Даниил Сарана – Первый генерал (страница 4)

– Из-за чего она умерла? – подумал он. – Для сердечного приступа, слишком молода, на вид женщине было не больше сорока пяти, может эпидемия, какая опять началась? Страну в последние годы часто сотрясали вспышки неожиданных болезней, бороться с которыми государство обычно решало с помощью единственно в их понимании доступного и правильного метода – очередными запретами. Во время последней – собачьего гриппа, был введен временный запрет на владение собак, и всех животных у народа изъяли, по официальной информации, чтобы они не смогли контактировать с бродячими собаками, которые по мнению власти и были разносчиками гриппа. Бродячие псы так никуда и не делись, и продолжали наводнять города, а простые люди остались без своих преданных любимцев.

Повинуясь странному побуждению, Славик легонько толкнул труп в плечо. Из рта женщины вылетела большая муха и не довольно жужжа, покружив вокруг парня, села ему на верхнюю губу.

– Пошла вон! – достаточно громко крикнул он, сильно ударив себя ладошкой по лицу. В муху он не попал, и та, покружив у него над головой снова приземлилась на мертвое тело, сев в этот раз в уголке правого глаза. – Тварь такая!

Вячеслав огляделся. Его крик вроде бы не привлек внимания, да и высаженные и давно не стриженные деревья скрывали их, от основной части парка. Солнышко уже клонившееся к западу, все также тепло и радостно освещало город. Только сейчас Славик почувствовал неприятный давящий запах.

В голове у музыканта быстро пронеслись злые путающиеся мысли: – Какая мерзость, она лежит тут уже несколько часов, на пиджаке даже засох птичий помет и никому нет дела, люди мрут прямо на улицах, вот до чего страну довели. Я бы должен позвонить в больницу или куда еще? Но будет слишком много вопросов, да и времени в обрез. Все изменю, я все изменю в этой стране. Славик отвернулся от тела несчастной и двинулся дальше, он почти уже дошел до нужного места, но через пару шагов снова остановился.

– Сережки, у нее в ушах маленькие золотые серьги. Он постоял еще несколько мгновений и обдумал ситуацию, потом представил, как будет вытаскивать их из ушей мертвеца, как они зацепятся за холодную кожу, и кто-нибудь обязательно застанет его за этим занятием. Кивнув сам себе, он пошел дальше.

В нужном месте, парень помнил увиденную всего раз карту наизусть, он свернул в кусты, покопался не долго возле корней, нашел! Быстро спрятал свою находку в потайной карман в трусах, и с отличным настроением отправился домой, где его уже давно дожидался Пер.

Дома, они быстро приготовили раствор, и вмазались. Славик беспечно колол в вену на руке, а Пер в ногу, в мышцу бедра, где тоненькие иглы почти не оставляли следов. Чуть позже пришла Тома с двумя бутылями крепкого пива, по два с половиной литра каждый и пачкой невкусных китайских чипсов.

Тома никогда не употребляла наркотики, но пила пиво лет с тринадцати и честно говоря, по ее чуть припухшему лицу это было заметно. Но несмотря на это она оставалось чертовски красивой девушкой, притягивающей многочисленные взгляды мужчин.

Под туманом веществ, за стаканчиком пива, они просидели несколько часов, болтая о разном, в основном, конечно говорила Тома, о том, кто ей сегодня подмигнул, отдавая пожертвования для музыкантов, о красивой юбке у проходившей мимо девушки и о прочих интересовавших ее мозг вещах. Славик рассказал о найденной им мертвой женщине, напомнив лишний раз, друзьям о том, как государство уничтожает народ и о том, что с этим обязательно нужно что-то делать, Пер же почти все время молчал, сидя с полузакрытыми глазами в разваливающемся кресле, и с легкой улыбкой слушая ребят. Рассказывать про странную парочку, священника и мужчину в костюме он не торопился.

Вскоре Славик лег на спину на свой, постоянно разложенный диван, на котором они спали с Томой и начал снова говорить о политике, о том, как изменит все в Федерации, когда станет президентом или премьер-министром, парень еще не определился какую политическую систему хочет даровать народу страны. Вскоре его речь превратилась в невнятное бормотание, и он, повернувшись на бок, заснул.

Пер и Тома сидели на подоконнике, потягивали пиво и разговаривали, смотря на храм, высившийся невдалеке и на высокий стальной забор, отделявший центр от них, от остальной части города, который проходил прямо напротив окна, через дорогу.

Тома нравилась Перу и как человек и как девушка. Пускай она встречалась со Славиком, ну и что? Пер не пристает к ней, не трогает, а просто хочет, чтобы она сама влюбилась в него и стала его девушкой, Славик поймет, ведь они же с ним лучшие друзья.

