Данияр Сугралинов – Инициал Спящих (страница 25)
Только остановившись, я понял, что снова стою перед ней в одних трусах. И на этот раз мне точно стоило прикрыться. Краска залила лицо, и я, спотыкаясь и не попадая ногой в штанину, смутился еще больше. Тисса залилась беззлобным смехом, и я бросил в нее подушкой.
– Отвернись!
Одевшись, я сел рядом.
– Повезло, что ты была не с ними.
– Может, повезло, может, нет, – она неопределенно пожала плечами. – Ко мне он относится лучше, чем к парням.
– Минутку… Так если ты была не с ними, тогда откуда у тебя… – Я показал на скулу. – Что с парнями – понятно. А что случилось с тобой?
Она помрачнела и опустила голову.
– Если ты не против, я бы не хотела это обсуждать. Я могу остаться у вас на пару дней? Вот придет отец в себя – тогда и вернусь домой…
– Так дело в нем? Он тебя ударил?
– Нет, Алекс, не выдумывай! – Тисса вскочила, схватила меня и затрясла, глаза у нее загорелись. – Не смей! Никому! Рассказывать! Ты меня понял?
– Понял.
Она убрала руки и принялась нервно ходить по комнате. Я счел за лучшее помолчать и дождаться, пока она успокоится – в реальной жизни жрица света славилась вспышками гнева и быстрой отходчивостью. Так и произошло, через несколько минут ее грудь перестала ходить ходуном, глаза – метать молнии, и девушка присела рядом.
– Если об этом узнают, папу лишат отцовства, – тихо сказала она. – Он этого не переживет! Я – все, что у него осталось. Просто у него… трудности, и в такие моменты он… Я сама виновата, наговорила ему…
– И часто у твоего отца… трудности?
– Нет, что ты! – Она испуганно вскочила. – Нет! Просто ему надо успокоиться… Прийти в себя. Так я останусь?
– Конечно оставайся! – Мысли об отце Тиссы мгновенно выветрились, едва я осознал, о чем она просит. Взбудораженный, я вскочил с кровати и заметался по комнате. – Если хочешь, можешь лечь в моей кровати, а я посплю в гостиной.
– Спасибо, Алекс. – Она чмокнула меня в щеку и зевнула, прикрывшись ладошкой. Потерла глаза. – Тогда, если ты не против, давай спать…
Ночь на диване в гостиной выдалась беспокойной. Сокровенные мысли крутились, наслаивались, и осознание того, что в моей постели сейчас спит Тисса, будоражило, лишало сна. К полуночи мне удалось совладать с воображением, но в голове закрутилось другое – нападение на «дементоров». Что-то в этом выходило за рамки привычного переплетения реалий нашего мира и Диса. Неужели Большой По настолько мстителен, что не погнушался криминалом?
Не сходилось. Кто такой Уэсли Чоу? Такой же подросток, как и я, из самой обычной семьи. Мы с ним даже не граждане! У нас нет денег, нет влияния, нет связей. Его клан зарабатывает неплохие деньги, но вывести их пока невозможно! Встретиться с игроками из большого Диса нельзя, и даже почта туда не ходит, так что…
Все это сводилось к одному: если произошедшее с «дементорами» – дело рук Большого По, то как он это организовал? Ведь нападающие – не простые безработные оницо, они из криминального мира. Из тех, кто не носит чипа, не стремится к гражданству и кому плевать на закон.
С этими мыслями я уснул, а едва закрыл глаза, меня уже будили мама с Тиссой. Я ощутил запах тостов и свежезаваренного кофе.
– Вставай, лежебока!
Тисса пихнула меня в плечо и рассмеялась. Она уже оделась и выглядела очень свежо, намного лучше, чем накануне. Синяк на скуле был залечен «Домашним доктором», и о случившемся ничего не напоминало.
– Поднимай, поднимай его, Мелисса! – подначивала мама. – Алекс всегда готов променять горячий завтрак на двадцать минут лишнего сна!
– Лишнего сна не бывает, мам! – заорал я, вскакивая с дивана, и побрел умываться.
Мы позавтракали без папы. Он, как оказалось, всю ночь провел в симуляции нового проекта и сейчас отсыпался. Мама, накрыв на стол, выпила с нами чашку кофе и тактично оставила одних.
– Надо лететь сейчас, – сказал я. – Прогуляем школу, конечно, но не смогу успокоиться, пока мы не решим вопрос с Большим По.
– Согласна. Летим! – Тисса была полна решимости. – Посмотрим, что скажет этот жиробас!
