Даниил Широков – Наблюдатель (страница 112)
Император сам пошёл вперёд, сокращая дистанцию до приемлемой. Вокруг лежал снег, впереди во весь горизонт раскинулись высоченные стены из рыжего кирпича, на них горели жёлтые магические огни, а сверху на всё это смотрели чёрные небеса, затянутые облаками того же цвета. Буря улеглась, но настоящий ураган ждал Арта не там, вдалеке, но здесь, прямо у дома. Парень знал, что этот день когда-нибудь настанет. Когда-нибудь у него пропадёт терпение, когда-нибудь он сорвётся, наплевав на обстоятельства и общую ситуацию. Зная его прошлое, Арт понимал, чего он желал.
Император приложил руку к груди, с щелчком снимая мантию, с тихим шелестом упавшую вниз. Под ней осталась тонкая чёрная рубашка с белыми пуговицами. Сангвин успел отрастить бороду и усы, закрывавшие добрую половину его лица, оставляя только глаза, неизменно остававшиеся такими же, какими их помнил по похоронам в Ливиграде Арт. Безжизненными, пустыми… Нейтральными. Шрам, пересекавший его лицо по диагонали, горел тусклым оранжевым светом, позволяя отбросить любые сомнение — этот мужчина пришёл, чтобы встретить свою судьбу.
— Должны ли вы действительно сражаться? — спросил Кирагас, достаточно громко, чтобы услышал и император.
— Он знает, — с тихим свистом вынул из ножен клинок Сангвин, положив лезвие на свободную ладонь. — Он знает, зачем я здесь.
— Как знаю и то, что ты не уйдёшь, пока кто-то из нас не погибнет здесь и сейчас, — кивнул Арт, обнажая меч. — Но… Имей в виду — я не хочу тебя убивать.
— После всего, что я сделал? После всего, что я не сделал? — монотонно протянул император. — Я полагал, у тебя достаточно причин, чтобы прикончить меня.
— Фолл рассказал мне о том, что с тобой случилось, — воткнув клинок в снег рядом с собой, сказал парень.
— Тогда ты понимаешь, что мне больше нечего делать в мире живых, — лицо Сангвина дрогнуло — не этого он ожидал от Арта. — И уходить просто так я не собираюсь. Если и умирать, то только от рук сильнейшего. Жаль, что ты — не Фолл. Но считай это признанием — считай, что вы в моих глазах равны.
— Неужели это не может подождать? Хотя бы пока мы не разберёмся с жнецом… — выдохнул Арт, качая головой. — Сангвин, мир на пороге гибели, а всё, о чём ты думаешь, это как бы поскорей сдохнуть?
— Говоришь так, будто уже меня одолел, — вытянул руку с клинком император, угрожающе направив лезвие фальшиона в грудь последнего героя. — Вставай в стойку и дерись, Арт. Остальное подождёт.
— Пути назад не будет, — отставил правую ногу назад Арт, беря свой меч на изготовку. — Только не говори, что делаешь это из-за какого-то принципа или чести.
— Честь… — император рассмеялся, взмахнув клинком. Чёрное пламя объяло сталь, перекинувшись на тело, вскоре полностью поглотив и его. Густой тёмный огонь с белыми языками двигался, вторя ветру, гудевшему у подножия гор. Сквозь него прорвался голос Сангвина, судя по тону, продолжавшего посмеиваться. — Ха-ха! Честь — всё, что остаётся у человека, потерявшего всё! То, что нельзя продать, нельзя одолжить и нельзя заслужить. Настоящая честь — это умереть так, как ты того желаешь. Не так, как говорят остальные, общество, да даже сам Господь — так, как хочешь только ты. Но сама смерть не делает никому никакой чести. Только её процесс, путь к ней, что кто-то называет жизнью — вот то, что можно назвать честью.
Опечаленный голос Джей прорвался в голову парня мощным потоком мыслей, лишь утвердивших то, в чём Арт был уверен ранее. Хоть его натура отказывалась принимать решение Сангвина, хоть в глубине души Арт хотел помочь императору обрести покой, умом парень понимал, что иного выхода у них не было. Император мог стать отличным союзником в грядущем сражении против жнеца, даже больше — он мог стать, пусть и не надолго, товарищем Арту и остальным. Снова, как в старые добрые — добро против зла… Как жаль, что мир в глазах Сангвина вот уже несколько лет как был абсолютно серым, пустым и бессмысленным. Он и впрямь потерял всё, кроме чести.
И не желал терять её до самой смерти.
Арту оставалось только проявить уважение некогда великому герою, стоявшему плечом к плечу с Фоллом и Садом. На мгновение закрыв глаза, парень кивнул императору, ускоряя эфир в своём теле. Земля вздрогнула под мощью двух мастодонтов, собравших в себе титанические объёмы энергии. Кирагас судорожно отползал прочь, прижимая лук к груди, где-то за стенами бегали живые, пытаясь понять, что заставило этих двоих встать друг напротив друга. Чёрное пламя против алых и синих волн, переплетавшихся воедино. Верно, первыми столкнулись даже не клинки, но эфир, наполнявший тела воинов.
