Даниил Широков – Становление Хранителя (страница 70)

Что-то следовало вернуть Мане, что-то — Армагеддону. Кое-какие артефакты я должен был и Анне, но у неё и своих достаточно. Порыскав по целой горе полыхавших в магическом спектре вещиц, я с чувством выполненного долга закрыл пространственный карман. Сиреневый цвет начал блекнуть, а это значило, что выход уже близко.

Так и вышло. Спустя пару мгновений коридор лопнул, без лишних спецэффектов открывая взгляду родную мостовую, садовую изгородь и дворец с его длинной лестницей. Встретили меня интересно — несколькими стражникам, выставившими клинки и копья в сторону вышедшего из портала человека. Узнав меня, ребята вернули оружие по местам, козырнули и отправились по местам. Кто-то убежал рассказывать о прибытии Немезиде, остальные встали на посту у подножия знакомой лестницы.

Приняв решение не ждать, пока наружу кто-то выбежит, я сам поднялся наверх, и прямо на подходе к двойным дверям оказался вытолкнут ими назад. Чудом избежал пересчитывания ступенек носом, затем выпрямился, чтобы столкнуться взглядом с Немезидой. Судя по заспанному, но счастливому лицу, меня ждали, но не так рано.

— Привет, Нем, — улыбнулся я девушке, так и оставшейся в своём неизменном облике девочки.

— Ты вернулся-я-я! — прыгнула она с этими словами мне на шею, изо всех сил сдавливая всё, до чего могла дотянуться.

— Я тоже рад тебя видеть, — похлопал я её по спинке, осторожно спуская обратно на землю. — Уже прочитала мой ответ?

— Конечно, — хихикнула архимаг, осматривая меня с ног до головы. — Неплохая рубашка. Наверно, мне стоит заказать такую же.

— Если успеешь, — вздохнул я. — Пойдём, мне надо рассказать кое-что. Всем вам.

— Проходи сразу в обеденный зал, — сказала Нем, едва мы оказались во дворце. — Я позову Лифу и остальных.

Кивнув ей, я проследовал налево, сразу присаживаясь за длинный пустовавший стол. Завтрак, судя по всему, ещё не начался или уже прошёл. Слуг тоже не наблюдалось, так что я поставил бы скорей на первое. Вскоре ко мне присоединились друзья, каждый явно вырванный из пелены сна. Пожав руку Крису и поприветствовав прекрасный пол, я попросил всех послушать, не перебивая.

Начал с урезанной версии произошедшего в торговом союзе. Без подробностей, сухими фактами. Затем обратился к словам Энди; на них Немезида помрачнела, остальные же выразили недоумение. Пришлось пояснить до конца, и вот здесь уже не обошлось без эмоций. При упоминании Судей Лифа вздрогнула, Тсу же в раздражении сжала кулаки. Герой лишь вздохнул, скрещивая руки на груди. Да, мы сделали всё, что могли. Так быстро, как сумели. Но этого всё равно оказалось недостаточно, чтобы избежать битвы за существование.

— Бездна поглощает наш мир, как может, — закончил я свой рассказ. — Однако с Судьями мы всё равно столкнёмся. Запомните эту цифру, пожалуйста. Два часа, пятьдесят пять минут, четыре секунды.

— Если враг так силён, как мы про него слышали, то такое время кажется недостижимым, — вздохнула Немезида. — Ребята, я предлагаю вам спрятаться. Не губите свои жизни зазря.

— То есть вы выступите во имя спасения всего мира, а мы просто отсидимся? — возмущённо начала Тсу. — Ну уж нет. Крис, скажи!

— Дорогая, — покачал головой Герой, смотря мне в глаза. Я помнил про своё обещание не допустить его любимую к битве, но пока что решил не вмешиваться. — Мы не столь сильны, чтобы оказывать хоть какую-то поддержку. Пойдём — скорей всего, будем только мешать.

— Не сгущай краски, — вмешалась Лифа, и суровый голос обычно холодной девушки ударом кувалды прорвал лёд, образовавшийся вместе с моими словами. — Брат, мы должны сражаться. Даже если наш вклад будет ничтожным, вообще незаметным.

— Я не допущу, чтобы дорогие мне люди шли на убой, — проронил я. — Я согласен с Немезидой. Не факт, что даже объединившись с Анной, Армагеддоном и Богиней, мы справимся. Заметьте: в этот раз цель не победить врага, а задержать его.

— Джон… — протянула Тсу, в её взгляде промелькнула боль. — Я… Мы понимаем. Всё понимаем. Но нельзя нам просто стоять и смотреть… Как трусы, чёрт подери!

Бывшая жрица Богини в эмоциях ударила по столу, а по её лицу потекли слёзы. Крис спрятал свою жену в объятьях, и в его глазах я увидел похожую боль. Безучастно наблюдать, находясь не в силах хоть что-то изменить — бремя, вынести которое практически невозможно. По крайней мере, для хороших людей.

— Пять лет назад, — процедила Лифа, глядя на нас с Немезидой. — Пять грёбанных лет назад мы бились бок о бок против существа, способного повелевать временем, и его армии. Дрогнули ли мы хоть раз? Нет! Не дрогнем и сейчас.