Школа «Летящие паруса», где учился Уэсли Чоу и, как вчера выяснилось, Недовес, Перевес и Кряпота, была той же категории, что и наша с Тиссой. Находилась она в другой части дистрикта, и лететь туда пришлось почти час, но в компании Тиссы он промелькнул незаметно. Понятно, что нас туда не пустили, оставив ждать Чоу на аллее перед главными воротами, причем предварительно пришлось назвать имена и цель посещения. Такие меры предосторожности стали обычными для школ после многократных случаев появления «стрелков» – тех, кто без причины убивал школьников.
Ждать пришлось долго: сначала звонка, потом самого Большого По, который мог бы и не выйти, не захоти он общаться. Но он захотел – скорее всего, просто стало любопытно. Или парень горел желанием лишний раз постебаться над нами. Из опыта общения с ним сложилось впечатление, что Уэсли никогда не упустит случая напомнить, кто на свете всех важней.
Его массивную рыхлую фигуру было сложно перепутать с чьей-либо еще, хотя я впервые видел его в реальной жизни. Мы с Тиссой одновременно поднялись со скамейки, и мне пришлось ее придержать – девушка кипела праведным гневом и порывалась накинуться на Уэсли с кулаками, от чего я весь полет уговаривал ее воздержаться.
– Надо же, кого принесло! Шеппард! Тисса! Решились вступить в «Аксиому»? Для этого не обязательно было прилетать сюда!
Руки он не протянул. Встал перед нами и осклабился.
– Говорите.
– Вчера кто-то избил Эда, Малика и Ханга, – сказал я. – Мы уверены, что ты приложил к этому руку.
– Краулер, Инфект и Бомбовоз избиты? Какая жалость… Ничего об этом не знаю. – Он развернулся, чтобы уйти. – В любом случае примите мои соболезнования.
– Ах ты, лживое дерьмо! – заорала Тисса, бросаясь на Большого По, но я ее остановил.
Уэсли удалялся, подняв руку с вытянутым средним пальцем. Оставив Тиссу, я догнал его у ворот.
– Постой, Уэсли! – Я схватил парня за плечо, но тот вырвался.
– Без рук, Шеппард!
– Хорошо. Ответь только на один вопрос…
Он демонстративно посмотрел на часы и кивнул:
– Говори быстрее, мне надо возвращаться на урок.
– Просто скажи, как это остановить?
– Остановить что? – Насмешка в его голосе сняла все сомнения. Он презрительно сплюнул мне под ноги. – Ну! Конкретнее!
– Ты знаешь.
– Знаю. И они знают, ну и что? – Он пожал плечами. – Я им говорил: сто тысяч голды – и инцидент исчерпан. Но знаешь… даже если они найдут такую сумму, я скажу, что ставка увеличилась! И потребую сто пятьдесят!
Большой По мерзко захихикал. Вот серьезно, крайне мерзко! Мне захотелось вбить это хихиканье ему в глотку, но я сдержался.
– Значит, только деньги, и даже они ничего не изменят?
– Ну… почему же только деньги? Деньги как раз таки – самое неинтересное. А вот какой-нибудь артефакт… – Большой По почесал затылок и ухмыльнулся.
– Артефакт? Легендарка устроит?
Черта с два ему, а не легендарку, мне просто хотелось вытащить из лидера «Аксиомы» больше информации, глядишь, что-то и пригодится.
– Вполне! – Его глаза загорелись, в них вспыхнуло подозрение. – Откуда у такого нищеброда легендарный предмет? Я чего-то о тебе не знаю, Шеппард?
– Погоди, я не до конца понял. Просто подарить тебе артефактную или легендарную шмотку, и ты все забудешь? Отстанешь от нас и в реале, и в Дисе?
– Скиф, да пошел он к черту! – влезла Тисса. – Не видишь, он же просто издевается!
– Нет, не подарить! – Уэсли не обратил на нее внимания. – Такой подарок просто так не сделаешь, все подобные сделки под особым контролем корпорации и обеих полиций. Знаешь, сколько было случаев шантажа и вымогательства в реале? Сколько так отмыли денег? Сколько взяток было роздано виртуальными шмотками? Нет, Скиф, это не так просто.
– Тогда как?
– Предположим, тебе есть что предложить. Тебе, потому что договариваться с Родригезом и его парнями я не буду, я им больше не верю. Но допустим, у тебя есть некий легендарный меч…
– Ага. Или маунт. Или кольцо.
– В этом случае могу предложить тебе поставить своего маунта или кольцо на кон в нашем споре. Споре, который ты проиграешь.
– Споре о чем?
– Понятно, что не о погоде. Этот должен быть спор, влекущий действие. Дуэль на Арене?
– Скиф, не вздумай! – прошипела стоящая рядом Тисса.
– О, у меня идея намного лучше! – воскликнул Большой По. – Думаю, Краулер ухватится за нее двумя руками!
– Какая? – прищурившись, спросила Тисса.