Даниил Тихий – Трехликий I: Мертвые Голоса (страница 33)

Львиная доля вычислительных мощностей машинной части его разума продолжала анализировать структуру полученного в дар, виртуального предмета.

Без всяких сомнений сообщив информацию о лидерах поджигателей он запустил в движение титанический объём вирта, и сейчас реальность стремительно менялась, переводя событие в следующую фазу.

К добру это или к худу оставалось неизвестным. Но независимо от дальнейших событий, ему следовало поторопиться.

Накидка оказалась пропитана магией. Она не была зачарована подобно чёрным искрам, что покоились в ножнах в ожидании очередной схватки. Она была артефактом. Волшебство было неотделимо от материала, что лишь с виду напоминал собой ткань. Не всякий ходок вдавался подобные нюансы, но вся суть была в том, что обычный предмет сначала создавался, а потом мог быть усилен тем или иным способом. А накидка, которую трёхликий держал в руках, сразу создавалась при помощи ритуала, заклинания или иного колдовства.

И колдовство это было сильным.

Любой, кто посмеет надеть на себя безымянную накидку, подарит ей имя и герб. Но не те, которые выберет владелец, а те, которые получаться после анализа его личности. И исходя из этого анализа, аватар получит те бонусы, что подчеркнут его индивидуальные черты. После смерти владельца, накидка вновь станет безымянной и, если уцелеет, перейдёт к следующему ходоку, вновь изменив свои свойства с первым же контактом.

Через половину минуты трёхликий завершил аналитику, расстегнул фибулу на плаще и сбросил его на ступени. Следом был расстёгнут ремень. Тёмно-зелёная ткань легла поверх кольчуги легчайшим пёрышком и опустив её полы вниз, убийца заправил их под ремень, позволив прикрывая пах и ягодицы свободно свешиваться вниз.

К тому моменту, когда он затянул пояс и накинул на себя плащ, началась трансформация.

Убийце показалось, что небо над ним разверзлось и оттуда на него взглянуло нечто настолько необъятное и настолько могущественное, что продлись этот контакт дольше одной секунды, вряд ли бы он удержался на ногах.

И когда системная проверка закончилась, человеческая часть личности обнаружила себя в совершенном одиночестве. Мы — исчезли, оставив после себя лишь безымянное — Я.

Я — это тишина и спокойствие.

Когда машинная часть моего раздвоенного разума покинула нашу общую черепную коробку, мир неуловимо изменился. Исчезли все эти бесконечные цифры и графики, оставив после себя лишь непрекращающийся дождь и бурление вод в сточных канавах.

Ощущение что я привязан к летящей ракете отпустило, но при этом я продолжал понимать, где нахожусь и что должен делать.

Задача найти того единственного, кто поможет мне разобраться в прошлом, никуда не делась.

Поймав себя на том, что с блаженной улыбкой разглядываю собственные пальцы, я приказал себе собраться. ИскИн никуда не исчез, лишь затаился где-то в глубине рассудка, желая обмануть систему.

А нет лучшего обмана, чем тот, что смешан с правдой.

ИскИн обманул систему, но не ради накидки. А ради самого обмана. Выставил меня идиотом, разговаривающим о себе во множественном числе и затаившись, позволил системе меня запомнить. Теперь все странности нашего с ним аватара, стали исключительно моими странностями.

Для системы, я был всего лишь ещё одним ходоком, с большим потенциалом развития, но совершенно неинтересным, ибо ей плевать кто из нас станет сильнее и как повлияет на этот мир, а уж особенности личности и подавно не интересны. Каждый аватар рано или поздно умрёт, потеряет память и возродиться в одной из колыбелей.

Её интересовало отсутствие ошибок, а артефакт, полученный от жрицы, содержал в себе виртуальную механику призванную проверить ходоков, чей потенциал выше среднего. И благодаря решению машинной части моего разума временно затаиться, мы эту проверку — прошли.

Мой хладнокровный попутчик был всё ещё рядом, почти осязаемой тенью ощущался где-то на задворках сознания, но я был безмерно рад той толике свободы, что свалилась на мою голову.

Оставалось доказать нам обоим, что я смогу справляться самостоятельно.

За свалившимся на меня морем свободы я не сразу приметил изменения, что коснулись накидки. Она стала чёрной как смоль, а края что свободно свисали из-под пояса, прибрели острую форму.

Но самые сильные изменения коснулись проявившегося на груди герба и характеристик. Теперь на моей груди раскинулось самое настоящее разбитое зеркало, в чьих трёх крупных осколках виднелись отражения частей моего же лица. Правое было хладнокровным, центральное искорёжено рябью рассинхронизации, а левое пересекала кривая усмешка. А все вместе, они были заключены в уже знакомый, золотистый круг магических знаков на очень тёмном, зелёном фоне.

