. С учетом тех, что уже зарегистрировал на мое имя Арно, в гильдии стало числиться четыре моих рецепта:
По совету Дженкинса, рецептом
– Гильдия завтра же включит ваши рецепты в реестр предлагаемых к реализации. У вас есть банковский счет? Еще нет? Ничего страшного, мы будем делать ваши авторские отчисления по почте. 1% от суммы всех продаж ежемесячно. Однако имейте в виду, Скиф! – сказал в заключение Боб, пожимая мне ладонь. – Чем необычнее рецепт блюда и полезнее его свойства, тем выше процент!
Потом мы тепло распрощались с Арно, и встречавший дворф, мастер Ромм, отправил меня туда же, откуда я прибыл.
Интерлюдия 2. Ева
Афродита, чуть приотстав, шла за Утесом и любовалась парнем. Ей сложно было разобраться в своих чувствах, но, главное, она ему нравилась. Она, Ева О’Салливан в истинном обличье.
После пластической операции Ева долго не могла привыкнуть к собственному отражению. При всей его красоте сложно было сознавать, что это она.
Большие изменения в строении тела, когда ей даже вытягивали кости и позвоночник, чтобы увеличить рост и удлинить ноги и руки, привели к тому, что девушке пришлось заново учиться ходить и управлять новым телом. Она была как нескладный подросток, внезапно за лето вымахавший на двадцать сантиметров и теперь не знающий, что делать и как справляться со всем этим добром. Собственно, Ева и была нескладным подростком – вчерашней девочкой, игравшей в куклы, а теперь ей пятнадцать, и гадкий утенок превратился в лебедя.