Тома болтала не замолкая, рассказывала, возможно о своем детстве или о мальчишках, а может о чем-то женском, типа магазинов с одеждой, но Пер слушал в пол-уха. Он любовался девушкой, не отрывая от нее глаз. Раньше, когда он жил в центре и был тем, кем он был, Пер даже бы не посмотрел на нее, девушки, окружавшие его, тогда выглядели по-другому, стройные, идеальные лица, подправленные косметикой или пластикой, красивые, модные причёски, дорогая одежда. А Тома была слегка полновата, простая стрижка под каре, ноль косметики, она сидела напротив, сложив ногу на ногу и Пер видел, что в небольшом просвете между спортивными штанами и носком, торчат темные волосики, девушка похоже уже неделю не брила ноги. Но Пера это не волновало.

– Как заставить ее полюбить меня? – думал он. – Девушки любят общительных, веселых парней, а я почти всегда молчу, надо срочно рассказать ее что-нибудь.

– Ты знаешь – шмыгнув носом начал он, когда Тома сделала паузу в своем монологе, чтобы глотнуть пивка. – Раньше я жил там, за забором, в центре. У меня была другая жизнь, много денег, я ходил по ресторанам и …

– Да знаю, Перчик – девушка задорно улыбнулась – ходил по ресторанам и ночным клубам, гонял на «Крузаке» последней модели. Ты уже не в первый раз об этом рассказываешь.

– Да? – удивленно и обескураженно вымолвил парень, он совершенно не помнил, чтобы они об этом раньше говорили.

– А я рассказывал, кто я? – чуть взволновано спросил он – Кем я был точнее? – кем он был раньше, знал пока только Славик и Перу не хотелось, чтобы об этом узнал кто-то еще. Прошло уже почти два года, но возможно его еще не признали умершим и до сих пор ищут.

– Да, да, ты какой-то бывший бизнесмен, секретными технологиями занимался. – ответила Тома и по ее ответу было понятно, что она в это совершенно не верит.

– Да? Ну да, так и есть. – такой вариант вранья его вполне устраивал, а то, что девушка этому не верила он и не почувствовал.

– А ты была когда-нибудь за забором? – спросил Пер.

– Ага, в детстве, давно, когда его еще не построили и все люди были равны, мы гуляли там с бабушкой, я была совсем маленькой, а бабуля почти молодая. – она грустно вздохнула и задумалась. Девушка никогда не знала своих родителей и всю жизнь жила с бабушкой, возможно сейчас она думала о своей маме или папе, а может о том, что нужно помыть посуду. – О чем могут думать красивые девушки, Пер совершенно не знал и философски произнес:

– Ну, все люди никогда не были равны.

– Я знаю, – сказала она, допивая пиво – я пошла в туалет и спать – Тома спрыгнула с подоконника и направилась к двери.

– Я отвезу тебя в центр, когда-нибудь… – крикнул он ей вдогонку.

Тома вышла из комнаты. Пер опустошил свой стакан, тоже сходил в туалет, по-маленькому, в душевую кабину, установленную прямо в комнате, рядом с входом, идти на улицу было лень, и лег спать на свой диванчик.

Глава 3

Утром, а утро у ребят начиналось обычно ближе к середине дня, после умывания они приготовили поесть, пожарили картошки, употребили остатки и сейчас сидели молча, думая каждый о своем.

– Слушай – нарушил молчание Славик – мне дилер сообщение прислал, еще утром. Какое-то время товара не будет у него. Там, что-то с поставкой из-за речки случилось, толи накрыли их, толи еще что.

– Что будем делать? – Медленно, без эмоции произнес Пер, внутри у него тем не менее все напряглось.

– Ну, будем варить кашу сами, не впервой. Я поеду на репетицию, зайду в аптеку и в хозяйственный. А тебе за это время надо будет съездить купить жижи, к Богдану, помнишь где он живет? – Славику не очень хотелось отпускать Пера одного в тот район где жил Богдан, мало ли что может с ним случиться, но без жижи они останутся без дозы. Жижа – простонародное название раствора каких-то химических веществ, необходимый компонент, для самодельного наркотика, который они готовили сами, если достать обычный товар было негде. Ребята называли его каша, он получался густой и долго торкал, ощущения были как от профессионального продукта, но тяжелый отходняк все портил. Рецепт каши Славик услышал где-то в случайных разговорах в тусовке музыкантов, еще до того, когда сам начал употреблять. Позже он использовал его неоднократно.

Пер кивнул. – Съезжу конечно, только денег дай мне.

К трем часам пришла Тома, она жила с бабушкой, на первом этаже барака в котором они снимали комнату, принесла недорогих конфет, карамелек, они вместе попили чай, и парочка поехала на репетицию. Пер оставался дома еще час, затем собрался и пошел на автобусную остановку, чуть не забыв оставленные Славиком на тумбочке деньги.