Данияр Сугралинов – Чумной мор (страница 27)
Ничего не сказав, Бегемот снова закрыл глаза, но инсектоид и раптор пришли в себя. У обоих показатели жизни находились в оранжевой зоне, но для моего плана должно было хватить и этого. Тем более что я собирался подлечить стражей.
Мы помогли ребятам подняться, и это было, учитывая их превосходящую массу, непросто. Потом я протянул Анфу склянку с Бездонным зельем здоровья. Его показатель здоровья был ниже, чем у Рипты.
— Выпей, — сказал я, жестом показав, что от него требуется.
Инсектоид, и правда похожий на гигантского богомола, зацепил клешней зелье и опрокинул в пасть. Шкала его жизни поползла вверх. Вид инсекта напомнил мне об Игги, и я призвал пета. Тот появился в своем истинном облике.
Анф вернул мне зелье. Игги обеспокоенно наворачивал круги вокруг инсектоида, и тот его погладил. Иглокол разразился какой-то заботливой трескотней.
— Потом поболтаете, ребята, — прервал я дружескую беседу. — Рипта, тебе я тоже дам выпить, поправишь здоровье. Только чуть позже, минут через пять.
Я помахал пустой склянкой. Ящер вроде понял, что-то согласно проверещал, когда вмешался Утес и вытащил свое Среднее зелье здоровья.
— На твой уровень — крохи, — с сожалением в голосе произнес он, — но лучше, чем ничего.
Выпив, ящер повеселел. Шкала жизни вылезла из оранжевой зоны, а его жуткие раны, оставленные зазубренными лапами Анфа, затянулись. Силы Бегемота не бесконечны, надо было спешить. Я перешел к делу:
— Итак. Рипта. Анф, — я показал на них пальцем и продолжил сопровождать речь жестами: — Мы. Прыгаем. К Флейгрею и Неге. Ты. Ты. Я. Он. Они. Будем драться.
Раптор издал отрывистый трубный звук, Анф обошелся лаконичным стрекотом. Я переглянулся с Утесом, тот кивнул, и я активировал глубинку.
«Удачи», — неожиданно шепнул голос Фортуны. Бездна! Хорошо, что ее не услышал Бегемот!
Глава 10. Черви пожрут тебя изнутри!
Подозреваю, что подобного нашествия клановая таверна «Свинья и свисток» не переживет, и ее придется отстраивать заново. Мы перенеслись туда без неожиданностей, очутившись возле того же столика, где я бывал в последний раз. Но теперь внутри все выглядело иначе.
Быстро оглядевшись, я заметил, что вся мебель растащена, чтобы забаррикадировать двери и окна. Нежить все равно лезла и ломилась, но, застряв, загораживала проход остальным. Лужи крови, обломки костей, дым, копоть и сладковатый тошнотворный запах создавали не самую позитивную атмосферу. И вообще, до Хэллоуина еще полгода!
— Босс, рады вас видеть! — Суккуба изобразила книксен, подобрала с пола бутылку дворфийского бренди и сделала смачный глоток. — Я немного знакома с языком мертвых, так вот, наши неживые гости сообщили массу интересного о вашей персоне…
— Нега, не здесь! — оборвал подругу Флейгрей. Язык его заплетался, а сам сатир едва держал равновесие. — Лич пытался перетащить нас на свою сторону, но я с огромным удовольствием послал его Азмодану в задницу. Однако кое-что нам сообщить он все-таки успел. И Нега, признаться, почти согласилась…
— Согласилась? Хотя неважно, у нас мало времени… — начал я говорить, но замолчал, поняв, что меня никто не слушает.
Нега метнулась к дальнему оконному проему, заваленному столами, схватила за череп дергающегося скелета, напряглась и оторвала его от туловища. Тело продолжило двигаться и без головы, но добивать его суккуба не стала. Разбила череп о стену и вернулась ко мне.
— «Согласилась» — это громко сказано, — бросила она, продолжая светский разговор. — Я просто выясняла условия. А потом объяснила этому личу, что пока занята, но, может быть, после моего контракта с боссом… Ой! — она взвизгнула, получив от сатира крошечный файрбол в пятую точку. Хвост Неги нервно подергивался, когда она терла подпаленную ягодицу. — Флей! Старый ты потаскун!
— Нельзя вести переговоры за спиной босса, тебе ясно, маленькая дрянь? Прости, Скиф, она по вашим меркам еще совсем юна…
Голос Флейгрея заглушил Рипта — издал агрессивное верещание и устремился в дальний угол, где уже поднимался вывалившийся из-под потолка зомби. Несколько взмахов копьем вышибли из него дух и все очки жизни. Анф возбужденно порыскал по залу в поисках врага, нашел недобитого скелета и разодрал в костяную крошку.
Нега, сопроводив его взглядом, пьяно хихикнула:
— Ну хорошо. Я виновата! Накажите меня! Отшлепайте меня, босс!
Не переставая говорить, она резко перетянула хлыстом проломившего заграждение Безмозглого зомби двести семидесятого уровня, продолжая посмеиваться, подошла к бедолаге и хладнокровно пробила плешивую голову изящным копытцем. Из черепа выплеснулись черви, и суккуба сморщила носик. Игги, заинтересовавшись, подлетел к неожиданному угощению и, получив от меня разрешение, приступил к трапезе. Смотреть на это я не стал.
