Данил Коган – Изгой рода Орловых. Маг стихий (страница 6)

— Ага, до завтра, Викки. У меня как раз вторая линия образовалась.

Я переключился на звонок, над номером которого Кай уже вывесил табличку: «Нотариальная контора братьев Венедиктовых» и мелким шрифтом — чем знамениты и в чём замешаны. Если коротко, особо ничем и особо ни в чём. Обслуживают дворян, есть несколько титулованных клиентов. Глаза наткнулись на фамилию Пустовалов. Ну конечно.

— Алексей Орлов. Дворянин. Слушаю вас.

— Алексей Григорьевич? Моё имя Артемий Венедиктов. Я представляю интересы покойного барона Пустовалова Дмитрия Валерьевича. В данном случае я выступаю как его душеприказчик.

— Да, господин Венедиктов. Я был шапочно знаком с его милостью, — дурацкий вопрос, зачем он мне звонит, я задавать не стал. Понятно, зачем тебе звонит душеприказчик после смерти доверителя.

— Я обязан сообщить вам, что через трое суток в моей конторе в присутствии свидетелей состоится оглашение завещания его милости. Вы, как лицо в одном документе упомянутое, имеете право присутствовать, — он на секунду замялся. — Я бы даже настоятельно рекомендовал вам прийти, Алексей Григорьевич. Разглашать содержание документа я не могу. Но очень прошу прийти в нашу контору в означенное время.

— Хорошо, я постараюсь быть. Благодарю за информацию.

Придётся идти. Хотя желания, честно говоря, не было никакого.

Глава 4

Подчищаем хвосты

С Кэт мы пересеклись в средней руки ресторанчике «Заводной апельсин». Здесь я ещё не был, всё-таки четвёртый уровень здоровенный. Собственно, основная фишка заведения прошла мимо меня. Меню коктейлей превышало столовое меню вдвое. Увидев названия «Кровавая опричнина», «Большой брат», я его захлопнул. Понятно, почему на вывеске красуется нетрезвый и очень веселый фрукт с ключиком в боку.

Я всё ещё был не в форме после медитации. Заказал просто свежевыжатый апельсиновый сок. От еды решил воздержаться. Игорь меня разбаловал чрезвычайно. Теперь есть в средней руки заведениях для меня было невыносимо. От одного запаха жжёного жира крепко мутило.

— Ну что, Орлов. Расскажешь мне, чего ты хочешь от господина Володина, наконец? — Катя взяла себе коктейль с названием «Проскрипционные списки» и ростбиф.

— Хорошо, лови вводную. Мой отец был в правлении фонда «Чистый Мир». Я нашёл ссылки на договоры, которые «Чистый Мир» заключал с определёнными компаниями, в том числе за рубежом. Хочу понять, в чём был предмет договоров и кто на той стороне был ответственным или контактным лицом. Этот кекс — Павел Володин был кем-то вроде доверенного лица отца. А ещё он не спешит передавать мне имущество, которое отец оформлял на него как на подставное лицо. У меня есть только примерный список этого самого имущества.

— Вводную приняла.

— Отлично. Соответственно, задач у меня получается две. Первая — получить интересующую меня информацию об операциях фонда. Вторая — заставить Володина отдать мне отцовские активы и имущество.

— Ты же понимаешь, Алекс, что эти две задачи можно решить абсолютно разными средствами? В первом случае требуется только взлом серверов этого твоего фонда. Во втором надо ловить Володина, брать его за нежное и крутить рукой.

— На самом деле я думаю скомбинировать. Во-первых, по взлому сразу отказать. В правлении сидели непростые люди и те ещё параноики. Фонд патронирует Великая Княгиня. Защит там накручено мама не горюй. А самое простое решение — хранить всё важное без доступа к сети, полагаю, они до него додумались. Я вот приложения к договорам нашёл в секретном сейфе в стене здания. Ну или хранить на сторонних ресурсах, так тоже можно. Так что взлом не вариант. А Володин почти наверняка в курсе, где эти материалы и как их получить. Я даже не исключаю, что он сделал себе копии.

— Понятно, куда ты клонишь. Что хомячка надо по-любому ловить и трясти, как дурень грушу. Но работать с живым человеком… Может очень неприятно получиться.

— Мне от тебя нужен профессиональный совет, а не панические прогнозы, Кать. Прости, но я сегодня не расположен к отвлечённым рассуждениям.

— Стихию будишь, мажор, — с лёгким оттенком зависти протянула Кэт. — Ладно, по делу. Я бы предложила провести операцию в два этапа. Сначала поискать информацию, нычки или заначки. А потом уже по результатам изъять гражданина Володина из обращения.

— Слушай, я туплю. Может, просто к нему прийти и поговорить? — я чуть не хлопнул себя по лбу. — Мало ли почему он меня не нашёл. Может, конечно, не очень-то и хотел, но если я приду прямо к нему, не захочет конфликтовать?

— Ты ещё скажи «совесть проснётся», — Катя негромко засмеялась. — Но на самом деле этот вариант ничего не отменяет. Скажет он: «Ты кто такой, я тебя не знаю, иди на…!», — всегда есть вариант «изъять из обращения». Так что почему бы не сходить. Мы подключились к компьютеру его секретаря. Так что у нас есть его действующее расписание, сможем заодно посмотреть, внесёт он тебя в список встреч и какую отметку в нём сделает.

