Даниил Тихий – Закат Железного города (страница 29)
Нет ответа…
Ну до чего же болит голова…
Входная дверь была прямо передо мной — на потолке, и я не сразу сообразил, что это вагон лежит на боку. Прибора ночного виденья на моей голове больше не было, а синий аварийный свет химических ламп попадал в центр управления через выбитое лобовое и искрился на осколках стекла.
— Борз?
Напарник лежал в углу, и я понятия не имел жив он или нет. От удара мой интерфейс спешно перезагружался.
— Борз!
Рывок стоил мне боли. Пальцы на левой руке были ободраны, от перчатки остались жалкие лохмотья. Всё в крови. Нога и локоть другой руки тоже пострадали. Переползая на четвереньках к напарнику, я почувствовал весь букет ощущений и откупившись от них матами, ухватил Волка за плечо.
— Ты жи… еб твою медь!
На меня уставился высохший череп и от неожиданности, я охнул и отдёрнул руку. Только через пару мгновений до меня дошло, что в потёмках я перепутал старую мумию машиниста с телом напарника.
Стон где-то за моей спиной и перезагрузившийся интерфейс расставили точки над i.
Борз валялся под пультом управления, и на фоне рамы лобового стекла, а точнее падающих оттуда лучей света, его не было видно.
— Эй приятель, ты жив? — Маска Борза разбилось, но лицо слава богу было цело, не считая разбитых губ. — Это я, слышишь?
Похлопав напарника по щекам, я заставил его открыть глаза. Волк застонал и сел.
Я покачал головой и помог ему подняться:
— Хрен знает, биотические часы могли поймать сбой, оба наших биоблока сходили на перезагрузку. Нужно уходить.
Мы выбрались через щель выбитого стекла. Снаружи воняло палёным пластиком и сваркой. Но во всём этом безумии меня радовало только одно, я нашёл на полу свой ПНВ и больше не был ослеплён темнотой.
Волк лишился своего Сокола и маски химической защиты, но остальное имущество каким-то чудом уберёг. Хромая на правую ногу и рыча, напарник топал за мной по парамагнитной ветке. Судя по данным из групповой синхронизации, переломов и травм внутренних органов у напарника, не было.
Остальное потерпит.
Поезду, да и нам самим — повезло. Оглядев снаружи картину разрушений, я понял, что причиной аварии стала широкая трещина на пути парамагнитной ветки и просадка бетонной плиты. В получившийся на полу перепад, головной вагон и въехал. Его подкинуло, повело вправо, ударило о перрон и перевернуло. А вот остальные вагоны были целы. Ещё две бандуры слетели с ветки, но похоже остановились своим ходом, не кувыркаясь, как это вышло у нас.
Видимо, команда к снижению скорости, была отдана вовремя.
Волк заставил меня повернуться и посмотреть на один из ближайших вагонов. Сначала я не увидел в нём ничего необычного. Искрящие остаточным электричеством парамагнитные пластины, возникший от трения дым, что уже рассеивался в воздухе, и одна из стальных стенок чей крепёж вышел из строя и заставил её приоткрыть внутренности вагона.
А там…
… там стояла новенькая тачка. Внедорожник с модульной системой установки вооружения и энергетических щитов. Я уже видел такие… ИскИн моментально выудил из памяти нужную информацию и «вспомнил» за меня название — «каракурт»
Откуда в поезде корпорации, которая занималась кибернетикой — военная машина для полевых операций пехоты?
Додумать возникшие мысли мне не удалось. Моего слуха достигли звуки, которые моментально остановили наше бегство. К нам приближались изменённые.
— Назад! Быстро!
Борз сильно хромал и мне пришлось помогать ему добраться до открытого вагона. Один из железных бортов во время аварии упал вниз, став для нас наклонной тропой. В грузовых составах так и было задумано, этот борт служил для съезда техники и перегона своим ходом во время разгрузки.
Ввалившись внутрь и таща за собой обхватившего меня за плечи снайпера, я пропыхтел:
— Сначала спрячемся, а потом обколись чем хочешь.
Усадив Волка у массивного колеса и немедленно заметил снаружи мелькнувшую тень:
— Вот сука! Они уже здесь!
Голова у меня работала на все сто, но выхода из ситуации я не видел. Ор за пределами вагона нарастал, по видимой части перрона метались тени. Изменённые окружали состав, хрустели мусором и битым стеклом. С шумом пытались вломиться в остановившиеся вагоны.
Кто-то залез на крышу, прямо над нами, и разорался на всю округу издавая жуткое кваканье, какое можно услышать под вечер в болотах.
Вот только наша «лягушка» предпочитала потреблять человечину.
