Данияр Сугралинов – Голодные звёзды (страница 26)
— У нас разумный корабль, у него мозг плененного живого существа — он так говорит. Но может и обманывать, мало ли что оно такое. Если у него и правда мозги разумного, ты ведь почувствуешь ложь?
Ответила она после секундного промедления.
— Не знаю, должна.
— Тогда жду тебя здесь, Лиза, — мысленно сказал я. — Риск исключен.
— Пять минут, и я у тебя.
Вслух я сказал:
— Корабль, сейчас сюда прибудет еще один переговорщик, его надо поднять на борт.
— Сделаю, — ответил корабль.
Пока мы ждали Лизу, я попытался расспросить у странного собеседника о Жатве и жнецах, о других расах и Охотниках, но информация оказалась заблокированной. Как жаль! Интересно, если освободить этот разумный корабль, я смогу снять блок, или информация просто стерта из его сознания? Посмотрим.
Лиза поднялась на борт, как и говорила, через пять минут, шагнула ко мне, схватила за руку, и ее перекосило.
— Господи, какой ужас, — прошептала она, затравленно озираясь.
Макс оскалился и прошипел:
— Я говорил, что не надо ее сюда…
— Макс, тише, — шепнула она. — Просто ощущение, что меня сожрал монстр, и этот монстр медленно умирает уже сотни лет… и не может умереть.
— Корабль, ответь на несколько вопросов, — сказал я вслух. — Ты действительно был разумным, плененным тримером? И у тебя живой мозг?
— Да.
Лиза кивнула, морщась и потирая висок.
— Правда.
— Ты правда перестанешь функционировать, если твой оператор не явится в течение часа?
— Да. Не трать время, я ни разу не солгало тебе, потому что не способно на это.
— Не врет, — подтвердила Лиза.
— Правда ли, что тример, если я его освобожу, будет чувствовать себя обязанным мне и может откупиться тобой?
— Правда. Он не будет нападать на вас, его ведет кодекс.
— Он не врет, — еще раз подтвердила Лиза и взмолилась: — Можно мне уйти? Мне неприятно тут находиться.
— Потерпи, родная, — сказал я ей и переключился на корабль: — Еще пара вопросов. Я могу быть уверенным, что освобожденный тример не причинит вред? Что он примет мои условия?
Я понимал, что повторяюсь, но ставки были слишком высоки. Если у нас появится корабль, я наконец сгоняю в Самару, поищу Свету. Что буду делать, когда найду ее, второй вопрос…
Если найду…
Когда цель, к которой стремился так долго, сама идет в руки, так важно не ошибиться! Меня потряхивало от напряжения.
— Корабль, верни нас на землю, — сказал я. — Будет тебе оператор.
Спустя полминуты мы вышли из лифта, и я сказал в общий чат:
— Я решил обменять пленного тримера на космолет. Нам гарантируется неприкосновенность. Костя, дай мне ловушку с тримером.
— Уверен? — спросил он, выступая из-за пальмового ствола.
Я им продублировал разговор с кораблем, Лиза подтвердила. Тетыща отдал мне ловушку.
— На корабль пойду один, дабы не рисковать вами, — объявил я им. — Освобожу тримера именно там. Из оружия у меня «Нагибатор» и останется штука, с помощью которой тримера пленили. Он полудохлый, забитый НЕХами, быковать не должен.
Сергеич не сдержал чувств:
— От жеж блин. И хер проссышь, это счастье привалило, или очередной звездец.
— Вот и проверим, — сказал я. — Корабль, миелофон, то есть оператор, у меня. Поднимай!
Лифт принял меня без звука и просто потащил вверх, и я даже не сразу сообразил, что движение началось, а опомнился уже в корабле. И правда похоже на утробу какого-то чудища.
Стены слабо пульсировали. Я переложил уловитель с тримером из руки в руку, прижался плечом к мягкой панели, и она ответила теплом, будто живая.
Черт.
Вроде бы гарантии я получил, а все равно потряхивает от напряжения. Потому что, если ошибусь, моя ошибка может стать фатальной для всех.
Но ведь тримеру и правда нет смысла с нами воевать, тем более полудохлому, ведь Система сняла с меня метку.
