Данила Носаев – Ямато-моногатари (страница 6)

Побеги травы

Для тебя

Я прежде всего собрала.

19

Ту же даму однажды как-то долго принц не посещал, и вот наступила осень, и дама:

Ё-ни фурэдо

Кохи-но сэну ми-но

Юфу сарэба

Судзуро-ни моно-но

Канасики я на дзо

Хоть и живу в этом мире,

Но никто не дарит меня любовью,

Отчего же, когда наступает вечер,

Невольно

Печалюсь я?

так сложила, и ей в ответ:

Юфугурэни

Моноомофу кото ва

Каминадзуки

Вага мо сигурэ-ни

Оторадзарикэри

В пору вечернего заката

Я полон тоски по тебе,

И десятой луны

Мелкий, холодный дождь

Не так сильно льется, как слезы мои —

так он сложил. Не сильна была его привязанность к даме, и стихотворение он сложил дурное.

20

Принцесса Кацура-но мико [69] всей душой полюбила Сикибугё-но мия, ныне покойного, и навещала его. Как-то она перестала бывать у него и однажды ночью, когда луна была особенно прекрасна, соизволила послать ему письмо:

Хисаката-но

Соранару цуки-но

Ми нарисэба

Юку то мо миэдэ

Кими ва митэмаси

В извечном

Небе луною

Если б была я,

Невидимая, приходила б

К тебе на свиданье [70] —

таково было ее послание.

21

Когда Рё-сесё [71] был в чине хёэ-но сукэ, он часто бывал у Гэму-но мёбу. Однажды из ее дома пришло послание:

Касихаги-но

Мори-но ситакуса

Воину то мо

Ми-во итадзура-ни

Насадзу мо аранаму

В дубовой

Роще трава

Хоть и вырастет,

Все же пусть для тебя я пустой забавой

Не стану [72] .

Ответ на него таков:

Касихаги-но

Мори-но ситакуса

Вои-но ёни

Какару омохи ва

Арадзи то дзо омофу

В дубовой

Роще трава

Пусть вырастает,

Но мысли эти

Оставь – так я разумею [73] .

22

Когда Рё-сёсё потребовалась кожа на тесемки, привязывающие меч к поясу, Гэму-но мёбу сказала: «В моем доме есть», но долго не присылала. Тогда Рё-сёсё: