Данил Корецкий – Пин-код для Золушки (страница 5)
Немолодому сержанту — начальнику караула первому пришла в голову мысль, чем может закончиться такое столпотворение, когда вплотную друг к другу находятся охранники и втрое превосходящие их численностью осужденные, тем более что в общей давке преимущества огнестрельного оружия утрачиваются и оно легко может перейти из одних рук в другие…
— Прекратить свалку, разойтись! — зычно крикнул сержант и, выхватив пистолет, выстрелил в воздух. — Заключенным лечь на землю, руки за голову! Конвою восстановить линию охраны и дистанцию контроля!
Он выстрелил в воздух еще несколько раз — то ли по инерции, то ли оттого, что взбудораженная толпа его не слушала, а может, и не понимала. Во всяком случае, на землю легли только несколько заключенных да двое охранников попытались выполнить команду, взяв ружья на изготовку. Остальные продолжали разбирать завалы и освобождать из-под каменных глыб окровавленных людей, часть из которых уже не подавали признаков жизни. В общей суматохе чьи-то руки вынимали из кобур пострадавших «беретты», поднимали упавшие дробовики…
— Выполнять! — кричал сержант, размахивая пистолетом. — В карцер захотели?!
Двое охранников принялись выдергивать из свалки заключенных и бросать их на землю; казалось, еще немного — и порядок будет восстановлен: порядок, как и беспорядки, нарастает лавиной. Но это только казалось. Один из них, вскрикнув, упал, его «моссберг» схватил плотный заключенный с красным лицом. Худой высокий арестант ударил камнем сержанта, забрал пистолет, запасной магазин из кобуры и рацию. Второго дисциплинированного охранника тоже сбили с ног…
Шестеро арестантов действовали стремительно, целеустремленно и согласованно, что свидетельствовало о предварительном сговоре. Это были осужденные из той категории, которые только изображали послушание и стремление как можно скорее искупить свою вину, — они преследовали другие цели и на первом этапе их достигли: вооружились, выбежали на парковку и, сев в автобус, помчались вниз по узкой извилистой дороге. Несколько выстрелов, которые раздались им вслед, не причинили никому вреда.
— Давай, Толстяк, гони! — кричал высокий худой арестант. — Им сейчас не до нас!
— Да я семь лет за рулем не сидел, — наклонившись к рулю, процедил краснолицый. — И вообще автобусы не водил…
Остальные, сжимая оружие, настороженно смотрели назад, но их никто не преследовал. Свобода начинала обретать вполне реальные очертания…
Конечно, если бы не катаклизм, им бы не удалось уйти. Но все произошедшее деморализовало охранников, к тому же двое погибли под обломками, троих вывели из строя беглецы. Оставшиеся в явном меньшинстве конвоиры прикладывали все усилия, чтобы привести к повиновению почти два десятка уголовников, которые почувствовали запах крови и свободы. Впрочем, после нападения на конвой с арестантами не церемонятся, и выстрелы в упор сделали свое дело — подавили волну назревающего бунта. Через несколько минут заключенные лежали на земле, заложив руки за головы, и послушно выполняли команды.
Но это не решило проблему. Сержант был без сознания, командование принял на себя молоденький капрал. Опыта у него было немного, а в чрезвычайные ситуации он вообще не попадал и сейчас не знал, что надо делать. Положение усугублялось еще и тем, что в горах сотовая связь отсутствовала, а единственная рация, находившаяся у начальника конвоя, исчезла. Оставалось надеяться, что выстрелы и грохот обвала услышали за два километра в «Злодейском замке» и скоро придет помощь. И то не факт: выстрелы далеко разносятся по равнине, а в горах — как получится… Да и обвалы здесь не редкость…
— Лежать без движения! — в бессильной ярости кричал капрал, нервно бегая вдоль напоминающих мешки с цементом недвижных серых фигур и потрясая пистолетом. — Кто поднимет голову, стреляю!
Он понимал, что время работает против него. Пока удастся связаться с тюрьмой, пока дежурная смена поднимет тревожную группу, беглецы успеют уйти достаточно далеко, возможно, даже доберутся до Порта Ауэрто, и если полицейские города не будут предупреждены, вполне смогут покинуть Южный остров! А ответственным за побег окажется именно он, который остался за старшего!
Впрочем, мысли капрала опережали развитие событий. Побег был только начат, но не окончен, тем более что судьба подкидывала неприятные неожиданности обеим сторонам, как бы уравнивая их шансы. Тюремный спецтранспорт резво несся по дороге к городу, но на крутом повороте Толстяк не справился с управлением, автобус вылетел на обочину, подскакивая на кочках, прокатился по полю и, попав колесом в дренажную канаву, завалился на бок… Шестеро заключенных отделались ушибами, но вряд ли могли считать себя свободными, находясь в предгорье Южного острова. Свобода начиналась только за его пределами…
Глава 2
Залечь на дно в Порт Ауэрто
Друзей надо заводить, враги появляются сами.
Попав на ферму, Оливия не ограничилась только проблемой качества мяса. Она обошла загоны и осмотрела животных, обратила внимание, что одна корова слишком вялая, у другой растрескалось копыто, а у овцы сломан и не опилен рог, и распорядилась вызвать ветеринара. Сделала несколько замечаний по поводу чистоты в коровнике, хотя, на взгляд обслуги, чистота была вполне приемлемой. Но возражать ей по такому простому вопросу было бесполезно, потому что после этого Оливия зашла на сыроварню и поспорила с Полем об улучшении качества знаменитого йоркширского уэнслидейла. Швейцарский специалист убеждал, что сыр и так достиг высшей кондиции, но хозяйка только качала головой:
— Пармезан у тебя получается безукоризненно, мой друг, но уэнслидейл изобрели в Хосе, на моей родине, он известен ценителям во всем мире, а здесь его не знают! Я хочу это исправить, но выпускаться должен настоящий продукт, а не суррогат под его названием! Мой дядя работал на сыроварне, и я хорошо знаю тонкости, которые многие сыроделы упускают!
Оливия так уверенно и аргументированно отстаивала свою точку зрения, что создавалось впечатление, будто именно она, а не известный мастер ремесла Поль является признанным специалистом в этом куда более сложном, чем чистота коровника, вопросе…
— Нахваталась вершков в своих учебниках, вот и изображает всезнайку, — ядовито прокомментировала жена Поля Мария, когда хозяйка ушла. — Она и животновод, и сыровар, и кондитер… На все руки мастер!
— Но платит она хорошо, — урезонил супругу Поль, и та согласилась.
Визит затянулся, Оливию приглашали остаться отобедать, Джон даже предложил зарезать барашка из тех, что паслись на черновке, и зажарить свежий бифштекс:
— И покушаете, и сами убедитесь, что мясо великолепно на вкус…
Но Оливия отказалась.
— Я вегетарианка, — криво усмехнувшись, сказала она. Хотя на самом деле все знали, что хозяйка любит говяжьи стейки с кровью и зажаренную на гриле баранину. Но знали и ее характер. А характер был довольно резкий для бывшей учительницы, поэтому обслуга ее часто обсуждала.
— Ей надо в полиции работать, а не пирожные выпекать, — судачили за глаза женщины. — И как муж с такой женушкой справляется?
— Муж один из самых крутых полицейских в городе, а может, и самый крутой! — возражали более осведомленные мужчины. — Так что они друг друга стоят!
И все сходились в одном: платит она хорошо. Может быть, поэтому весь персонал вышел к воротам ее проводить. В багажник загрузили филе говядины и баранины, несколько кругов колбасы, по головке камамбера и пармезана, — через час-полтора свежайшие продукты окажутся на столах посетителей «Веселого попугая». Отдав последние распоряжения, Оливия запрыгнула в джип и, резко рванув с места, двинулись в обратный путь.
Она пребывала в хорошем настроении. И потому, что разобралась с делами, дала нужные распоряжения, которые обязательно будут выполнены. Да и вообще ей нравилась Новая Зеландия, и она не жалела о том, что выбрала это место. Когда-то ей действительно пришлось несколько месяцев прожить в Австралии, до которой было недалеко по местным меркам — полторы тысячи километров. Там ей тоже нравилось — и климат, и хорошие дороги, и развитая инфраструктура. Но Австралия кишела всякими ядовитыми, опасными для человека тварями, которые здесь не водились. При том, что климат был приятный, мягкий и ровный круглый год, не считая зимнего сезона, когда часто шли дожди. Впрочем, шли они не подолгу. К тому же место уединенное, тут было тихо, спокойно и вряд ли можно было встретить старых знакомых, с которыми встречаться не хотелось.
Так, за легкими безмятежными размышлениями, она выехала на ведущую к городу дорогу и прижала акселератор, рассчитывая, что через минут сорок доберется до города.
«Там поем, — подумала она. — Может, вызвоню Тони и вместе пообедаем». От этой мысли настроение у нее стало еще лучше. Тем более что ничто не могло ей помешать добраться до города в тот срок, на который она рассчитывала.
Некоторое время они молча сидели на мягкой пашне, приходя в себя. Они неплохо вооружились — на шестерых имелись два пистолета и три дробовика. Но что толку от этих смертоносных железок? Теперь оставалось решить, что делать дальше, ибо хороший, продуманный план всегда обеспечивает успех преступления. Хотя, судя по тому, что большинство злодеев все-таки оказываются за решеткой, такие планы встречаются нечасто, если они вообще бывают!