Данияр Сугралинов – Дисгардиум 10. Явная угроза (страница 13)

Улыбнувшись, я кивнул:

– Здорово.

– Лет десять побуду рядом, а там посмотрим. К тому же я тут ничего не знаю, а ты вроде как в этом мире что-то значишь… Значишь ведь, соратник? Ты ж самого Аваддона завалил!

– Все сложно. Видишь ли, Спящих тут, мягко говоря, недолюбливают – мир под Новыми богами.

Деспот помрачнел, махнул рукой:

– Ладно, повоюем за Спящих, раз так. Как им поклоняться?

– Да ничего особенно. Повторяй за мной: «Я, рогатый демон Деспот, сын Диабло, жаровня ходячая…»

– Я, рогатый демон Деспот, сын Диабло, жаровня… – недоверчиво повторил соратник. – Ты серьезно? Где ты видел нерогатых демонов?

– Не отвлекайся!

– Жаровня ходячая… – Деспот нахмурился. – Странные клятвы у Спящих…

Видок у демона был такой озадаченный, что я расхохотался и закончил с издевательствами – просто предложил ему стать жрецом, а он согласился… и начал расти.

Увеличившись втрое за счет Единства, Деспот радостно зарокотал и топнул так, что я свалился. Начал подниматься и снова упал, когда земля ушла из-под ног. Демон повторял свой трюк до тех пор, пока я не бросил попыток встать на ноги.

– Иди к черту, рогатый!

– Ладно, ладно, – продолжая смеяться, сказал тот.

Дождался, пока поднимусь, и снова топнул, но я уже был готов – просто взлетел.

– Это тебе за жаровню рогатую, – развеселившись, сообщил демон, после чего заговорил серьезно: – Что у тебя за дела? Не пора ли нам начать?

– Я тебе лучше покажу.

Взяв Деспота в группу, я улыбнулся, вспомнив, откуда именно демон прибыл в Дисгардиум. Морозный континент его очень удивит.

– Ну что, готов померзнуть, рогатый? Снег увидишь…

– Снег? – удивился демон. – Что такое…

Мы прыгнули на Холдест.

– …снег?

Отвечать мне не пришлось.

Глава 2. Южный полюс

Холдест встретил нас мерцающими сумерками, ветром, пробирающим до костей, и секущим снегом, летящим горизонтально. Видимость стремилась к нулю, крошечные льдинки били в глаза, резали, слепили, так что было не разглядеть собственной руки. В пасмурном небе едва просвечивалась местная луна Геала.

Деспот стоял рядом и шумно дышал, взмахивая руками-алебардами. Соприкасаясь с его адской аурой, снежинки таяли, и его окутывал кокон пара.

– Что это? – рокотал демон, нервно озираясь, делая странные па и напоминая корову на льду. – Что за злая магия? Где сами маги?

Получив Стоика, я был защищен от холода и урона не получал, но комфорта это не прибавляло, поэтому я невольно шагнул к демону, в спасительное тепло.

– Добро пожаловать в доминион Холдест, рогатый, – улыбаясь, сказал я. – Это и есть снег. А еще пурга, лед и мороз.

– Князья этого проклятого доминиона?

– Хм… Скорее стихийные явления.

Огонь в глазах Деспота угасал, демон будто поблек и съежился, на концах его костяных наростов, уходящих за пределы парового кокона, поблескивала наледь. От холода Деспот задрожал и затрясся, задел костяным наростом меч из хаотического металла, и тот, сделавшись хрупким, как стекло, с легким звоном рассыпался осколками.

– Хороший… был… меч… – не сказал, простучал клыками демон.

– Да ты его все равно никогда не использовал!

– Использовал… Ковырялся… в… зубах…

Адские искры почему-то не работали. Неужели Фортуна ввела в заблуждение? Или… Бездна, я был уверен, что они сработают и из карманного измерения – черта с два. Дебаф сделал три тика, замедляя и постепенно убивая демона, прежде чем, ругая себя за медлительность, я вытащил из пространственного инвентаря Искорку Адского пламени. Боялся, что адский жар спалит человеческую ладонь, но игровая условность сберегла – через перчатку Хладнокровия карателя я ощутил лишь горячее жжение, вполне терпимое.

Зато сразу же отвалился морозный дебаф, а снегопад вокруг нас просто исчез. Эффект был примерно как от Благосклонности Изиды на Террастере. Прямо над нами образовался столб теплого воздуха, уходящий далеко вверх, к синему небу. Столб начал шириться, разгоняя непогоду, вгрызаясь теплом в ледяную смерть. Километров на десять вокруг резко просветлело, небо над головой расчистилось и… полил теплый дождик! Деспот повел плечами и, радостно скалясь, запрокинул голову. Капли испарялись, не долетая до его раскаленной морды.

