Даниил Корнаков – Дети Антарктиды. Возвращение. Часть II (страница 5)

– Матвей, эти ублюдки ни за что не дадут…

– Вы получите еду. – Маша резко развернулась: глаза опухшие, мокрые. Щёки накрыл багрянец. – Даю вам слово.

– Вот как? – впервые заговорил собиратель Ярик, он же Ярослав. – И с чего бы нам верить вашему слову?

– Потому что я дочь Вадима Георгиевича Зотова, – твёрдо произнесла она.

Услышанное ожесточило лица восточников. Руки некоторых сжались в кулаки. В помещении пронеслись недовольные шепотки.

Но Маша оставалась непреклонной перед обращённой к ней неприязнью:

– Матвей и мой отец заключили сделку…

– Не просто заключили сделку… – перебила её Арина, зыркнув на Машу ненавистным взглядом. – Он дал клятву, что поможет нам.

– Хорошо… дал клятву, – сдержанно сказала Маша. – Но теперь он мёртв… – Она осеклась и склонила голову, будто вспоминая: – Там, в той церкви, прежде чем умереть, он возложил на меня бремя этой клятвы… – Её уверенный взгляд поднялся и прошёлся по всем обращённым к ней суровым лицам. – И я собираюсь исполнить её.

– Значит, это вас отправился спасать Матвей… – пробормотал Гюго, смерив гостью хмурым взглядом.

– Да, – подхватил Матвей. – И, как видишь, я выполнил свою часть сделки. Ну… почти. Осталось только вернуть её на родную станцию.

– Хочешь сказать, ей можно верить?

Матвей, не задумываясь, ответил:

– Вне всяких сомнений. – Он посмотрел на Машу. – Она поможет «Востоку».

– Точнее тому, что от него осталось… – в гневе пробормотала Арина.

Злоба так и сочилась от его названной сестры. Матвей чувствовал это каждой клеточкой своего тела. Арина будто бы винила Машу во всех их бедах, она страстно ненавидела её…

Но будет ещё время подумать об этом.

– Как я и сказал, завтра мы отправимся на «Прогресс», – продолжал он, вводя всех остальных в курс дела. – Оставим для вас часть наших припасов – хватит продержаться здесь ещё несколько недель. Как только доберёмся до станции, немедленно отправим сюда ещё провизии.

Матвей опустил голову и вздохнул:

– Хотел бы я взять вас всех с нами, но места в нашем вездеходе…

– Всё хорошо, мы понимаем, ведь так, парни? – Гюго обернулся через плечо, и ему ответили нерешительные кивки. – Мы будем ждать. Но прошу вас, поторопитесь…

Маша снова ответила:

– Клянусь вам, скоро всё это закончится.

И восточники, услышав это, с виду как будто бы немного смягчились по отношению к ней.

Глава 2. Дом, милый дом

В комнате Никиты Савина стоял затхлый воздух.

Помятое белье на старой койке обзавелось множеством пятен и дыр; когда хозяин комнаты взялся за край одеяла и тряхнул его, в крохотном помещении затанцевали ворсинки пыли и закружили мелкие волоски.

– Извини за беспорядок, – Никита нацепил на лицо неловкую улыбку. – Давненько у меня гостей не было.

Он сел на край койки и старательно делал вид, что осматривает комнату. На деле же всё исподтишка косился на Арину. Она сразу это заметила, но не возражала.

С Никитой они тесно общались последние несколько лет, не беря в расчёт последние месяцы. Молодой подмастерье из гаража приглянулся ей в тот самый период ее жизни, который она описала про себя как острую нехватку мужского внимания. И поскольку на «Востоке» ребят её возраста, или хотя бы близких к нему, было раз-два и обчелся, выбирать не приходилось. Да и Никита с его проницательными, серыми глазами и постоянно измазанными в саже лицом отчего-то заставлял её сердце биться чаще. По крайне мере до того, как она слиняла со станции, даже с ним и не попрощавшись. Сейчас же…

Сейчас же ей было трудно разобраться в своих чувствах. Слишком многое успело поменяться за эти десять месяцев.

– Эй, а мне нравится.

– М-м? – Арина вынырнула из размышлений.

– Твоя новая причёска. Круто выглядишь.

Она провела ладонью по волосам, вспоминая, как ещё вроде бы совсем недавно там была лишь приятно щекочущая щетина.

– Спасибо, – пробормотала она едва слышно.

Никита натянуто улыбнулся и приоткрыл рот, наверняка желая поддержать разговор, но слова так и остались при нём.

Забавно, прежде они болтали без умолку, в перерывах между поцелуями. Арина делилась с ним, как мечтает сбежать с «Востока», например в «Мак-Мердо» или «Палмер», как можно дальше от этого треклятого холода. Никита же клялся, что сбежит вместе с ней, и станет первоклассным механиком, а потом возьмёт её в жёны.

Теперь, вспоминая всю эту мечтательную болтовню, Арина мысленно ухмылялась. В конкурсе наивных дурочек она однозначно заняла бы первое место.

Оба они так и не заговорили, неловко шаря взглядом по стенам комнаты.

– О, знакомая вещица… – отозвалась Арина, подойдя к широкому столу. Там в куче беспорядочно разбросанных инструментов – отвёртки, шестигранники, плоскогубцы, – она приметила один из своих полевых наборов для починки ваттбраслетов.

– Что? Какая? – оживившийся Никита подскочил с места. – А, ты про это? Да, я стащил его из твоей мастерской. Ты же не возражаешь?

– Да меня здесь и не было, чтобы возразить.

– Точно, – смущенно улыбнулся он. – Я же их не просто так стащил, хотел попробовать починить свой. – Он закатал толстый рукав свитера, продемонстрировав ваттбраслет. – Но поковырялся немного и понял, что лучше дождаться профессионала…

Они встретились взглядом, щеки Никиты вспыхнули красным, а вот она…

Она не почувствовала ничего.

– Давай сюда. – Арина попыталась нанести удар этой ледяной стене, вставшей между ними, в надежде, что чувства к Никите вспыхнут вновь. Может, им просто нужно побыть вместе подольше? – Посмотрю, что можно сделать.

Он отстегнул кожаные ремешки и протянул ей устройство. Его указательный палец как бы невзначай погладил её запястье. Прежде от подобного касания по её телу пробежала бы щекотливая дрожь, но сейчас…

Снова ничего.

Никита глупо улыбнулся ей, она глупо улыбнулась ему в ответ. Потом поспешила спрятать взгляд в поисках неисправности ваттбраслета.

– Ты, должно быть, всякого успела повидать за это время, а? – с щепоткой воодушевления сказал он. – «Мак-Мердо», другие станции…

– Угу… – промычала она и вынула из чехла отвёртку.

Если бы Арина прямо сейчас оторвала взгляд от ваттбраслета, то увидела бы, как на неё пялится ребяческое лицо, зараженное любопытством.

– Ну и?

– Что «ну и»? – Она открутила заднюю крышку.

Никита запрокинул голову, нервно выдохнул.

– Да блин… какого это? Там, подальше отсюда? – Кивнул на дверь, будто за ней скрывался весь мир, а не тесный коридор. – Океан, к примеру? Ты видела его, да?

– Видела.

Никита чуть подался вперёд.

– Ну и какой он, океан?

Отвёртка в руке Арина замолчала. Взгляд на мгновение обратился на неугомонного собеседника, представшего в её глазах до безобразия любопытным ребёнком, без конца осыпающий родителей десятками вопросов в минуту.

– Не знаю… – Арина повела плечами.

– Ну как не знаешь? Ты же плыла по нему, так?

– Плыла.

– Так расскажи!