Но напарник соображал куда лучше меня:
Уколов себе стимулятор Борз стал двигаться пободрее и перестал шипеть от каждого неосторожного движения. Тихонько открыв массивную, бронированную дверь, чеченец забрался внутрь машины. С задней дверью вышла заминка. Она не поддалась и напарнику пришлось открывать её изнутри.
Перейдя на обмен сообщениями через интерфейс, я старался ничем нас не выдать. Но смерть всё равно наступала на пятки. Снаружи в вагон влезла первая тварь.
На наших глазах, хорошо различимая сквозь узкие, затонированные стёкла вмонтированные в бойницы машины, уродливая образина повторила наш путь по наклонному борту вагона, что свалился на рельсы.
Когда-то она была женщиной. Остатки длинных, рыжих волос всё ещё свисали с левой части её черепа. Привычка передвигаться на двух конечностях была забыта этим существом. Теперь оно постоянно припадало на руки и нюхало воздух словно собака. Оплывшая, вытянутая харя с целой гроздью непонятных наростов по центру лишь добавляла уродства.
Борз был прав. Тварь поравнялась с машиной, повторила наш маршрут и свернула за неё ровно так же, как это сделали мы. Здесь у неё вышла заминка, а затем она повернулась прямо к стеклу, за которым я её разглядывал.
Тварь не могла меня видеть сквозь глубокую тонировку, а вот я её разглядел во всех подробностях. У этого существа исчезли глаза, а глазницы заросли кожей, зато прибавилось иных, неподдающихся подробному описанию органов, что безобразными наростами двигались по центру лица, сокращались и втягивая в себя воздух.
Не знаю, как оно поняло, что я нахожусь за стеклом, но худая лапа с силой ударила в направлении моего лица. Жуткая пасть раскрылась ужасным беззубым и бескостным овалом и выплюнуло в машину сгусток желчной субстанции.
— Валим Борз! Заводи это дерьмо! Заводи!
С перепугу я забыл о том, что нужно общаться через интерфейс, да и нужда в этом уже отпала. Поднятый изменённым шум привлёк массу других выродков и первый из них, владелец жуткого костяного нароста на башке и мускулистых рук, с силой врезался в противоположный борт машины заставив её покачнуться.
Слава богу, химический двигатель оказался в полном порядке.
Тяжёлая машина рванулась на разворот с поражающей лёгкостью. Мускулистый изменённый попал под её колёса и был немедленно раздавлен. Каракут протаранил и подмял под себя бегущих по наклонной поверхности особей и уже через мгновение оказался на парамагнитной ветке.
Волк погрузился в реакционную синхронизацию и выпал из доступа в групповом интерфейсе. От резкого разворота меня повалило на пол салона, но я почти сразу восстановил равновесие и смог снять мешающий мне рюкзак.
Напарник бросал машину из стороны в сторону, без всякой брезгливости таранил и давил обезбашенных тварей, что кидались прямо под колёса. Обычная гражданская, легковая тачка, от этих столкновений уже бы получила такие повреждения, что ни о какой езде не могло бы быть и речи.
Но не «Каракут».
Военная машина без труда разбила жидкую толпу тварей и понеслась дальше по тоннелю. Низинная улица вокруг нас орала десятками голосов, в бойницу заднего вида я видел несущихся за нами изменённых и уродливые тела, что спрыгивали с перронов на рельсы.
Чего я не мог видеть, так это того, что по ходу движения изменённых было не меньше.
Хруст костей, удары о бронированный корпус и подмятые крупными колёсами тела не доставляли нам неудобства. Другое дело, что твари были тупы и совершенно не жалели своих жизней.
Их существованием управлял голод.
К своему удивлению, я понял, что далеко не все изменённые гибнут после встречи с транспортом. Один из таких «счастливчиков» каким-то чудом оказался на крыше машины и едва не забрался в распахнутый люк. Болт, выпущенный из Сокола, пробил его тупорылую башку, а манёвры Волка заставили безвольное тело слететь на землю.
Люк следовало закрыть.
В задней части салона Каракута было просторно. Сюда не успели установить коробку энергетического щита, а сиденья стрелков, расположенные вдоль бронированных бортов, оставляли пространства для передвижений по центру. Но добраться до люка с учётом того какой скорости придерживался Борз и как маневрировал, оказалось не простой и не быстрой задачей.
Пришлось бросить оружие и борясь с болтанкой вдоль стенки пробираться к отверстию, чтобы через минуту ухватился за специальные ручки и встав на ступеньку пулемётчика, высунулся из люка. Но закрыть дыру в нашей обороне я не сумел. В моё забрало полетела кровь и ещё чёрт знает что, окуляры пнв были моментально ослеплены забившей их гадостью, а нечто мерзкое перекинутое ударом через корпус машины, едва не оторвало мне башку зацепив по касательной.