Девушка поднялась со своего места, золотая копна волос вскочила вместе с ней, опадая на плечи.

— Даже если я умру, — сказала она, пытаясь сдержать гнев и… обиду. — Если мой путь окончится в тот день и в тот час… Я не хочу ни о чём сожалеть. А я буду, если не стану сражаться. Просто и понятно.

— Лифа, подожди, — попыталась остановить направившуюся на выход девушку Немезида.

— Я хочу побыть одна, — отрезала та, хлопая дверью.

Атмосфера за столом стала мрачной, нагнетающей. А ведь до примерного прибытия Судей оставалось ещё несколько дней. Хлюпала носом Тсу, молчаливо пытался оставить в себе эмоции Крис. Получалось у него хреново, откровенно говоря. Лишь слепой не увидел бы во взгляде Героя ненависть к самому себе. Презрение, потому что он не смог заставить себя поддержать любимую. Злость, потому что он сам попросил меня оградить бывшую жрицу церкви от будущего битвы. Никто и ничего не сможет здесь изменить, и он, как и я, понимал это.

Немезида тяжело вздохнула. Затем обратилась к парочке, сидевшей напротив.

— Найдите время для себя. Пусть эмоции, которые могут стать последними, будут светлыми.

— Спасибо, — кивнула Тсу. Вместе с Крисом они поднялись, вышли из-за стола и покинули обеденную залу.

Некоторое время мы провели в тишине. Желание закурить начало вытанцовывать лезгинку в моей голове, но я упорно ему противился. Не сейчас. Может, если победим, если спасёмся в бездне от Судей, тогда и выкурю одну, максимум — две сигары. Наконец, девушка откинулась на стуле назад, прикрыв глаза.

— Пять лет назад я не задумалась бы даже на секунду, прежде чем позволить им выйти на поле боя… — начала она.

— Они до сих пор дети, пусть и слегка повзрослевшие, — вздохнул я. — Не вини себя. Обстоятельства в этот раз крутят нами, как хотят, а не наоборот.

— Я знаю, Джон, — ответила она на мои слова. — Я всё прекрасно понимаю, но легче не становится.

— Так и должно быть, — произнёс я, глядя куда-то сквозь время и пространство. — Мы — живые. Нам свойственно заботится о вещах глупых, бессмысленных, где-то даже не нужных.

— Когда ты был Хранителем, — вдруг сказала Немезида. — Мне постоянно казалось, что от тебя веет чем-то… Я бы назвала это мертвецким холодом.

Я невольно улыбнулся.

— То были страшные времена.

— Ага, — кивнула она. — Кажется, ты тогда обожал какую-то фразу. Говорил её постоянно. Да, точно, говорил! Лет пятьсот назад было дело.

— Уж если мёртвым всё равно, то мне — подавно и давно, — вспомнил я. — Да, она достаточно ёмко выражала общую философию Палача.

— Те, что лежат в земле, не испытывают эмоций, — продолжила ностальгировать архимаг. — Так же, как и ты, существо, что обрывает жизни. Жуткий и страшный Палач, у-у-у. Поэтично.

— Ну хватит, — хохотнул я. — Было и было, я не спорю. Рад, что тебе стало легче.

— Да, — произнесла девушка, выходя из-за стола. — Спасибо, Джон. Я буду у себя, если найдёшь время поговорить.

— Хорошо, — ответил я, оставаясь на своём месте. — Люблю тебя, Нем.

— И я тебя, — кивнула она.

На этом я остался один в обеденном зале. Впереди были несколько самых сложных и тягостных дней в моей жизни, но их можно было скрасить каким-нибудь приятным времяпрепровождением. Провести вечер с детьми, поговорить с Ликаном о смысле жизни, пропустить пару кружек с Геной, который вскоре должен был прибыть на твердь земную. Навестить Розалию, если главнокомандующая доберётся до столицы. Можно попробовать найти девочку-вампира, спасённую мной в городском переулке. Или подождать Анну и обсудить предстоящее сражение. Докопаться до Энди по поводу его имени, а также расспросить о том, что ему известно о Судьях.

В каком-то порядке я хотел успеть сделать каждый из вариантов. Но сперва разберёмся с мелочами. Например, с письмом, отданным Эрандой. Женщина сказала, что в нём её прошлое.

Конверт оказался открыт: никаких печатей, даже простого клея не было. Вытащив из письма скромный лист бумаги, я приступил к чтению.

— Я начну с извинений, Джон, — писалось там. — После того, как ты помог разрешить ситуацию с Орфаном, я не знала, как рассказать тебе о том, что мучило меня кроме мести. Я посчитала разумным оставить эти мысли в сторонке, положив их на бумагу. Если ты всё же читаешь это, то я могу лишь молиться, чтобы ты простил мне трусливую натуру. Видишь ли, двенадцать лет назад я посещала столицу Асцаин…

Конечно, я мог сложить пазл чуть раньше, ещё при первой встрече с Эрандой. Русые волосы, яркие голубые глаза. Одних этих признаков недостаточно, чтобы решить наверняка, но вполне хватает, чтобы высказать подозрения. О чём я говорю? Лишь один человек(а точнее — совсем НЕ человек) среди всех встреченных мной обладал именно такой внешностью.