Данияр Сугралинов – Герой (страница 60)
– Где потеряли? В торговом центре?
– Да. Отвлеклась на минутку – забежала в бутик косметики посмотреть новую помаду…
– Понял. Как давно это было?
– Полчаса назад. Может, минут сорок.
– Мне нужно больше информации, чтобы я смог вам помочь. Фотография есть?
– Да-да, сейчас… – она снимает блок с телефона, листает альбом и показывает мне фотографию племянника.
С экрана на меня смотрит Боря Коган, только здесь он серьезен, не улыбается и выглядит чем-то недовольным. Видимо, не хотел фотографироваться.
А вот и квест:
– Я его видел, – киваю я, квест принимается, девушка облегченно вздыхает, но следующие мои слова наносят ей крит. – Он уехал с каким-то очкастым мужиком. Совсем недавно.
Она замирает, хватая ртом воздух, словно выброшенная на берег рыба. Вижу, как ее накрывает десятисекундным дебафом шока, нарушающим жизненно важные функции нервной системы, кровообращения, дыхания и метаболизма. Ее колени подгибаются, и мне приходится сначала ловить в воздухе выроненный девушкой смартфон, а следом и ее саму, не давая рухнуть на асфальт парковки.
– Девушка! Девушка! Соберитесь! Нельзя терять время, мы еще можем их догнать!
Боре и его родным чертовски повезло, что я уже идентифицировал мальчика. Сейчас я вижу, как его метка движется по одному из центральных проспектов на северо-восток города.
– Как? – орет на меня девушка. – Вы что, ясновидящий, чтобы знать, куда они поехали?
– Нет, я просто человек. Но я запомнил марку автомобиля – белый Toyota Land Cruiser, и видел, куда они поехали. Учитывая, какие сейчас пробки в той части города, у нас все шансы.
Она успокаивается, как только видит, что не все потеряно. Не знаю, что ею движет больше – страх перед реакцией матери ребенка или любовь к племяннику, но девушка, собравшись, кивает куда-то в сторону, бросив мне:
– Едем на моей, нам туда. Я, кстати, Милена.
– Филипп, можете звать меня Фил, – протягиваю руку, но она уже спешит к своей машине.
– Скорее, Фил! – не оборачиваясь, кричит она.
Похоже, кританула словом, и хотя система ничего не отображает, но голос у нее властный, подчиняющий. Я все еще тяну руку, но ноги уже сами несут меня вслед за ней.
Ее Mini Cooper на другой стороне парковки, и нам приходится тратить время, обходя бесконечные ряды машин, забивших пространство в этот субботний вечер – в кино начали крутить вторую «Суперсемейку» и продолжение «Мира Юрского периода».
Я продолжаю отслеживать перемещение мальчика. Уехали они недалеко, судя по всему, застряв в пробке.
Милена, хоть и на каблуках и в короткой юбке, добегает до машины быстрее меня. Честно говоря, я и не старался ее догнать – зрелище было прекрасным и завораживающим.
Дождавшись, когда я сяду, она заводит машину и резко стартует, выезжая из паркинга.
– Пристегнитесь! Куда ехать?
– Думаю, они застряли на Ломоносова. Хорошо, что у вас небольшая машина, – замечаю я, имея в виду возможность маневрировать.
– Что вам не нравится? – вспыхивает она. – Ну и что, что маленькая? Зато маневренная!
– Э…. Так и я о том же.
Какое-то время она недоверчиво косится в мою сторону и сопит – простыла? Из-за высокого роста и небольшого салона ее юбка оголяет колени чуть более, чем нужно, притягивая мой взгляд. Какая-то жесткая аура сексуального магнетизма! Черт, вроде я без дебафа, благодаря которому сошелся с Викой, но мне стоит больших усилий не смотреть. Система сообщает о повысившейся силе духа, оценив мои усилия.
Милена крутит головой, выглядывая в соседних полосах нужный нам джип, и оживает при каждом белом «крузаке».
– Этот?
– Нет, – отвечаю, точно зная, что не тот.
Девушка искусно лавирует в потоке машин, обгоняя, подрезая и вклиниваясь в любой зазор. Она нервничает все больше, кусая губы и стискивая руль.
– Он на светофоре, – успокаиваю ее. – Я его вижу…
Она пытается отстегнуться, чтобы бежать, но я ее останавливаю.
– Куда? Сейчас у него загорится зеленый, мы не успеем пешком, догоним на следующем! Никуда он не денется, Милена!
Услышав свое имя она, кажется, успокаивается и понимает, что не одна. Опускаю ладонь ей на руку, сжимающую рычаг коробки передач, вкладываю в интонации тепло, эмпатию, харизму, коммуникабельность, добро, уверенность – да вообще все, что могу, и, поймав ее взгляд, спокойно говорю:
– Все будет хорошо.
Милена смотрит, не отводя глаз, и только сейчас вижу, что она беззвучно плачет. Я вытираю слезу с ее щеки и кивком прошу ехать:
– Зеленый. Последний рывок.
Она газует, мы проскакиваем перекресток, выезжаем на встречку, обходя поток, и втискиваемся в промежуток в паре машин позади джипа Гречкина. Прямо перед следующим светофором. Милена включает аварийку, мы одновременно выскакиваем из машины и бежим к джипу. Его стекла затонированы, и сложно определить, есть ли в машине мальчик…. Без интерфейса. Но я вижу – мальчик внутри.
Забегаю вперед и встаю перед джипом, чтобы он не смог уехать. За лобовым стеклом вижу красное лицо Гречкина. Система говорит, что он напуган, но за линзами роговых очков я вижу злые, ненавидящие глаза. Впрочем, он быстро берет себя в руки и на требование Милены открыть двери опускает стекло и невозмутимо спрашивает:
– Вы что-то хотели?
Милена заглядывает в салон и, обнаружив племянника, радостно восклицает:
– Борька!
Малыш что-то отвечает, но я не слышу. Девушка безуспешно дергает заблокированную дверь. Индикатор страха Гречкина резко подскакивает процентов на пятьдесят – его поймали с поличным. Интересно, как выкручиваться будет?
– Ах ты, мразь! Педофил! – взрывается девушка, впивается ногтями в лицо киднеппера, сбивает с него очки, шляпу, невозмутимость и тащит его наружу. – Гад! Гад! Ребенка украл! Сволочь!
– Отстань от меня, ненормальная! – в панике кричит Гречкин. – Никого я не крал!
Представляю, что могло случиться с ребенком, вспоминаю многочисленные «останки» на карте интерфейса в моем поиске пропавших детей, перед глазами встает безмерное горе родителей… Система фиксирует адреналиновый всплеск, повышенное сердцебиение и уведомляет о новом бафе:
Вот это баф! Где же он был, когда на меня налетел Жирный? Как бы там ни было, понимаю, что пора вмешаться.