— Решено. Сейчас ему позвоню. У нас же есть прямой номер?

— Обижаешь! У нас есть все его номера, в том числе зарегистрированные на подставных людей.

— Да, я помню что-то такое. И много у него подставных номеров?

— Если не считать одноразовых, то выявлено четыре, — Кэт наконец принесли её ростбиф с кровью, и она, урча, вцепилась в кусок плохо прожаренного мяса.

— Зачем президенту фонда и человеку, ведущему полностью законопослушный образ жизни, четыре подставных номера? Даже у меня — один!

— Ты всё-таки не читал наши доклады. Или читал поверхностно. Этот мужик — тот ещё жук. Он президент четырёх фондов, у него куча компаний, имеющих признаки прокладок. И несколько сфабрикованных личностей. Только мы выявили две. Он вовсе не респектабельный законопослушный подданный. Он, скорее всего, не жулик или, как говорят наши религиозные соседи, «мафиозо». Он такой «серый посредник» в Воронеже. Бизнес у него такой.

— Да, просто голова другим забита. Согласен. А где «посредник», там и покровитель. Кто? Воронцовы?

— Это нам выяснить за неделю не удалось. Но, по моему мнению, у него нет крыши. Он делает вид, что она есть, маневрируя между высокопоставленными клиентами или козыряя их наличием. Вот к нему и не суётся никто. Великая Княгиня одна чего стоит. Если хочешь, мы продолжим копать.

— Хм. Дай подумать. Нет, пожалуй. Я верю в ваш профессионализм. Если бы крыша была, вы бы хоть что-нибудь нарыли, раз уже даже в компьютер к его секретарше забрались. Доверюсь твоему мнению, что покровителя нет.

— А если есть?

— Ну тогда после первого контакта или после похищения мы посмотрим, кто засуетится. Так что план не меняем. Сейчас я ему позвоню, попробую набиться на встречу. У тебя есть ещё что сказать.

— Да. Самое интересное напоследок оставила. Помнишь тот адрес, который ты просил проверить?

— Где подданная Л. Ю. Брик живёт? Да, конечно.

— Так вот. Это его любовница или содержанка. Ну, по крайней мере, сексом они точно занимаются. Причём любовница суперсекретная. Он к ней с такими мерами предосторожности выбирается, что ты. Внешность меняет, чтобы на камерах не светиться. Всё на дилетантском уровне, но нам пришлось постараться, чтобы его не потерять. Приезжал он к ней дважды в неделю и оставался на ночь. И что забавно — он у этой роковой женщины не единственный. Хотя, я рупь за сто даю, сам уверен в обратном.

— А кто остальные?

— У нас было задание следить только за Володиным. Слежка за этой Лилечкой уже моя инициатива. Фотки визитёров могу тебе скинуть. Но мы их не пробивали и не следили за ними.

— Кидай фото, приемлемо. Ладно, прервёмся. Я вник в ситуацию, надо продумать чёткий план действий. Всё, что по этой Лилии Брик есть, сбрось мне отдельным отчётом, пожалуйста. Концентрированно.

— Хорошо, сделаю. В качестве бонуса за ужин. Ты же платишь?

— Я думал пополам поделим… Да хорош, шучу. Я плачу, конечно. Ты, кстати, всё ещё на окладе. Только не вздумай мне стоимость ужина ещё раз в оплату поставить как «представительские расходы».

— Ну, значит, не прокатило, — философски вздохнула Катя.

Мы оба рассмеялись.

Расстались мы довольные друг другом, Катя всё же неплохой профессионал и команду хорошую подобрала. Информацию собрала и структурировала. В целом я её работой доволен. А она довольна тем, что я её фактически чуть ли не на зарплате держу. Отношения встроились в нормальную рабочую колею. Все её подколки и заходы насчёт «давай заеду» — мелкие шпильки, а не демонстрация претензий на мою тушку. Надеюсь на это, ибо темны и загадочны глубины женской души. Я в этот омут даже смотреть не хочу, не то что нырять. Пока всё нормально идёт.

Позвонить Володину я решил из дома. Всё же перед завтрашним днём надо хорошенько отдохнуть, набраться праны на новую медитацию. Сегодня больше ничего не планирую.

Фотки посетителей загадочной Брик, которые мне скинула Катя, я отдал Каю. Пусть нароет в эфире всё, что можно, по этим подданным. Да и по самой госпоже Брик. Очень уж она меня заинтересовала.

— Добрый день, Павел Маркович. Я Алексей Григорьевич Орлов. Дворянин. Григорий Алексеевич, один из попечителей фонда «Чистый Мир», был моим отцом. И я бы хотел встретиться с вами, чтобы обсудить связанные с фондом вопросы.

— Алексей! Ну конечно! Мы встречались, когда ты был ещё ребёнком. Всегда рад тебя видеть, — послышался «напомаженный», манерный голос с той стороны. Видеосвязь Володин не включил. — Я слышал, что у тебя после трагической смерти Григория Алексеевича были какие-то проблемы с родом, но сам понимаешь, маленькие люди вроде меня не должны встревать в дела башен.