Даниил Тихий – Закат Железного города (страница 11)
Я кивнул, и мы двинулись вниз. Волк сбежал по плите первым. Задержавшись, я бросил последний взгляд в коридор и не обнаружив ничего подозрительного, спустился следом. Наши шаги заставили пыль подняться и достать до колен. Тонкая серая взвесь дымными струями заклубилась вокруг и заставила нас остановиться у подножья плиты.
В разрушенной высотке обитали призраки.
Невидимые для невооружённого взгляда (да и для вооружённого тоже) безликие фигуры проступали в пыли. Я бы сказал, что они бесплотны, если бы не мельчайшая бетонная крупа, что оседала на их «телах» и раздавалась в стороны от движений.
Двое безликих появились прямо между нами и не обращая внимания на наш испуганный рывок к стенам и повёрнутые к ним стволы оружия, прошли дальше, скрывшись в проёме.
Я сглотнул появившийся в горле ком:
— Не знаю, но я едва не выстрелил.
Не решаясь пуститься в дальнейший путь, мы простояли у плиты несколько минут, безмолвно ожидая развития событий и готовясь к самому худшему. Моментально ускорившее свой бег сердце выбивало настойчивый ритм разгоняя по организму насыщенную адреналином кровь.
Но на нас так никто и не напал.
— Нужно идти, вечно стоять мы тут не сможем.
Волк взглянул на меня и кивнул:
Я кивнул в ответ и уже двигаясь в темноту единственного прохода, ответил:
— У нас на этот счёт есть одна поговорка. Перед смертью не надышишься.
Этот короткий обмен фразами почему-то меня успокоил. Страх ушёл от осознания того, что рядом есть человек схожих взглядов. Тот, кто тоже боится, но делает.
Определённо, в этом мире всё ещё оставалось что-то хорошее.
Безликие призраки исчезли бесследно. Если бы не слепок памяти ИскИна, записавший всю ситуацию от и до, я бы подумал, что у меня была галлюцинация.
Узкий коридор привёл нас к останкам бизнес-форума. Полуразрушенная трибуна возвышалась по левую руку и отнюдь не пустовала. Крадучись пробираясь между искорёженными креслами, мы видели изменённых, что тесной кучкой дремали, окружённые свисающими с потолка проводами.
Семь особей стояли на трибуне, прямо на фоне огромной, нависающей над их головами надписи по центру стены:
«Сегодня, здесь будут рождены Атланты»
Прямо скажем, рождённые после войны и занимающие сейчас трибуну чудовища, на Атлантов способных удержать на своих плечах небесный свод — не походили.
Пройдя весь форум насквозь, мы вышли через дальний его проход и оказались по другую сторону здания. Проёмы ростовых окон здесь были завалены обломками и ни единого луча света не пробивалось на этаж, который волей катастрофы оказался ниже уровня земли.
Обратив внимание на состояние пыли под нашими ногами, я отправил Борзу сообщение:
Напарник ответил немедля:
Многочисленные следы заставили нас насторожиться. Пробираясь по плавно изгибающемуся коридору, мы обнаружили массу изменённых, что стояли в темноте боковых помещений тесными пачками.
Три особи…
Семь…
Четыре…
В каждом помещении, в каждом отнорке, спали местные жители. И почему-то несмотря на свою человеческую природу, они все как один делали это стоя.
Торгового центра на этаже не оказалось. Зато мы нашли лестницу и лифт, вот только потихоньку спуститься по первой, не вышло. К нам спиной, прямо на ступеньках стоял изменённый, а за ним на пролёте — ещё двое.
Целых три твари, убивать которых мы не рискнули.
Пока я стоял на углу держа мушку дополнительного прицела винтовки, наведённой прямо на затылок ближайшего выродка, Борз достав свой тесак вскрывал створку лифта. Разжигать плазменную дугу и резать ей метал не было никакого резона. Запах, дым и звук, наверняка бы переполошили всю округу.
Чеченцу приходилось использовать крепкий, армейский клинок, в качестве фомки.
Долго простоявшая без дела, сжатая многочисленными смещениями в структуре стен разбитой высотки, створка не хотела сдаваться без боя.
Почти сорок минут пришлось потратить на простейшую задачу, но Волк справился. Створка потихоньку была отжата, лезвие проникло между ней и косяком и позволило по миллиметрам отодвинуть преграду в сторону, достаточно далеко, чтобы в щель пролезли пальцы.