Многометровый слой снега под ногами начал таять так быстро, что уже через несколько мгновений мы провалились по колено в воду. Ледник тоже начал истончаться, заворочался, грозя сойти селем с холма, на котором, оказывается, мы стояли. Недолго думая, я взлетел.

Деспот, имевший рудиментарные крылья, поднялся над водой на полметра, напоминая огромного адского и очень злого шмеля. Он ругался на чем свет стоит и бешено махал крылышками, но подъемной силы не хватало – его ноги касались воды, а та от жара, исходящего от демона, вскипала и окутывала его мощными клубами пара.

– Что ж ты, сын Диабло, красных звезд набрал, а летать так и не научился? – с досадой подивился я, глядя на демона. – Нам надо к Южному полюсу, а с твоими талантами мы туда только через год доберемся!

– Вода! – В голосе соратника я услышал панические нотки. – Ненавижу!

– А плавать…

– Не умею!!! – завопил демон и заработал крылышками еще активнее.

Схватив за руку, я попытался поднять его над водой повыше, но тщетно. Деспот, очевидно, с бонусами Единства значительно прибавил в весе и стал неподъемным. Жаль, что его нельзя отозвать, как питомца.

Варианта было два: оставить демона здесь, а потом, пробив маршрут, забрать Глубинной телепортацией, или… Второй вариант показался мне бредовым, но, как говорил дядя Ник, не попробуешь – не узнаешь.

Я призвал Грозу. К окутавшему нас туману, дождю и кипящей под ногами воде добавились раскаты грома и треск разрядов – над нами материализовалась драконица.

То, что мой грозный пет вне себя от злости, было понятно и без знания языка драконов. Гроза ревела и рычала, глядя так негодующе, что я не удивился бы, если бы она направила свои молнии в меня.

– Ну не мог я призвать тебя раньше! – воскликнул я и указал ей на демона. – Усади его на себя.

Драконица бросила взгляд вниз и вознегодовала еще сильнее. Ее пасть распахнулась, в змеиных глазах плескались бешенство и ненависть. Так-так… Я лихорадочно пытался разрулить ситуацию с учетом новых данных: драконы не в ладах с демонами? Но на Флейгрея и Негу она так не реагировала…

Тем временем Деспот отчаянно пытался удержаться над водой, рискуя закончить свою жизнь в Дисе, так и не начав, потому что из-за грозовых разрядов внизу творилось черт знает что. Я всеми фибрами души ощущал, как низко пало самомнение соратника: страшный снег, дикий мороз, под ногами – всемирный потоп, перед которым он беспомощен, а теперь еще молнии и разряды. Полный катаклизм.

– Не тот мир назвали Преисподней! – вопил демон. – Как здесь жили наши предки?! Князья сошли с ума, если хотят нас вернуть в ЭТО! – И указал вниз.

Я быстро огляделся и понял, что адская искорка вытопила огромный котлован, уходящий на сотни метров вниз. На Холдесте появился свой Байкал, над водами которого мы сейчас втроем зависли: выше всех негодующая Гроза, чуть ниже – я, а над самой поверхностью, по колено в кипящей воде и в клубах пара, – Деспот.

– Гроза, посади на себя демона! – скомандовал я.

Проревев что-то негодующе, Гроза спикировала вниз.

И вот тут-то драконица меня удивила. Масса демона оставалась для меня загадкой, кроме того, Гроза вчетверо уступала ему уровнями, но все же не просто вытянула Деспота, нет. Осторожно цапнув за костяные наросты, она подбросила его над собой и подставила спину под падающего демона, дико ревущего: «Грог-х-р!!!» Под его весом она чуть просела, но выровнялась, активно работая крыльями.

– Лети за мной, – приказал я, убедившись, что демон устроился на драконице.

Тогда-то я понял, как Грозе удалось вытащить Деспота – тот уменьшился, став четырехметровым. Все еще гигант, но был уже вполне по силам маунту. А меня все так же мучил вопрос: куда девается масса уменьшившихся демонов?

Так мы и полетели: первым я, за мной Гроза с Деспотом, распластавшимся на шипастой спине драконицы. Из-за Искорки Адского пламени, которую мне приходилось держать, зажав в кулаке, и ее десятикилометрового радиуса действия за нами оставалась широкая река с ледяными берегами, заполненная растаявшим снегом и льдом. Надо полагать, озеро, образовавшееся там, где мы появились, снова замерзло, когда мы отлетели от него километров на двадцать. Причем сразу.

В дороге я приноровился лететь так, чтобы можно было общаться с освоившимся Деспотом. Соратник долго дивился тому, что Дисгардиум – это шар.

– Извращение какое-то, – покачал он головой. – Вот у нас все просто: Преисподняя плоская.

– А что под ней?

– Ничего. Что там может быть? Мы живем на каменной тверди толщиной верст в десять.

– Погоди… Получается, вся Преисподняя – это каменный блин в великом ничто?

– Что еще за блин? – не понял Деспот. – Диск!

– А с той стороны диска что?