Даниил Галкин – П.Д.Г. (страница 10)

– Ну, технически мы корабль всё таки угнали, а не выиграли… но да, помню.

Она приблизилась, заставляя капитана отступить к креслу:

– Я тоже хочу выбирать песни.

– Оу… И всё? Хорошо. Тогда следующая – твоя.

Девушка улыбнулась и уже уходя, вдруг на пороге замерла:

– Сенд… Если тебе всё ещё интересно… У меня нет хвоста.

На том они и распрощались. Тезара отправилась в выделенную ей комнату, и Сенд уже было собирался поступить так же, оставив за штурвалом своего помощника, как вдруг заметил мигающее красным уведомление о тревожном состоянии корабля.

Don’t Pay The Ferryman – Chris De Burgh

– Так, погоди. Главное – не поднимать шум. Чем там заняты гости? – Сенд опёрся на пульт управления, пытаясь разобраться в схеме корабля.

– Девушка находится в каюте, ранее принадлежавшей Амии, её защитник – в соседней. Хотите, чтобы я экстренно разорвал связь в топливном трубопроводе и отправил сигнал о помощи?

Капитан придвинул экран поближе и постучал по изображенной схеме «Амадеуса», в нижней части которой наблюдалась небольшая пробоина:

– Перекрой там давление и поток, оставь подачу энергии только на жизнеобеспечивающие режимы. Я сам со всем разберусь.

– Хорошо. Инструменты мобильного ремонта находятся на складе, если, конечно, их кто-то пополнял.

Человек прикинул в голове шансы того, что за время простоя «Амадеуса» из него не вынесли самое необходимое, и молча выругался.

– Ладно, глянем.

Он, напрасно стараясь не шуметь, ведь звездолёт имел отличное шумоподавление между стен, прошёл через большую комнату и свернул на склад. Спустившись вниз, где в основном пустовали незаполненные отсеки, он подошёл к шкафчику с ремонтными принадлежностями. Баллон со стойкой пеной, мобильный перераспределитель электричества, универсальный измеритель и ещё море всего Сенд очень хотел бы там увидеть, но реальность была жестока. Вместо дорогих, высококлассных и, что самое главное, – необходимых сейчас инструментов, он получил лишь допотопные предметы вроде синей изоленты и железного молотка.

– Зашибись денёк, – вздохнул Безбашенный и услышал чей-то кашель позади.

– Что ты делаешь? – спросил строгим, холодным тоном Нош-Хаот.

– Эм… – человек почесал затылок. – Странный вопрос для капитана корабля, на котором мы летим, не правда ли?

– Справедливо, – зариец кивнул, но повторил вопрос. – Так зачем ты сюда спустился?

Наёмник вдруг сообразил, что его собеседник встал так, чтобы оказаться между ним и закрытой дверью к Тезаре. Неужели воин защищает её даже сейчас?

– Я проверяю… всякое. А ты о чём подумал?

Из наушника обратился помощник:

– Капитан, есть хорошая и плохая новость.

– Начни со второй, – Сенд быстро похватал имеющиеся инструменты и помахал мужчине.

– Токсичные выделения вот-вот начнут просачиваться внутрь «Амадеуса». Из-за перекрытого пути в топливной магистрали скапливается слишком много вредоносного изотопного вещества от Т-6. Я временно остановил распространение, экстренно пустив криогель следом, но это вызвало непредсказуемую заморозку некоторых механизмов корабля.

– Предлагаешь мне захватить с собой микроволновку? Какая хоть хорошая новость?

– О, их целых две. Во-первых, мы знаем о накапливающихся неисправностях, а во-вторых, ваш день становится всё насыщенней на события.

Цепляя защитный жетон у выхода с корабля, Сенд посмеялся:

– Ладно, понижать до ответственного за холодильник пока не буду. Кислородный барьер включён?

– На месте.

– Отлично.

Сенд уже был готов открыть двери и выйти в космос, но его опять одёрнули:

– Когда ты лжёшь ради себя – это эгоизм, но когда ты делаешь это ради других – уже идиотизм. По какой причине врёшь ты, Безбашенный? – Нош-Хаот вновь оказался за спиной, сложив руки на груди.

