Данир Дая – Каждая веснушка (страница 16)

— Ты чего, улым?

— Я уезжаю.

Роберт зашёл в свою комнату, оставляя родителей с ещё большим количеством вопросов, чем до этого. Отец зашёл на порог, смотря, как Роберт загребает вещи в сумку и ищет заначку, которую собирал на новый телевизор.

— Если тебя бандиты на счётчик поставили, ты скажи. Разберёмся.

— Что? — не понял шутки отца Роберт, но не стал отвлекаться, — Да нет. Мы с Ксюшей уезжаем.

— Уже романтическая поездка? — влезла в диалог мать.

— Нет, там нужно по-другому. Долго объяснять.

— Куда едете-то? — уточнил отец.

Роберта заставил задуматься этот вопрос — врать родителям он не мог. Не умел. Его всегда ловили на воровстве, особенно если это касалось алкоголя — там сдавала не только плохая актёрская игра, но и запах. Хотя один момент был, когда всё вывернулось боком, с тратой денег и больницей. Сейчас, с выдохом, зная, что придётся потратить на сборы много больше времени и нервов, он посмотрел искренне на родителей в надежде.

— Сарай-Куарт.

— Что?

— Всё будет нормально, — начал процедура убеждения, — со мной едут Артур и Маша, и ваша теперь любая Ксюша. Я не останусь один и не сяду за руль.

— Нет, это хорошо, — задумался отец, — но так ли ты сильно доверяешь ей?

— Доверяю. Ладно, не совсем. Но я думаю, что она хороший человек. Да и со мной Артём. Я туда и обратно. Честно.

Родители смотрели, переживая за своё чадо, которое раньше устроило им концерт. Но не могли запереть его в квартире — не в их принципах. Поэтому, смотря друг другу в глаза, общаясь телепатически, синхронно кивнули, приняв решение.

Хлопнув багажником, дважды дёрнув дверцу машины, Роберт залез в белый салон машины на заднее кресло, за Артуром, садясь рядом с Ксюшей, пока Маша недовольно сидела спереди. Только поменянные колонки тихо напевали плавающий хип-хоп девяностых, которые любил Артур. Роберт смотрел на Ксюшу, убеждаясь, что она более-менее успокоилась.

— Ты как?

— В порядке. Спасибо.

— Ну что? — обращался Роберт уже к Артёму, — Мы поедем?

— Правила: если едим в салоне — накрываете вокруг салфетки.

— Понял. — Роберт знал, что правило предназначалось именно ему.

— Каждый включает свою музыку на час.

— Зануда. — добавила Маша, что любила крутить только свой плейлист.

— И всегда быть на связи. И я знаю, что Роберт не имеет прав, Маша тоже, а я вам не личный водитель.

— Я взяла с собой права. — успокоила Артура Ксюша.

— Отлично. Надеюсь, что, когда я приеду, меня не придушит отец.

— А ты до сих пор его боишься? — язвила недовольная Маша. — Или боишься, что он Амине всё расскажет.

— Не начинай. Я ему скажу всё. Он поймёт. Ладно, поехали.

Артур переключил передачу, и они тронулись.

— Бисмелла, — шепнул Артур, добавляя громкость музыке.

Ночной город впечатлял своими красками, они действительно добавляли атмосферы серых амбалам, окружившим весь район. Тёплый свет тянулся за ними, как бы хотя поехать в такое путешествие с ними, но не способны были вырваться с места. Прохладный ветер поддувал, циркулируя в салоне, а музыка стучала в груди. Каждый уставился в разные стороны, удивляясь, как согласились на этот путь так быстро. Скоро таких поездок не будет — каждый уткнётся снова в парты, но уже не в классе, а в аудитории, слушая и изучая новые термины, о которых не задумывались, или даже не знали раньше, а друзей будет много больше. Каждый будет индивидуален, не ограничиваясь школьной формой, а пары можно проспать или прогулять в кафешке. Будет больше вечеринок, но и ответственности тоже — сейчас они вправду строят свою судьбу, даже если посередине пути поймут, что это не та дорога, который они хотели идти. Розовые очки треснут, а они переоценят свои ценности, где мир был чёрный и белый, а их мнение смешается в цвет дома, в котором они провели всю жизнь, а может и проведут остальную. Это будет позже, а сейчас — дорога. Короткий путь, на который они согласились каждый по своей цели. Согласились внезапно, не расчитывая. На утро у них были планы — как минимум выспаться. Но когда ещё перепадёт шанс?

