беги мгновенно мышкой
к фонарному столбу
покорно и с терпением
зелёный жди сигнал
борясь в груди с биением
где кровь бежит в канал
от сердца расходящийся
не в виде тех кусков
в музее находящихся
а в виде волосков
и сердца трепетание
удачно поборов
пустись опять в скитание
покуда ты здоров
220. «Вошла Елизавета…»
Вошла Елизавета
в большой, прекрасный дом
центрального Совета.
Вошла с открытым ртом.
221. О водяных кругах
Ноль плавал по воде
мы говорили это круг
должно быть кто то бросил в воду камень.
Здесь Петька Прохоров гулял
вот след его сапог с подковками.
Он создал этот круг
Давайте нам скорей картон и краски
мы зарисуем Петькино творенье.
И будет Прохоров звучать как Пушкин.
И много лет спустя
подумают потомки:
«Был Прохоров когда то,
должно быть славный был художник»
И будут детям назидать:
«Бросайте дети в воду камни.
Рождает камень круг,
а круг рождает мысль.
А мысль вызванная кругом,
зовёт из мрака к свету ноль».
222. «На коня вскочил и в стремя…»
На коня вскочил и в стремя
ногу твердую вонзил
Пётр Келлер. В это время
сверху дождик моросил.
С глазом шорою прикрытым
в нетерпеньи конь плясал
и подкованным копытом
дом и площадь потрясал.
На крыльце Мария с внуком
тихо плакали в платок
и сердца их громким стуком
отражались в потолок.
223. Подруга
На лице твоём подруга,
два точильщика жука
начертили сто два круга,
цифру семь и букву Ка.
Над тобой проходят годы,
хладный рот позеленел,
Лопнул глаз от злой пагоды,
в ноздрях ветер зазвенел.
Что в душе твоей творится
я не знаю. Только вдруг
может с треском раствориться
дум твоих большой сундук. 
