Даниил Светлов – Грань света (страница 10)

Я почему-то всегда замечал, где она сидит.

И почему-то всегда садился так, чтобы её видеть.

Я никогда не умел нормально конспектировать. Мысли разбегались, записи превращались в хаос – стрелки, обрывки фраз, недописанные предложения. Перед экзаменами я неизменно шёл к ней в комнату в общежитии, чтобы готовиться вместе.

Комната была обычная – две кровати, стол у окна, кипятильник и книги, аккуратно выстроенные на подоконнике. Мы садились и часами разбирали её записи. Она обычно садилась на край кровати, поджав под себя одну ногу, а вторую опустив на пол. Наклонялась вперёд, внимательно следя за строками. Когда я начинал путаться, она сначала смотрела на меня долгим, серьёзным взглядом. Если я продолжал мямлить, следовал быстрый удар тапком по ноге – точный и без злости.

– Соберись, – говорила она спокойно.

Когда же всё шло как надо, она наливала чай и доставала печенье.

Иногда разговор неожиданно утихал, и мы на секунду отвлекались от конспектов.

Потом кто-то из нас первым возвращался к тексту – как будто ничего не произошло.

Так мы и прошли все пять лет – спокойно, поддерживая друг друга.

Большинство студентов на нашем курсе были филологами, поэтому главный упор на факультете делался на языки. Было также немного историков, но это не меняло сути. Я изучал один из западноафриканских языков – бамана – и французский. Вскоре я понял, что этих знаний недостаточно. Пойдя к проректору университета, я добился разрешения на изучение ещё и английского. Так я начал учить три совершенно новых для меня языка – ведь в школе я изучал только немецкий.

Я занимался английским с младшими курсами, приходилось пропускать занятия на своём курсе и быть сверхдинамичным, чтобы успевать везде.

– Как у него только голова не взорвётся? – с тревогой говорила Светлана Анатольевна, мой преподаватель французского.

– Да, удивительно, – сочувственно кивала Маргарита Викторовна, преподаватель английского.

Но голова не взорвалась.

По крайней мере, внешне.

Возможно, вот почему.

Как я уже упоминал, я жил в маленькой комнате старого дома середины XIX века. Толстые стены – почти метр – и окна в тёмный двор, затянутый зеленью, создавали ощущение уединения. Сначала я пытался зубрить. Ничего не держалось. Тогда я начал экспериментировать и со временем выработал собственную систему запоминания.

Однако вскоре произошло нечто странное.

После двадцати–тридцати минут сосредоточенной работы с новым материалом – текстом или словами – сначала как будто гас шум.

Потом исчезало ощущение комнаты.

Я оказывался в темноте, где существовали только я и лист бумаги передо мной.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.