Они выехали на главную дорогу города, что вытекает к шоссе, ведущее к Сарай-Куарту. Их путь займёт не больше десяти часов, если всё пойдёт по плану. Мимо них проезжали такси, такие же неспящие водители, что стремились домой, или от дома. Водители, что тоже сорвались с места, сами того не ожидая. Совершали рейс дальнобойщики, возящие из города в город пищевые продукты, подолгу разгружаясь на складах, либо металлы, что после сплавят для различных нужд. Колея проседала от обилия ежедневного потока, а редкие знаки подсвечивались. Они стремительно проехали сквозь немецкий район, въехали в советский, а дальше — только по прямой.

— Кто голоден? — спросил Артур.

— Тебе бы только поесть. — подметили Маша и Роберт, после чего дали друг другу пять.

— Я не могу голодный водить.

— Поешь и тебя в сон будет клонить. — снова дали пять Маша и Роберт.

— Ничего, Ксюша возьмёт управление, а я у тебя на коленях подремаю.

— Размечтался. Веди давай.

— Если надо, то я сяду. — сказала Ксюша, что отвлеклась от красот ночного города.

— Ты пока не в том состоянии. — успокоил её Роберт.

— Посмотрите на него, — издевательски говорил Артур, как обычно говорят с детьми, — заботливый какой стал.

Роберт пнул его в кресло.

— А чего тогда не посадил Ксюшу в самое безопасное место — за водителем?

— Веди так, чтобы мы не попали в аварию. — пригрозила Маша.

— Маш, — обратился к ней Роберт, — как ты вообще выбрала его?

— Сама жалею.

— Так, хватит. А то сейчас домой поедем.

— Твоя взяла. Значит я тоже голодный. Ксюша?

— Я не против перекусить. Слишком много нервов.

— Кстати, — сказала Маша, — привет.

Ксюша посмеялась, пожав руку Маши в знак знакомства.

— Ксюша.

— Только переехала?

— Да, совсем недавно.

— Очень жаль, что всё так получилось. И что теперь тебя ведёт этот.

Большим пальцем она указала на Артура, что закатывал глаза, обижаясь, что его все унижают. Появились очертания кремля, а значит то таблички, что они покидают Адду — пару километров. Проезжая через новый мост, дальше их ждала долгая поездка до придорожного кафе. Роберт намекал, что они могут остановиться поближе, но Артур не хотел размениваться, а перекусить в своём любимом, до которого ехать два часа.

— Не очень ты хочешь кушать. — подметил Роберт.

— Хочу. Но хочу сделать это вкусно.

— Вкусно я тебе готовить не буду, — продолжила унижать и злить Артура Маша, — будешь есть, что подают.

— Жёстко, — сострадающе Артуру сказала Ксюша.

— У них так всегда.

— Я же уже извинился, Маш. Прекрати так делать.

— Извинился? Что ж, спасибо. Но я не принимаю извинений. Сколько раз ты обещал мне, что поговоришь с родителями? Сколько раз я слышала оправдания, что не можешь выйти со мной погулять, потому что, якобы нужно помочь отцу, а не потому, что они узнали, что ты продолжаешь общаться со мной? Даже сейчас уверена, что родителям ты сказал, что едешь только с Робертом.

— Не совсем так. — вспоминал слова Марьям Роберт.

— Сейчас всё по-другому.