Ну а дальше, дело было только в терпении и аккуратности.
Снайпер быстро понял, что без резких движений створку не открыть, а каждый такой рывок сопровождается скрипом. Беря между каждым новым усилием большую паузу, он в едином ритме, по сантиметру в минуту, сумел отодвинуть преграду достаточно, чтобы в проём мог протиснуться любой из нас.
Всё это время я потел и смотрел как от едва слышимого у лестницы скрипа, вздрагивает ближайший изменённый. Почти час я простоял на углу, временами перенося вес тела с одной ноги на другую, чтобы сильно не застаиваться, прежде чем Борз отправил в интерфейс сообщение:
Спускались по тросу, закрепив его внутри шахты. Первым вниз ушуршал чеченец, я ушёл вторым, дождавшись его отмашки. Этажом ниже под наши подошвы легла крыша остановившегося лифта…
…именно в нём нас ждало первое, серьёзное испытание.
Сразу два ублюдка решили уснуть прямо под нами, словно по закону подлости блокируя последний отрезок пути, отделяющий нас от торгового центра.
Подниматься обратно рискуя потратить ещё несколько часов с неясной перспективой пробраться в магазин, было слишком опасно. Бодрее мы не становились, отдыхать тут было негде, а в любой момент как от банальной неосторожности, так и от независящего от нас фактора, могла начаться беспросветная жопа и мы оба прекрасно это понимали.
Вопрос Борза застал меня за размышлениями. Штурмовой дрон, пролетевший через аккуратно приоткрытый верхний люк лифта, транслировал нам жутковатую картинку из смежного с лифтом коридора. Туда его направил снайпер чтобы, во-первых, случайно не пробудить спящих, а во-вторых, проверить перспективность дальнейшего прохода.
Кроме двух упырей разведанное пространство пустовало.
Идея прямо скажем нетривиальная, но почему, собственно, нет? Закусится с изменёнными мы успеем в любой момент, другое дело что стоят они по обе стенки от входа. Шанс просочиться незамеченными всё же есть.
В нынешних условиях была своя, странная атмосфера. Два человека на крыше лифта это слишком много, тем более что шли мы не с пустыми руками. Каждое движение делается с оглядкой на товарища и окружающие предметы, причём гораздо медленнее чем обычно. Не дай бог чем-то скрипнуть или зашуршать. Не дай бог помешать товарищу резким или неосторожным движением.
Вот и сейчас мы занимались тем же самым — старались не шуметь.
Аккуратно наклонившись и перехватив чуть-чуть приоткрытый люк, я позволил Борзу разжать пальцы и сняв рюкзак медленно уложить тот рядом. Следом за ним туда-же отправился автомат.
Смотря прямо в маску снайпера, я спросил:
Чеченец кивнул, а я почувствовал, как по моему носу прокатилась капля пота.
Придерживая люк обоими руками, я открыл его настежь, но опирать на стену не стал. А ну как посыплется чего со стены или стукнет? Пылищи бетонной, итак туча, она двумя ручейками потекла вниз и теперь искрилась, мерцая в воздухе.
Не дай бог упыри очнуться раньше времени.
Борз опёрся на края проёма обоими руками, сунул в лифт одну ногу, затем перенёс вес на руки и аккуратно распрямил туда вторую. Изменённый под нами всхрапнул, и мы оба замерли, напряжённо всматриваясь в трансляцию с «мухи».
Но на видео не происходило ровным счётом ничего. Оба монстра продолжали, ссутулившись, дремать у стен лифта. Один опущенным рылом к Борзу, второй к стене.
Напряжённый как струна чеченец аккуратно переставил руки опускаясь на локти, а затем быстро ушёл вниз, повиснув на кистях.
В этот самый опасный момент, я поймал себя на том, что сжимаю пальцы на люке изо всех сил. Гораздо сильнее, чем этого требовала ситуация.
Смотреть на Борза сверху, как он становиться на пол, едва не касаясь уродов своей одеждой и вытягивает руки к люку, чтобы принять оружие и рюкзак, было очень странно. Сердце колотилось в груди как бешенное, все инстинкты орали «БЕЙ ИЛИ БЕГИ!» а я вопреки всем чувствам был вынужден всё так же медленно приставить люк к стене и вытащив из-под металла пальцы, дожать его, молясь, чтобы он не загремел.