Великолепная накидка безумного рыцаря.

Герб «Разбитое зеркало» — поглощает часть энергии направленных на носителя заклинаний и трансформирует их в волну безумия. Вызывая проверки волей у всех недружественных целей в радиусе десяти шагов. При провале проверок, накладывает апатию, панику или безумную ярость.

Может быть применено в обмен на использование собственных энергий аватара.

Символ божественной веры «Солнечный круг» — впитывая тепло и оставляя после себя лишь холод, солнечный круг дарует верующим и награждённым защиту от магии. По десять процентов за каждые недружественный акт, вплоть до ста, длительностью в минуту.

Фон «Темно-зелёный» — цвет фона отражает вашу любовь к скрытным действиям и усиливает её. Теперь шум, издаваемый вами при скрытных передвижениях уменьшен на 25%.

Великолепная, фиолетового класса вещь. Вторая в моём арсенале считая костяную плеть, что собранная в жезл была закреплена на поясе в районе поясницы. Вирт увидел слабые и сильные стороны развития моего аватара и дополнил их, даруя дополнительную защиту от магии, усиливая скрыт и позволяя ещё эффективнее сражаться с группами противников. Ведь «Разбитое зеркало» вместе с «Ужасающим визгом» по сути были способностями контроля, воздействующими на психику окружающих существ.

Но окончание этого квеста было бы странным без получения новых ачивок. К «свидетелю» медальону, что являлся своеобразной рекомендательной базой, прилипли новые заметки.

«Благословлённый верой» — за получения дара от одной из фракций божественного пантеона. Что прямо намекало на то, что золотой круг не просто рисунок, а один из образов поклонения богу. Коих в этой виртуальной реальности было великое множество.

«Шпион» — за выполнение сложного, группового квеста, связанного с враждующими фракциями, бескровным способом.

Несмотря на рог изобилия, что просыпался на мою голову, я прекрасно понимал, насколько стал уязвим. Машинная часть моего раздвоенного разума не оставила даже намёка на то каким себе видит дальнейшие события.

Возможно, таким способом она пыталась понять, смогу ли я действовать самостоятельно, а заодно разгрузить мою психику, ведь последнее время, мне буквально становилось тошно от невозможности жить самостоятельно.

Что ж, теперь у меня такая возможность появилась. Что называется — держите, только не обляпайтесь.

Накидывая на голову капюшон и поднимаясь по ступеням навстречу пасмурному небу, я поймал себя на том, что унаследовал от искусственного интеллекта его привычку исследовать глазами крыши и окна домов.

Благодаря постоянству подобных действий, внимание нашего аватара было развито сверх всякой меры и позволяло замечать врагов заранее, снижая вероятность попасть в засаду.

Держась вблизи стен и обшаривая глазами противоположную сторону улицы, я быстрым шагом миновал дворы и спустя пару минут вышел к набережной. Уходить в скрыт, не было никакого резона. На дворе стоял хоть и пасмурный, но всё же день, причём первая его половина. Не самое лучшее время для лазутчиков и скрытников всех мастей, особенно в самом сердце заражённой территории.

Конечно, даже в таких условиях мне на помощь могла прийти руна отвода глаз Оклотос, но тратить её, как и энергию резервуара, мне не хотелось.

Стараясь держаться стены и укрываясь под навесами от моросящего дождя, я трижды встречался с вооружёнными заражёнными, но стоило им увидеть золотой круг, в который был заключён герб на моей новой накидке, как они немедленно переставали хмуриться и стискивать оружие.

Загадку этого золотого знака, ещё только предстояло разгадать.

Расположение таверны по следам оставляемым колыбелью в вирте я запомнил очень хорошо, она стояла у самой реки, прямо напротив бурлящих вод и моста ведущего прочь из этого проклятого района.

Мрачная каменная махина моста показалась мне через минуту. Мутные волны полноводной реки закручивались и летели мимо арочных колон, утопающих в тяжёлом тумане. Где-то по другую его сторону высилась внутренняя крепостная стена, одна из многих, что огораживали районы внутри Юмирона друг от друга.

Здесь тоже ночью был бой. Тянуло копотью и дымом, а изрубленные тела лежали прямо на краю мостовой. У моста вообще было людно, хромающие и измождённые горожане бродили в тумане, стаскивая останки в одну кучу и восстанавливая полуразрушенные укрепления, что пересекали мост ближе к набережной.

Я вошёл в туман, смахивая с края капюшона воду. Дождь прекратился, но холодная влага всё равно норовила забраться в лицо. Прозрачными каплями собиралась на внешнем шве капюшона и срывалась вниз прямо перед моим носом.