Данила Носаев – Ямато-моногатари (страница 5)

Ми-ни оку ёхи-но

Сиратама ва

Хикаримиэсасу

Моно-ни дзо арикэру

На мое ничтожное

Тело выпавшая вечерняя

Роса, с белой яшмой схожая,

И та, сверкнув, гаснет,

Таков мой удел [59] —

так сложив, ему отправила, и он, прочитав, соизволил сказать: «Какое удивительно искусное стихотворение!»

16

Сукэ-но го [60] , фрейлина императора-монаха Ёдзэй, отправила в дом сёсё [61] , ее приемного отца:

Хару-но но ва

Харукэнагара мо

Васурэгуса

Офуру ва миюру

Моно-ни дзо арикэри

Весенних полей

Беспредельна ширь.

Но «забудь-трава»,

Что на них растет,

Мне все же видна.

Сёсё ответил:

Хару-но но-ни

Охидзи то дзо омофу

Васурэгуса

Цураки кокоро-но

Танэ си накэрэба

В весенних полях,

Думаю, и вовсе не растет

«Забудь-трава».

Ведь нету в сердце

И семян равнодушия [62] .

17

В доме Идэха-но го [63] , фрейлины покойного Сикибугё-но мия [64] , навещал ее приемный отец, сёсё. Но вот отношения [65] их прервались, и вскоре после того, как расстались они, дама послала сёсё письмо, прикрепив его к метелке мисканта сусуки. На это сёсё:

Акикадзэ-но

Набику обана ва

Мукаси ёри

Тамото-ни нитэ дзо

Кохисикарикэри

Под осенним ветром

Склоняющийся мискант обана [66] ,

Как издавна говорят,

С рукавом возлюбленной схож.

[Смотрю на него] – и полон любви к тебе.

Идэха-но го отвечала:

Тамото-то мо

Синобадзарамаси

Аки кадзэ-ни

Набику обана-но

Одорокасадзу ва

О рукаве

Ты, верно, не вспомнил бы,

Если б под осенним ветром

Склоняющемуся мисканту обана

Не удивился.

18

Сикибугё-но мия, ныне покойный, порвал с фрейлиной Нидзё-но миясудокоро [67] , и вот в седьмой день первой луны следующего года послала она ему молодые побеги [68] :

Фурусато-то

Арэниси ядо-но

Куса-но ха мо

Кими-га тамэ то дзо

Мадзу ва цумицуру

У заброшенного моего жилища,

Что родным домом ты звал,