Даниил Заврин – Кубики больницы Арчибальд (страница 2)

– Это ещё зачем?

– Я давно хотел познакомиться с какой-нибудь знаменитостью. И уверен, что Стейт Кинг прекрасно подойдет для такого опыта.

– Это вряд ли. Он не дает интервью и живет крайне замкнуто, – хитро прищурился шериф, – а зачем Вы вдруг решили с ним встретиться? Хотите признать в нем больного?

– Это уже по ситуации. А что касательно интервью, то, поверьте, он просто не знаком с Лизи Паркер, эта девушка достанет кого угодно, – вздохнул Вудс, с грустью поглядывая на телефон.

Хорошая жена

Городок Семисвиль не был таким большим, как изначально думал о нём Вудс. Максимум сто тысяч жителей, не больше. И это если никто никуда не поедет. Положив вещи на кровать в номере, Джеймс Вудс достал из холодильника бутылку воды. Жара не спадала и здесь. Хотя Сэмисвиль был заметно севернее его родного Дагсвиля.

Звонок. Доктор взял трубку. Как он предполагал, звонили с ресепшена. Та милая девочка, которая столь охотно предлагала ему экскурсии по городу, то и дело проезжающие мимо дома знаменитого на весь мир писателя-фантаста. Или, правильнее сказать, любителя ужасов. Не важно, одно подменяет другое. Вудс вежливо поздоровался.

– Сэр, Вам входящий.

– Да. Переводите.

– Минуту.

Последовала некоторая пауза и вот столь привычный, звонкий голос Лизи Паркер. Вудс поймал себя на мысли, что почти уверен в её успехе. И что в данном случае, она просто идеально подошла для решения проблемы.

– Доктор Вудс?

– Да, Лизи.

– Вы просили меня связаться с Стейтом Кингом и договориться о встрече.

– Да, Лизи, просил.

– Я дозвонилась до него. Он сказал, что Вас примет. Только я смогла договориться лишь да вечер.

– На вечер?

– Да. На вечер. На девятнадцать часов вечера.

– А когда?

– Сегодня. Но это самое ближайшее время. Ближе я не могла.

– Ты просто умница! Как тебе это удалось! Я слышал, он вообще не принимает гостей, – довольно, а главное, тепло заметил Вудс, – признайся, чем ты его взяла?

– Да, собственно, ничем. Стейт Кинг, как оказалось, очень наслышан о Вас, и хочет этой встречи не меньше Вашего. Он сказал, что Вы – будущее психологии, так как существование темной стороны невозможно без белой и что изучать надо обе.

– У вас был длинный диалог, Лизи? – насторожено спросил Вудс, стараясь не передавать своего беспокойства.

– О да. Я ведь его давняя поклонница, я читала почти все его книги. Он просто удивительный человек. Самый лучший из всех современных авторов. Все эти ситуации. Иногда мне казалось, что я сама участвую в них.

Вудс на мгновение вспомнил первую встречу с Лизи. Главное, на чём он тогда для себя поймал, это то, что она психологически толстокожая, что лишь что-то из ряда вон незаурядное способно хоть как-то повлиять на неё. И что лишь потом он понял, что она довольно сильный эмпат, который, благодаря детству, научился это скрывать. Спустя, кажется, сутки, когда углубился в её дело. А тут она раскрылась подобно цветку. И с незнакомцем. Такое было впервые.

– Я постараюсь привезти тебе его автограф.

– Ах, это было бы чудесно. А уж если получится – на одной из книг.

– Лизи.

– Мрачный лес. Эта особенно любима.

– Лизи, я постараюсь. И ещё, закажи мне билеты на завтра.

– Но, это ведь Стейт Кинг, доктор Вудс.

– А в Арчибальде меня ждут дела. Стейт Кинг ведь не будет их делать вместо меня, верно?

– Да. Несомненно.

– Тогда, прошу, закажи мне билет и постарайся распределить пациентов так, чтобы я успел взять несколько во второй половине дня. Хорошо?

– Как Вам будет угодно, доктор Вудс. Я все сделаю.

– Спасибо.

Джеймс Вудс повесил трубку. Его посетило какое-то странное ощущение тревоги. Легкое, почти неосязаемое, но, тем не менее, живое. Он посмотрел на вещи, лежавшие на кровати, следовало сменить рубашку и как можно быстрее отправиться к жене Чарли Броуди. Эти его разговоры о наркоманах и убийцах требовали дополнительной проверки, так как Сэмисвиль был слишком мал для большого количества преступников.

Переодевшись и запасшись водой, он быстро покинул отель и на такси доехал до небольшого, но довольно уютного дома семейства Броуди. Типичный семейный домик, несомненно, взятый на несколько десятилетий в кредит у банка. Все настолько стандартно, что и сомнений не возникает в правильности душевного устройства этих людей.

Вудс постучал. Негромко. Сейчас каждый громкий шум должен пагубно влиять на психику этой несчастной женщины. Ведь что может быть хуже потери единственного ребенка…

– Кто это? – раздался голос из-за двери.

– Доктор Джеймс Вудс, мэм. Я приехал по делу Вашего супруга, – отчеканил Вудс.

Замок заскрипел, и на пороге показалась женщина средних лет, невысокого роста, красивая, с большими голубыми глазами.

– Да? Чем могу помочь?

– Я бы хотел задать несколько вопросов. Это займет немного времени.

– Вопросов? Вы из отдела внутренних расследований?

– Нет. Я врач. Моя задача подтвердить возможные отклонения. Такое иногда происходит при сильном срыве.

– А. Срыв. Проходите, но я не знаю. Не уверена, что могу Вам чем-то помочь, – отстраненно сказала она, пропуская его внутрь дома.

– Ничего. Я помогу Вам помочь мне, —сказал Вудс и аккуратно прикрыл дверь.

Усадив его на диван, женщина поставила напротив стакан с лимонадом и улыбнулась. Вудс улыбнулся в ответ. Пока все шло согласно привычной практике, ничего необычного не наблюдалось. Он вытащил записную книжку.

– Ещё раз хочу извиниться, что так не вовремя. Но у таких ситуаций свой отчет времени.

– Все хорошо. Только прошу вас, недолго. У меня много дел.

Вудс кивнул. С его дивана прекрасно просматривалась кухня, и он успел заметить гору скопившейся посуды, которую так с утра и не помыли. Шок. Он её еще не отпустил.

– Скажите, Элли часто сорилась с отцом?

– Они почти не общались. У Элли был свой мир, куда она очень неохотно пускала нас. Все грезила чем-то. Старалась уединиться.

– А в колледже?

– Там тоже все было не очень. Её задирали за внешний вид и манеру общения. Все, что у неё было, это её книги, да несколько таких же, как она, затворников.

– Несколько?

– Двое. Крис Прат и Джеймс Макквой.

– Это с ними она была на кладбище?

–Да.

– Ещё раз извините, что заставляю Вас вспоминать об этом. Мне надо дать точный диагноз. Поэтому важно Ваше мнение.

– Да. Я не знаю, просто всё это до сих пор кажется мне чем-то ненастоящим, – она вытащила руку и в ней была раскрытая упаковка с таблетками. – Вот, приняла пару и даже этого не хватает. Все как кошмарный сон. Она ведь была очень хорошей девочкой, никого не обижала. Просто ходила в школу. А этот случай… Они ведь ничего не сделали, так, поставили пару свечей.

– Скажите, а Вы сами читали книги Стейта Кинга?

– Да. Читала.

– Раньше Вашей дочери?