– Ты что, преследуешь меня? Я просто иду прогуляться, не волнуйся, вернусь до заката.

– Ты думаешь, что я тебя недолюбливаю, – мужчина подошёл ближе и положил руку тому на плечо. – Это так. Большинство и вправду заслуживают подобного отношения. Но сейчас мы одна команда. И если начать распространять яд из лжи, будет отравлен весь состав.

«Вот это ты сейчас очень в тему», – мысленно прокомментировал парень.

– Отлично сказано. А теперь я, пожалуй, вернусь к своим делам, а ты – к своим, – прицепившись к тросу, он открыл двери и вышел за пределы кислородного барьера.

Ему вслед смотрел зариец, подойдя вплотную к границе безопасной атмосферной оболочки. Двери закрылись, и магнитная обувь притянула Сенда к поверхности.

– Где прореха?

– Ищите под правым крылом, в продолговатом углублении корпуса. Трещина идёт от топливного отсека. Вам бы пригодилась полная химзащита.

– Как всегда вовремя.

Звездолёт застыл на месте. Ради сохранности экипажа и всего корабля лететь сейчас было опасно. Несмотря на крайнюю эффективность современного топлива Т-6, оно также было и крайне небезопасным. Если не хранить его в специально защищённом баке, оно заполонит всё едким и взрывоопасным испарением, выводящим из строя поочерёдно все бортовые системы транспорта.

Проходя по «Амадеусу», капитан заметил поблёскивающие линии, тянущиеся от повреждённой части. Те самые испарения уже проступали и были видны даже в вакууме. Под крылом была небольшая пробоина, внутри которой виднелись механизмы звездолёта. Перегоняющую жидкость трубу сильно помяло, рядом с ней искрили разорванные провода, тянувшиеся к сгоревшему предохранителю, и всё это Чувак пытался тщетно остановить криогелем.

– Вижу проблему. Попробую чем-нибудь восстановить её целостность.

Провода, словно механические змеи, заискрились на приблизившиеся пальцы и защекотали током голую кожу. Сенд сжал зубы и обмотал их изолентой. С самым лёгким он быстро закончил, но у него не было подходящих инструментов, чтобы заделать повреждённую трубу. Нужно было что-то придумать.

– Чувак, у нас есть резервный трубопровод?

– Есть подходящий в техническом отсеке, но он задействован в циркуляции мощности двигателей.

– Ещё варианты?

– На борту есть давно сломанная пушка. У неё должен быть лист из горячей стали. С помощью этого компонента можно попробовать вернуть функционал трубы, используя как заплатку.

Сенд расставил ноги пошире и замахнулся молотком. Прежде чем закрывать поломку, её нужно было выровнять. Внутри корпуса корабля стал расходиться стук работы недоинженера.

– Ладно… а что… насчёт сгоревшей платы? – спросил он между ударами о топливную магистраль.

– Она отвечала за автоматическое распределение топлива, я могу выделить ресурсы на временную компенсацию её функции.

Закончив, нужно было вернуться обратно на борт, где его, разумеется, уже дожидался Нош-Хаот.

– Не сейчас.

Только Безбашенный отмахнулся от него, как на секунду гравитация на «Амадеусе» отключилась и тут же вернулась обратно. Наёмника подкосило, и воин придержал его.

– Говори, что происходит, – не отпуская за шиворот, потребовал он.

Сенд выкрутился из захвата и встал напротив:

– Авария у нас. И нет у меня времени на твои упрёки.

Он поспешил на склад, а воин последовал за ним.

– Зачем ты ходишь за мной?

– Потому что так поступает команда, Безбашенный. Что я могу сделать?

– Что, серьёзно? Хочешь помочь? В общем, у нас прорвало топливную магистраль, нужно разобрать один хлам, чтобы получить другой хлам и починить им третий хлам.

Они спустились на нижний этаж в поисках старого бортового орудия.

В один момент свет вдруг замерцал, а гравитация вновь пропала, но всё быстро восстановилось.