И только следом клацнула сталь.
Арт шагнул, занося клинок над головой.
— Двадцать первый меч — меч гор!
Синее и алое столкнулось с чернотой. Та двинулась навстречу, всколыхнувшись и вспыхнув ещё сильнее. Император выставил свой фальшион на прямой блок, принимая всю чудовищную разрушительную силу на себя, грудью. От места удара разошлась волна, поднявшая весь снег на земле, волнами разбежавшийся в стороны. Даже ветер, хлеставший в лицо, исчез, а чёрные облака над головой расступились, обнажая серые небеса. Сангвин улыбнулся, кивая своим мыслям. И двинул фальшион вперёд, отталкивая Арта на шаг и тут же контратакуя.
— Неплохо! — выкрикнул император, и в голосе его впервые промелькнули весёлые нотки. Он радовался — потому что сделал правильный выбор. Никто во всём этом проклятом мире не мог сравниться с ним в схватке на мечах. Никто — кроме этого парня, вылезшего из непонятной дыры на севере земель Золотой Империи. Сангвин ударил грубо, снизу вверх, словно разрезая тушу на скотобойне. — Девяносто девятый меч — меч осколков!
От скорости и силы движения Арта на мгновение потерял равновесие, едва успев уйти в пустоту, появляясь справа от императора. Место, где он только что стоял, рассекли воздушные лезвия, тонкими линиями разрезавшие пространство и оставившие на голой земле многочисленные глубокие борозды. Арт ударил прямо, притянув меч к плечу, уже не рассчитывая задеть сразу повернувшегося к нему Сангвина. Два возгласа слились в один.
— Семьдесят третий меч — меч небес!
— Второй меч — меч звёзд!
Голубая волна, последовавшая за клинком Арта, столкнулась с объятой белым чернотой фальшиона, ударившего дважды — сперва прямо в середину меча оппонента, а затем, вновь замахнувшись, обрушиваясь, словно комета, на его плечо. Арт ушёл в пустоту, заранее взяв оружие в обе руки и опустив его вниз. Сангвин отпрыгнул, уклоняясь от тринадцатого меча, при этом ударив ногой в колено, что вывел Арт вперёд при ударе. Потеряв равновесие вновь, парень едва не упал на задницу, но спрятался в пустоте, выходя из неё в паре метров от ухмылявшегося Сангвина.
— Одна проблема в мече потока — ты всегда делаешь его с нашагиванием, — улыбнулся он, перебросив фальшион из ладони в ладонь. — Конечно, не зная, что за эфир следует за техникой, не угадаешь, какие у неё будут недостатки.
Это была улыбка лучшего мечника севера — улыбка человека, чьи фехтовальные навыки признали все в этом мире. Признавали и называли вторым после умений Фолла, достигшего абсолюта. Быть может, они были равны в скорости, быть может, эфиром Арт управлял куда лучше императора, но разницу в опыте простой силой не перебьёшь. Хоть сотня мечей была доведена до полного мастерства, идеально применять её в бою Арт всё ещё не умел. Однако, несмотря на рискованный момент, он всё же выжил, ощутив смерть, дыхнувшую морозом в затылок. Если бы не дар, Арт уже лишился бы головы.
Жажда крови, что испускал Сангвин, была нешуточной.
— Эти техники… Сразу видно, кто был твоим учителем, — протянул Сангвин, выдыхая. — Ха-а… И эфир в твоём теле, его скорость… Он даже показал тебе свой секрет. Ни один чародей или воин не способен так управлять энергией, Арт. Слишком высок риск войти в вечный эфирный резонанс, сойти в итоге с ума и расстаться с жизнью, бросаясь как на своих, так и на чужих. Ты знаешь, парень, почему я отказался от обучения под руководством Фолла?
— Потому что хотел найти свой собственный путь? — опустил Арт клинок, чтобы встретиться взглядом с императором.
— Да. То, что открыл Фолл, по праву принадлежит ему. Но это не единственная причина. Просто я… — фальшион в руках Сангвина погас, и только по ставшей чёрной серебристой стали последний герой понял, что оружие поглотило эфир, впитав его в себя. — Никогда не искал обходных путей, чтобы стать сильнее.
Голос Джей заставил Арта напрячься, наблюдая за тем, как гаснет пламя, охватившее тело императора. Он остался прежним, ни капли не изменившись. Изменилось другое — эфир, ранее бушевавший внутри и снаружи Сангвина, полностью исчез. Он не мог скрыть свою ауру от Арта, тот бы с лёгкостью заметил подобный трюк. Нет, эфир попросту перестал существовать в теле героя, но угроза, что ощущалась от него, только усилилась. Парень не расслаблялся, осознав, что настоящее сражение только началось. А император, проведя ладонью по чёрному клинку, легонько вздохнул, подняв взгляд на Арта.