Даниил Тихий – Закат Российской Империи (страница 38)
Этот гул, возбуждённое состояние рассудка и топот пробудившихся соседей, посылали мои планы поспать ещё немного — к чёрту.
Волк помолился и ушёл утрясать свои дела с Кардиналом. Дело в том, что ещё вчера к нам заходил один из штабных офицеров и справлялся о его здоровье. Зачем? — да всё за тем же. Кардиналу требовались люди, и он не собирался отпускать стрелка просто так.
С наступлением утра разожглись тоннельные лампы. Не все, одна на десяток, но и это в текущих условиях казалось благом. Они позволяли людям хоть что-то видеть и убирали мрачную атмосферу аварийного, синего света, даруя выжившим хоть и частичное, но все же ощущение смены дня и ночи.
Перед тем как лечь, я почистил зубы и умылся. Так что сейчас, когда очередь сонных людей собиралась на перроне возле доступных в глубине строения туалетов и умывальников, я лишь плюнул и пошёл вдоль состава, не преследуя каких-либо целей.
Попытка отправить чеченцу сообщение и предупредить его что я ушел — провалилась. Дистанция покрытия связи биотических блоков без дополнительных звеньев-посредников, вроде тех же станций ретрансляторов, была жёстко ограничена.
Я не мог без сближения связаться с напарником или отправить список требуемого имущества нашей возможной нанимательнице. Да и не было у меня этого списка. Нужно было подумать и подумать крепко. Неясность происходящего давила на разум, не позволяя нормально соображать. Всё время казалось, что вот-вот створки откроются и прибудут спасатели, армия, различные службы призванные эвакуировать людей и меня в их числе.
Но они не открывались.
Чтобы не раздёргивать мысли, я дал себе зарок не думать о несущественных в данных обстоятельствах вещах. Например — о семье. Сама эта мысль звучала в моём разуме кощунством и заставила на ходу поморщиться, но я знал, что мои дети не хотели бы чтобы я умер, распуская тут сопли или ввязываясь в глупые поисковые операции, обречённые на провал.
Они бы меня поняли и простили.
Поток людей между составами вырос, идти стало неудобно, и я перебрался на другую его сторону. В ста метрах впереди, маячил вагон-блокпост. Обваренный железными листами, обвязанный самодельной колючей проволокой и ощетинившийся шипами он выглядел варварским подтверждением того, что текущие бедствие не закончиться завтра или послезавтра.
Оно тут надолго.
Развернув интерфейс под основным зрением, я взглянул на ровные ряды почти восстановившихся характеристик и был удивлён возросшей выносливостью.
Ответ пришёл незамедлительно:
Я оказался более чем удовлетворён ответом. Про силу, которая не выросла, даже не стоило спрашивать. Я, итак, чувствовал, что в плече побаливает какая-то связка, а правая рука так вообще без терпимой боли не гнётся. Неделя была достаточным сроком чтобы восстановить мышечный каркас после беготни, но явно недостаточна чтобы снять все повреждения, полученные после побоев. Не говоря уже об ожогах, которые заживали тягуче медленно.
Да и для силы мало носиться взад-вперёд, требуется нагрузка иного характера. Просмотр собственных характеристик заставил меня вспомнить, что полученный во время странного сигнала «Оазис» — программное обеспечение, которое не позволило офицеру ИСБ вскрыть мои данные, даровало возможность модернизировать своё тело без присутствия медицинского персонала корпорации A.R.G.E.N.T.U.M.
Раньше подобная функция биотического блока была заблокирована программно. Только сотрудник корпорации, мог с разрешения носителя, направить биотические клетки после инъекции в нужную область организма. Правда стоили такие инъекции ого-го.
Хочешь увеличить спортивные показатели? Волнует красота и мышечные объёмы? Лечишься от серьёзного заболевания или восстанавливаешься после имплантации синтетики? — покупай инъекцию. С помощью биоматериала можно сделать с собой практически что угодно, в пределах законов империи конечно.
Например, направить инъекцию биотических клеток в характеристику «интеллект» и увеличить тем самым количество связей между мозгом носителя и биотическим блоком. Что в свою очередь, приведёт к большему охвату разнообразных дивайсов. Я точно знал, что военным на ранних сроках службы полагается сразу несколько порций биоклеток. Чтобы они могли входить в синхронизацию с большим количеством сослуживцев и брать под контроль перечень аппаратуры, вроде той же штурмовой камеры или сканера. Я, к сожалению, в этом серьёзно отставал от Борза. Раньше мне ничего подобного не требовалось, да и денег столько я никогда не зарабатывал, а теперь… где их взять эти инъекции?
