Даниил Калинин – Игра не для всех. Вторая Отечественная (страница 7)

– Никак нет, господин полковник. Но я слышал и читал о таком применении пулеметов в бою. С точки зрения логики и уже полученного мной опыта, это более рациональная схема огня – особенно в настоящих условиях.

Немного помолчав, Букретов согласно кивнул головой:

– Вы правы, господин прапорщик… Вижу, что я не ошибся с вашим назначением. Уцелеем – и буду рекомендовать вас на должность начальника пулеметной команды с внеочередным производством в подпоручики… А пока – готовьте к бою ваш окоп. Бекеши… бекеши разрешаю оставить.

– Благодарю вас, ваше высокоблагородие!

Командир сводного батальона уже было развернулся в сторону от нашего гнезда, когда его догнал мой вопрос:

– Господин полковник, а что с орудиями? Не удалось поднять?

Букретов отсутствовал на позициях с цельным взводом Попова, пытаясь затащить пушки наверх. Но что-то не видать мне артиллеристов в ближнем тылу… Николай Андрианович ожидаемо мотнул головой:

– Нет. Но батарею мы развернули – и если придется отступать, то Оленин прикроет наш отход шрапнелью… Скажите еще спасибо, что полковник Соколов придумал свой станок, и ваш «максим» сейчас не весит пятнадцать пудов, как в японскую! А то боюсь, мы бы остались и без пулеметов…

Полковник ушел – а я замер, считая про себя вес станкача на старом станке. Если пуд условно весит шестнадцать килограммов – то получается двести сорок килограммов… По весу – практически пушка!

Н-да, а Соколов-то, выходит – большой молодец, жизнь облегчил сразу нескольким поколениям пулеметчиков…

– Турки! Турки идут!!!

Да твою же ж… Дивизию!

– В окоп, братцы! На снег ложись, головы не поднимай!

Прошло всего десять минут после разборки с подпоручиком Малышевым, как из снежной пелены показались одинокие фигурки неизвестных, а вслед за тем и их заполошный крик. Но это оказались не враги, а пока еще только солдаты пограничной стражи… Две сотни их какое-то время безуспешно обороняли перевал Бардус, но были вынуждены отступить после неравного боя.

Букретов же, узнав о погранцах, тут же связался с ними на предмет усилить ими наш батальон, но, как оказалось, уцелело всего с полсотни уставших, перераненных и замерзших солдат и казаков… Тем не менее те согласились остаться в боевом охранении и предупредить нас при приближении османов.

Вот, собственно, и предупредили…

– Василий, твоя задача – придерживать ленту при стрельбе для того, чтобы не перекрутилась, и вовремя подать новую. Я тебе уже показал, но повторим – ты вставляешь узкий наконечник ленты в приемник справа, дальше я уже сам протяну ее влево… Давай, пробуй, пока по нам еще не стреляют, потом будет уже сложнее!

Когда мы только поднялись на малый перевал, от которого путь идет уже к Бардусу, я успел объяснить задачу и наглядно все показать молодому смышленому городскому парню с живыми карими глазами. Но естественно, он не мог запомнить все сразу – и в настоящий момент, взяв ленту в легко подрагивающие руки, сильно волнуется.

– Слышишь, Василий, если ты будешь так бояться простых действий, то турки добегут до нас быстрее, чем мы начнем стрелять. Успокойся, пожалуйста, тут сложного ничего нет: просто вставь ленту в приемник и протолкни ее до упора… Ну, молодец!

Парень, слушая мой спокойный и чуть насмешливый голос, все-таки справился, а я обратился уже к обоим членам расчета:

– Теперь смотрите дальше – вдруг меня ранят, и тогда самим придется вести огонь? Значит так: я подаю рукоятку – вот она, справа – вперед. После чего продергиваю ленту до отказа влево, вот так… Затем опускаю рукоять и вторично подаю ее вперед. А теперь еще раз – внимание! – продергиваю ленту влево, смотрите! И еще раз опускаю рукоять. Все! Сложно?

Оба солдата синхронно кивают – на что я подбадривающе им улыбнулся:

– Да легкотня это все, по сравнению с тем, как этот пулемет было разработать и собрать. Представляете, какого недюжинного ума должен быть его конструктор?! Мне и подумать-то страшно…

Я вновь посмотрел на детище Хайрема Максима даже с некоторой любовью, попутно заострив внимание на гладком кожухе с крошечным отверстием для заливания воды. На «максимах» образца 1942 года кожух был ребристый, а отверстие-горловина для заливания в него воды очень широким. Так, в него можно было запросто пихать комья снега… Увы, здесь и сейчас такой ход не пройдет, а потому придется подливать воду в кожух из не очень емкой солдатской фляжки. Хорошо хоть, я сразу об этом вспомнил и стряс со штабс-капитана по пяток лишних алюминиевых фляжек на каждый расчет…

– Так… Ну вот зарядили мы пулемет – а вот после что главное? Главное, чтобы он не перегрелся во время стрельбы, а также чтобы ленты с патронами не кончались. Ты, Прохор, старайся воду подливать до того, как кожух парить начнет – и обязательно при каждом затишье. Ну и расстрелянные ленты, понятное дело, тут же набивай! Вроде бы в ней целых двести пятьдесят патронов, но как до стрельбы дойдет, так на несколько длинных очередей и хватит, на минуту боя. А потом, если все кончатся, то пиши пропало – мы ведь на самом передке! Главное – ты, когда патроны в ячейки вставлять будешь, то обязательно вровень с длинными пластинами. И после снарядки обязательно выровняй руками, вот так…

Прохор, крепкий крестьянский сын с какими-то угловатыми чертами лица, отчего он все время выглядит каким-то угрюмым, поспешно кивнул:

– Так точно, ваше благородие!

– Молодец, раз так точно… Ну, а стрелять, братцы, легче легкого, смотрите. Берусь я, значит, обеими руками за ручки затыльника, большим пальцем левой рукой поднимаю предохранитель, а большим пальцем правой нажимаю на спуск… И давлю до упора. Все, пулемет застрочил… Так вот, когда в одного целитесь, бейте короткую очередь, десять-двенадцать патронов. А вот когда толпой прут, заряжайте длинную, не жалея патронов! Да только смотрите, чтобы не под ноги им били и не выше голов… Так, теперь прицеливание объясню…

Я ненадолго замолчал, размышляя, что же сказать. Ибо прицельные приспособления на этом пулемете точно отличаются от тех, к коим я привык в реальности «Великая Отечественная»!

– Ну, вначале мы с помощью патрона проверяем правильность установки пулемета на позиции. Для этого я просто роняю патрон с небольшой высоты на короб, вот так… И если он не скатывается в сторону, то и сваливания нет.

На глазах парней я провел все манипуляции с патроном, которые уже проводил при первоначальной установке нашего «максима» и его выравнивании на «хоботе» и «ногах». В незнакомом мне станке Соколовского эта конструкция заменила более привычную треногу в положении для стрельбы сидя…

– Видите – не скатывается? Значит, заваливания нет… Теперь само прицеливание. Тут, собственно, все как с винтовкой: есть мушка и целик. Мушка – вон она, плоская, на конце кожуха над раструбом ствола. А вот с целиком чуть посложнее будет… Видите у нас две планки, для вертикальной и горизонтальной наводки целика? Хомут справа ослабляем и горизонтальную планку с целиком двигаем по вертикали, вверх или вниз – так мы выбираем то расстояние, что отделяет нас от цели. Ну, сегодня у нас видимость нулевая – метров сто пятьдесят от силы, так что…

– А я слышал, что на «максимах» прицельная метрика в аршинах.

– Н-да?

Я с легким удивлением посмотрел на осмелившегося поправить меня Василия, и тот быстро уточнил:

– Я ведь мастеровым работал. Ну и так, слышал кое-что о пулеметах.

– Угум… Аршин, значит, да? Тогда ослабляем хомут и опускаем горизонтальную планку вниз… Вот если нам нужно сто пятьдесят метров, ты бы куда поставил, Василий?

Мастеровой аж поперхнулся от неожиданности, но тут уже уточнил:

– Ну, если один аршин – это шаг…

– Ага, то есть сантиметров семьдесят. Ну а разность между делениями, значит, шагов сто. Так… Первая риска начинается с цифры «4» – это, очевидно, и есть сто шагов. А нам нужно сто шагов – это ведь семьдесят метров? Значит, еще сто… Поднимаем до цифры «5» и затягиваем хомут.

Е-мое, я аж вспотел, проделывая все эти манипуляции… Хорошо, что в расчет мне достались простые солдаты! А то ведь прапорщики сильно удивились бы тому, что я не могу справиться с простым открытым прицелом – после громких заявлений о имеющемся боевом опыте!

– Все понятно? Ну, Василий, по крайней мере, уяснил. Что же касается наводки по горизонтали, то также на планке хомут ослабляем и сам целик сводим с мушкой. Повторюсь, все как с винтовкой: в центре выбранной вами цели мушка ровно посеред целика должна оказаться и по высоте слиться с ним в одну линию… Сейчас бы немного пристрелять пулемет – так ведь не к чему! Ладно, попробуем, когда турки пойдут…

– Ваше благородие – так вон они, уже идут!

Оказавшийся чуть более глазастым Прохор указал рукой куда-то вперед – и, вглядевшись, я действительно увидел темные силуэты двигающихся в рост людей, только-только показавшихся из-за завьюженной стены снега…

Глава 4

– Стражи погранотряда все прошли?! Пограничники все отступили?!

Мой крик, разнесшийся над позициями, остался гласом вопиющего в пустыни – никто мне не ответил. А значит, показавшиеся из-за снежной пелены люди могут быть как своими, так и врагами… Но если это свои, окоченевшие от холода, преследуемые турками и грезящие спасением на наших позициях, то открывать огонь просто преступно! Даже если…