Я переложил коробку из руки в руку. Давай, Рокот, решайся да выдохни наконец. Где открывается эта хрень? Никаких кнопок и рычагов…
— Корабль, помогай! — позвал я на помощь живую железяку. — Я хочу выпустить твоего оператора и не знаю как.
— Следует надавить любым отростком твоей конечности на углубление справа. Проведи по поверхности, почувствуешь.
Я провел. Палец соскользнул в ямку, которая засветилась, и перед глазами возникли нечитаемые символы, которые сразу же слились в слова:
Действительно ли хочу? Нет, но надо…
Да!
Коробочка в моих руках открылась, как дверцы вагона метро, изнутри повалил черный дым. Интересно, что будет, если по совету Вики затянуть его в пылесос? Я отмахнулся от дурацкой мысли, шагнул назад, глядя, как дым заволакивает корабль, стягивается в одну точку, уплотняется. Сердце пропустило удар, бросило в жар. Одно дело драться, когда нет времени рефлексировать, и другое — вот такое ожидание. Как говорил Витек-выживальщик, «яйца над пропастью». Перед тем, как тримера затянуло в ловушку, его «активность» снизилась до 15 %. Хотелось верить, что он был в стазисе и не восстановился.
Дым поначалу разлетался лениво, потом потянулся внутрь самого себя. Точка уплотнения вспыхнула чернотой — будто в комнате погасили лампу там, где она и не горела. Чернота свернулась в комок — сперва с кулак, потом разбухла до человеческого роста и снова растекались, заполняя корабль. Вспомнилось, что тример был огромным, пятиметровым. Как он поместится здесь?
Пара мгновений — и передо мной соткалось из дыма существо с меня размером, покачнулось, колени его подогнулись, и оно опустилось, опершись на все четыре верхние конечности. Его «активность» по-прежнему составляла 15 %. Сероватая кожа с черным отливом, рассеченная во многих местах, сочилась зеленоватой сукровицей. Перебитые конечности еле держали тело.
Я стоял, не двигаясь, изучал противника. Видимо, он и свой размер может подгонять под ситуацию, в нами тример бился в боевой форме. Только теперь стало ясно, что его голову покрывали мельчайшие ворсинки с капельками наверху — очевидно, глазами. А может, тример иначе ориентировался в пространстве. На груди виднелось развороченное прикрытое пластинами отверстие, откуда свисали то ли щупальца, то ли куски мяса, а еще на его груди мерцал красным огромный кристалл, которого раньше точно не было.
Всяких уродов я повидал, но от противоестественности этого существа меня передернуло. Тварь вскинулась, дернулась в сторону и упала на бок, загребая конечностями. Одна из конечностей дернулась, царапнула пол корабля, но мягкое покрытие приняло удар без следа, тут же выправилось.
Существо замерло, видимо, прислушиваясь. Ворсинки на голове повело волной — слева направо, потом обратно. Капельки на их кончиках вспыхнули зеленым, словно ночные светлячки, и потухли.
— Я не причиню тебе вреда, — сказал я, невольно отступая и вжимаясь в мягкие стены корабля.
Пластины на животе тримера приоткрылись, куски мяса шевельнулись, и утроба существа издала бульканье и скрежет. Это рот, блин! У него пасть на груди.
— Что ты хочешь за мою жизнь? — воспроизвел переводчик в моей голове. — Я пришел убить тебя. Ты был вправе забрать мою жизнь, но не забрал.
— И что я с ней буду делать? — усмехнулся я. — В смысле, твоя смерть, конечно, принесет мне пользу, но у тебя есть то, что мне действительно нужно. Я оставляю тебе жизнь под гарантии, что ты не причинишь мне вреда. Мне нужны твой корабль и информация.
— Не всякую информацию я могу дать, — проскрежетал тример.
Он был полудохлым, но я все равно не расслаблялся, сжимал «Нагибатор». Даже в таком состоянии он сильнее меня.
— Какой смысл в Жатве? — спросил я. — Зачем жнецам наши души?
Тример шевельнул ворсинками с каплями, и поле зрения закрыл текст: