Перевод с нем. яз. из Магнуса Даниэля Омайса (1636–1708) — филолога, философа, теолога (по недоразумению опубл. как авторский текст Хармса в газ. «Die Zeit». 1991. № 20). Это одно из церковных песнопений, сочинявшихся Омайсом. Положено на музыку И.-С. Бахом. Анализ текста см.: Гроб, Жаккар. 1992. С. 20–40.
342. Wiener Slawistischer Almanach. 1982. Bd. 5.
Немецкий оригинал наст. текста, переписанный рукой Хармса, пронумерован им цифрой I; под номером II им записан другой немецкий текст и его незавершенный перевод:
Нас бремя греха гнет и давит, давит
Но ты мне радость утешенья ниспошли
Что ты ко мне, опять ко мне, опять опять придешь.
Как и предыдущий, публикуемый текст печатался в качестве оригинального немецкоязычного стихотворения Хармса (см. примеч. к 341).
Положено на музыку И.-С. Бахом. Анализ текста см.: Гроб, Жаккар. 1992. С. 38.
343. Собрание произведений. Кн. 1.
Сохранившаяся рукопись «Комедии города Петербурга» представляет собой последовательное сочетание написанных на протяжении 28 февраля — 5 сентября 1927 г. и, вероятно, чуть позже нескольких групп текстов, по-разному озаглавленных Хармсом. Несомненно, что «Комедия…» была известна друзьям Хармса еще до 20 августа 1926 г.: так датировано Н. Заболоцким посвящение Хармсу своего стихотворения «Восстание» («Фрагменты Даниилу Хармсу, автору „Комедии города Петербурга“» — см.: Александров. 1966. С. 191). Тем не менее невозможно утверждать, что перед нами иной текст, а не редакция написанного в 1926 г. При этом следует учесть нюанс приведенного выше посвящения Н. Заболоцкого: слово «фрагменты» в нем, возможно, является намеком на фрагментарность «Комедии…» (притом что стихотворение Н. Заболоцкого является вполне законченным произведением).
О вероятности принципиальной фрагментарности «Комедии…» как ее жанрообразующем признаке см.: Александров. 1966. С. 191; Вишневецкий. 1991. С. 59). Эта версия тем более убедительна, что корреспондирует принципиальной и весьма устойчивой у Хармса концепции времени-истории не как протяженной и последовательно осуществляющейся цепи событий, а наборе случаев, фрагментов, «историй», которые волей автора могут быть собраны в одном времени и месте.
Значительность реалий и мотивов блоковских текстов в «Комедии…» позволяет интерпретировать ее, в частности, как парафраз поэмы «Двенадцать» (см.: Сажин. 1995а. С. 140–146).
брожу ли я у храма (ль) у дворца-ль — ср.: «Брожу ли я вдоль улиц шумных, // Вхожу ль во многолюдный храм…» — Пушкина.
Вертунов — «говорящая» фамилия, ассоциирующаяся с римским богом перемен Вертумном.
нука саблю вынь из ножен — см. примеч. к 61.
Я пришёл к заветной цели ∞ проклятая жизнь — парафраз из двух пьес Чехова: заключительной реплики (и ремарки к ней) Ирины из 2-го действия «Трех сестер» и слов Лопахина из его монолога в «Вишневом саде».
на Морской — с 1918 г. ул. Герцена; через Невский пр. выводит прямо к Зимнему дворцу.
Обернибесов — появится в тексте предположительно в 1934–1936 гг. (см. т. 2).
Раз два — Порр-тугалец — ср. с чебутыкинским «та-ра-ра-бумбия» («Три сестры» Чехова).
пели ирмосы — вступительные стихи церковного песнопения.
В его руках виднелась книга // Он пальцем заложил страницу — см. примеч. к 70; так принято изображать ап. Павла.
Крюгер — см. примеч. к 66.
Поставьте Самовар; ручеек из самовара; проплывает мимо горницы тапор // а за ним Иван Иваныч Самовар — см. т. 2 и 3.
А я подумал: это чудо — важный нюанс для понимания концепции чуда у Хармса: Обернибесова просят о чуде, и он отвечает на просьбу, чем в конце концов и подтверждает свою бесовскую сущность (см. т. 2).
Баня грязна — см. 249.
Ты помнишь Петю Пирогова? — гоголевская фамилия, которую Хармс еще использует для наименования мужских и женского персонажей (см. т. 2 и 3).
344. Избранное. Автограф неизвестен. Печ. по: Stanford Slavic Studies. 1987. Vol. I, где воспроизводится по авторизованной машинописи из собр. Н. Харджиева (там же: режиссерский вариант).
К сожалению, названная публикация изобилует опечатками, пропусками фрагментов текста и намеренными искажениями (исправлениями «бессмысленных» мест). В ближайшее время будет подготовлено новое издание пьесы на основании недавно обнаруженного авторитетного ее списка.
Пьеса была написана специально для вечера ОБЭРИУ «Два левых часа» и поставлена на сцене Дома печати 24 января 1928 г.
Иван Иванович — см. примеч. к 1. На гоголевские ассоциации прямо указывают помета «Бобчинский» в сценическом варианте, парность персонажей и цитаты из «Ревизора».
Вы незабудка — олицетворяет верность.
А Вы тюльпан — см. примеч. к 73 и 108.
Вот вспыхнуло утро — начало популярного в предреволюционные годы романса на стихи Е. А. Буланиной «Под впечатлением „Чайки“ Чехова».
под фарлушкой — И. Бахтерев вспоминал о том, что слово придумано им для обозначения предмета, не имеющего какого-либо специализированного значения (Бахтерев. 1984. С. 91).
Покупая птицу ∞ это не птица — реминисценция из басни гр. А. Хвостова «Два голубя».
Прибежали два плотника — можно соотнести с эротическими коннотациями столяров и лесорубов у Хармса (см. примеч. к 1).
Сраженье двух богатырей — А. Александров соотнес с поединком Смеха и Горя в «Зангези» В. Хлебникова.
После сражения следует текст, напоминающий пародийное переложение «Гамлета» Шекспира.
345. Собрание произведений. Кн. 2.
Первоначально Хармс, вероятно, предполагал пополнить текст: на отдельном листе с датой «Ночь с 19–20 декабря 1930 года» — он записал следующий текст (имеет, в свою очередь, многочисленную правку):
Гвидон Когда дубов зелёный лист
среди росы
когда в ушах мы слышем свист
кривой косы
когда земля трещит в длинну
и пополам
тогда мы смотрим на луну
и страшно нам
но лишь в ответ ударит в пень
стальной топор
умчится ночь настанет день
и грянет хор
тогда во мне открыв глаза
проснётся вновь
волна морей небес гроза
моя любовь
Настоятель грусти полны ваши неги
синих морок и луны
это к буквам абевеги
мчатся ваши каплуны
это сделав дикий крик
мчится разум осмелев
нашей мысли материк
сокол духа тела лев
так любовь из тела недр 