Утес все это время стоял молча и не сводил глаз с суккубы. Он вроде из очень религиозной семьи, и, судя по его попыткам отвести взгляд, сейчас парень боролся с искушением. И оно побеждало.
Флейгрей же, подбежав к одному из окон, на мгновение выглянул в просвет и выпустил на улицу несколько огненных шариков.
— Чертов лич, — выругался он. — Ох, попадется он мне в посмертии! Душу выну!
— Боюсь, ты его больше не встретишь. Он повязан с Чумным мором… — ответила суккуба.
— Он и его хозяин — выскочки! Откуда только взялся этот Чумной мор? В мое время о таком в Преисподней даже не слышали.
Я снова открыл рот, чтобы перевести беседу в конструктивное русло, когда заговорила суккуба:
— Так! Если босс не хочет меня отшлепать, а Флей больше увлечен задницей того лича-недоноска, может быть… — Нега сделала еще один глоток бренди. Ее взгляд скользнул по Анфу, Рипте и остановился на Утесе. Суккуба поманила его пальцем: — Иди ко мне, мальчик.
— Не думаю. — Я перехватил завороженного Тобиаса и тряхнул за ворот.
Нежить перестала ломиться из всех щелей, а упокоенную лич пока не поднял. Возможно, у него тоже есть откат на эту способность? Я воспользовался передышкой:
— Флейгрей, почему вы не прорвались к храму? Вам же эти мертвяки не противники!
— Не все так просто, — помрачнел сатир. — Нега почти убила меня. Лич взял ее под контроль.
Только сейчас я обратил внимание, что у него меньше половины жизни, а тело покрывают длинные раны. Как от ударов хлыстом. Суккуба же почти цела, видимо, Флей не решился атаковать старую подругу. Та же история, что с Анфом и Риптой. Как же неудачно вышло, что они разделились по парам!
— Но он намного слабее вас, а нас теперь шестеро. И где остальные? Тетушка Стефани, рудокопы?
— Люди наверху. Здесь им не место, — трезвым голосом ответила суккуба. — Лич на самом деле не очень силен. Физически. Его власть в другом — как ты понял, он может овладеть чужим разумом. У меня высочайшая защита от такой магии, но то, чем орудует тот недоносок… Это что-то другое. И скажи мне, босс, если так снова случится, и один из нас убьет кого-то из команды… такой исход тебя устроит?
— Этого не случится. Утес не самый обычный парень, Нега. Его талант усилит всех нас во много раз. Даже если лич кому-то закрутит мозги, остальные сосредоточатся на враге. Мертвый лич — живой соратник.
— Это меняет дело! — Сатир потер ладони. — Потому что оборвать заклинание лича невозможно, я еле убрался оттуда, — добавил он. — Люди помогали мне все здесь укрепить, но Нега ворвалась внутрь и многих положила. Когда по непонятной причине она пришла в себя, я был на последнем издыхании…
Похоже, лич отвлекся при нашем с Патриком появлении. Минутой-другой позже таверна была бы зачищена, Флейгрей мертв, а рейд нежити всеми силами накинулся бы на защитный покров храма.
Рипта издал ряд звуков, словно кто-то несколько раз подряд дунул в дудку. Сатир кивнул ящеру и сказал:
— Теперь, когда все в сборе, клянусь пузом Вельзевула, лич узнает, что такое ярость Преисподней!
— Не гневи Спящих, — прошипела Нега. — Какой план, босс?
К этому моменту карта отображала весь форт с метками противников. Три десятка нежити и один лич продолжали атаковать защитный покров храма со всех сторон. Чуть больше двадцати скелетов, зомби, поганище, тошнотище и еще один лич окружали таверну. Малая группа мертвяков проникла через задний двор и находилась внутри, однако в общий зал ходу им не было — запертую дверь заложили дубовыми столами.
— Общий план такой. Выходим. Прибиваем лича. Упокаиваем нежить. Идем к храму и повторяем. Но для начала давайте зачистим саму таверну, чтобы люди наверху не пострадали.
К этому моменту откатилось мое Бездонное зелье здоровья, и я дал его выпить Флею. Рассеченные хлыстом Неги раны сатира зажили, и теперь наша команда перестала напоминать группу калек. Флейгрей даже протрезвел.
Пока мы с Утесом разбирали завалы у задней двери, остальные стояли наготове. Освободив пространство, я отодвинул засов и быстро отскочил. Створка распахнулась, и в таверну с утробным урчанием вломились мертвецы. Скользнув взглядом по одному из них, я успокоился:
Древний скелет-воин, 247 уровень
«Моей команде монстров справиться с такими — раз плюнуть», — подумал я и… ошибся. Зомби и скелетов было слишком много, чтобы махом справиться со всеми. Из всех нас только Флейгрей владел массовыми заклинаниями урона, но его Стена огня, грозившая спалить всю таверну, лишь подожгла нежить. Помещение заволокло дымом и вонью горелого мяса. Круша дверной проем, в зал вломилось тошнотище.