Поплотнее запахнув куртку и поправив шоковую дубинку в рукаве, я прошёл мимо блокпоста, на чьей крыше, в потолок смотрел почерневший ствол лёгкого, ручного пулемёта.
Единственный военный, сидящий снаружи, скользнул по мне взглядом и отвернулся. Таких как я, за его смену тут проходило немало.
Невозможность отправить сообщение Борзу из-за дистанции, заставила меня вспомнить о ППК, персональных переносных компах, которые я часто видел в руках молодёжи и буквально сегодня воочию наблюдал в сумке с трофеями Черепа.
Запись о двух таких ПК, стала первой в моём списке.
Следом я внёс в перечень «хотелок» гарнитуры раций. Немного подумав, добавил костюмы химической защиты и маски. Обезболивающие препараты, медицинский гель, стимуляторы и тоники, кучу всякой бытовухи, паёк, трос на парамагнитных креплениях и целую массу всего, чего нам так не хватало.
Оружие, как самый малозначительный пункт добавил в самом конце. Почему малозначительный? Да потому что стрелять в этих тоннелях это всё равно, что звать безумцев на ужин. Десяток убьёшь — привлечёшь сотню, если не тысячу. Чем дальше уйдём от транспортного узла, тем тише нужно себя вести.
Признаться честно, список получился внушительным и вряд ли возможным к реализации, но я решил раскатывать губу по полной, а там уж как получится.
К оружию сделал пометку с объяснением, что по возможности, требуются средства для бесшумной стрельбы. Ну а вдруг прокатит найти? Дробовики же где-то взяли? Хотя глушителей я не видел даже у военных. В гражданском обороте они были запрещены, так что в специализированном магазине «глушак» тоже не найти.
Думая, чего ещё такого я упустил, отвлёкся и заметил, что давно покинул знакомую территорию. Шагал себе и шагал пока не ушёл от обжитых мест достаточно далеко чтобы не слышать людей. Дальше по улице в свете лампы было очередной блокпост. Но в отличии от застрявших на парамагнитных рельсах поездов, в которых селились люди, тут было тихо и темно. Никто не собирался тратить далеко не лишнюю энергию, на освещение вот таких вот участков.
Вообще весь транспортный узел по сути своей представлял кольцо парамагнитных веток с толстенным столбом-подпоркой в центре. Эта подпорка, окружённая перроном и обстроенная целым слоем многоярусного строения, была обитаема только с двух сторон. С северной и южной. С одной стороны, люди жались к военным и более-менее приспособленным для жизни составам вставших на рельсах. С другой оттягивались на противоположную сторону, туда, где обустроила своё логово оппозиция.
А между ними, оставались вот такие, слабозаселённые и мрачные участки кольца, среди которых, небольшими крепостями под светом ламп, ютились редкие посты военных.
Оглянувшись назад, я увидел лишь рассеянный свет, разбавляющий мрак откуда-то из-за поворота.
На секунду забыв, что транспортный узел отделён от остального подземелья я поёжился. Странное чувство страха пробежало по спине волной мурашек, но стоило мне дёрнуть плечами — утихло.
Запахнув куртку плотнее, я отвернулся и побрёл в темноту. Перешагнул рельсы, добрался до перрона и взобравшись наверх, двигался дальше уже по нему. Проклятый синий свет снова был рядом, сочился из химических, почти вечных ламп, падал на мою одежду и делал тени ещё мрачнее чем они есть.
По правую руку тянулись многочисленные витрины и входы ведущие в кафетерии и магазины. Транспортный узел был центром целого промышленного района низинного города и останавливаясь здесь чтобы добраться с пересадками до места работы, люди частенько перехватывали кружку-другую кофе или заходили в магазины чтобы прикупить какой-нибудь мелочёвки. Будь-то рабочая роба, порция еды или какие-нибудь инструменты.
Выше, снабжённые грузовыми лифтами, раскинулись склады. Товары здесь хранились недолго, текучка была страшная. Дороги поверхности и высотные аэромобильные трассы были загружены гражданской техникой и не были пригодны для логистики.
Прямо на моих глазах откуда-то сверху посыпались искры. В свете ручных фонарей я видел фигуры работающих там людей и ворота ангара. Военная форма без труда позволила индицировать бойцов Кардинала. Я не знал, что именно они делают, но предполагал, что обыскивают склады и прихватывают сваркой ворота, чтобы уберечь имущество от мародёрства.