Даниил Баюшев – Сначала Было (страница 10)

Яра смеялась. Тихим, сорванным, почти беззвучным смехом, от которого она схватилась за живот и села рядом с ним, качая головой.

Она на секунду замерла, потом её губы дрогнули – не в улыбке, в чём-то вроде гримасы. Она отбросила тряпку. Посмотрела на него. В её глазах плавала буря – остатки адреналина, страх, ярость, и что-то ещё, неуловимое.

И тогда она действовала. Не спрашивая. Не объясняя. Её пальцы вцепились в ворот его рубахи и рванули на себя. Ткань, и без того потрёпанная, сдалась с сухим треском. Он оказался перед ней по пояс голым, его мускулистая грудь, живот, шрамы – всё было обнажено в холодном ночном воздухе.

Лёша ахнул от неожиданности, но не сопротивлялся. Он смотрел на неё, на её разгорячённое, решительное лицо.

– Система, – прошипела она, – пытается сделать из нас абстракцию. Больной код. Нестабильные данные. – Её руки легли на его плечи, пальцы впились в мышцы. – Я ненавижу абстракции. Ты сейчас… ты реальный. Ты тёплый. Ты истекал чёрной дрянью, но твоё сердце бьётся. Вот здесь. – Она прижала ладонь к его груди, прямо над сердцем.

Её прикосновение было огнём. Не метафорой. Он чувствовал, как по его коже бегут мурашки, как сжимаются мышцы живота, как кровь, настоящая, алая, а не чернильная, приливает к лицу и ниже.

– И я реальная, – сказала она уже тише, и её пальцы скользнули вниз, по его рёбрам, к прессу, исследуя шрамы, выпуклости мышц, как бы составляя тактильную карту его физического существа. – Не документ. Не диагноз. Плоть. Кости. Ярость.

Это не было любовью. Это было отчаянным, грубым утверждением жизни перед лицом машины, стремившейся всё оцифровать и стереть. Это был бунт кожи против бумаги, тепла против холодных алгоритмов.

Он ответил ей тем же. Его руки, ещё дрожащие от слабости, поднялись и схватили её за бока, чувствуя под тонкой тканью халата тонкую талию, рёбра, изгибы её тела. Он потянул её к себе. Их лбы соприкоснулись. Дыхание сплелось – прерывистое, горячее.

Она не закрыла глаза. И он – нет. Они смотрели друг другу в лицо, в самый центр бури в аквамариновых глазах, в серую глубину его собственных. И в этом взгляде было больше обнажения, чем в сброшенной одежде.

Потом её губы нашли его. Поцелуй был не мягким. Он был битвой. Столкновением зубов, языков, вкусов – горечи чернил, соли, чистого, животного страха и такой же животной жажды жизни. Он заставил забыть о слабости, о боли, о гончих, о всей чудовищной реальности снаружи. На несколько мгновений реальностью стало только это: тепло двух тел, биение двух сердец, яростное, немое заявление: «мы – здесь, мы – живые».

Когда они оторвались, чтобы перевести дух, их тела всё ещё были сплетены. Дрожали уже не от страха, а от иного, мощного напряжения.

– Завтра, – прошептала Яра, её губы были влажными и припухшими, – мы пойдём в ад.

– Завтра, – согласился Лёша, чувствуя, как слабость отступает, сменяясь новой, стальной решимостью, выкованной в этом огне.

Они так и уснули, не разделяясь, у чёрной воды, дав своим израненным душам то, в чём они отчаянно нуждались – не иллюзию безопасности, а подтверждение собственной живой, непокорной плоти.

Яд плясал в его жилах чёрными искрами. Сон был не отдыхом, а погружением на дно самого себя, туда, где отломились и затонули все его «должен».

Он стоял в архиве. Но архив был другим. Стеллажи из гниющей бумаги уходили вверх, в чёрное небо, усыпанное мёртвыми, белыми точками – не звёздами, а печатями «ИСПОЛНЕНО». Пыль падала мертвым снегом. И посреди этого – луч света, и в нём Лина.

Она не смотрела на него. Она смотрела сквозь него, будто он был окном в какое-то иное место. Её губы шевелились, но вместо слов из них сыпались хрупкие, прозрачные осколки – осколки яблочной кожуры, пахнущие летом и свободой. Они таяли, не долетев до пола.

Он хотел крикнуть ей имя, но его голос был беззвучен. Вместо звука из его рта потянулась чёрная, как чернила, струйка дыма. Дым складывался в буквы устава. Лина взглянула на эти буквы, и в её янтарных глазах не было ни упрёка, ни грусти. Было понимание. Как будто она видела не его, а ту силу, что его скрутила. Она протянула руку – не к нему, а к этим дымным словам. Коснулась. И слова рассыпались в прах.

Тогда он почувствовал прикосновение. Не её рук – прикосновение памяти. Точнее, память о прикосновении. Тепло её ладоней на его спине, где под кожей был зашит весь его гнев, узлом. Шелест её платья, похожий на звук рвущейся паутины. Её рот, учивший его не целовать, а дышать заново. В тот миг архив, весь этот мавзолей слов, рассыпался. Осталось только тепло и этот яблочный запах – запах иной, невозможной жизни, которая была уже контрабандой.

«Ты будешь их Мечом, – проговорил её голос, но губы не двигались. Звук шёл отовсюду. – Но чьим Мечом, Лёх?»

Картина поплыла, как чернила в воде. Лина не исчезла – она отдалилась, стала частью пейзажа, силуэтом за мутным стеклом. И это не было потерей. Это было… сдвигом перспективы. Как убирают первую, учебную карту, чтобы увидеть настоящую местность.

И тут он заметил их.

На плече у Лины, свернувшись клубочком, спало крошечное существо из света и воздуха. Дрейк. Полупрозрачный, с кожей, переливающейся, как мыльный пузырь. Он излучал тихий, тёплый свет, похожий на свет старой лампы. Вокруг – в складках её платья, на полках архива – копошились другие. Мерцающие, как роса. Они не принадлежали миру Яви. Они были живыми следами. Следами чувства, которое произошло, оставив после себя не запись в протоколе, а эту хрупкую, светящуюся жизнь.

Он понял, не думая: они всегда здесь. Там, где случилось настоящее. Их никто не видит, потому что не смотрит туда. Они – вехи на невидимой карте.

И тогда из-за спины Лины, сквозь неё, словно сквозь дымку, вышла Яра.

Не та, что спала рядом с ним у реки. А её суть. Её образ был соткан из другого вещества: не из пыли и света, а из запаха гари, напряжения мышц, хриплого шёпота «Держись». Её глаза не улыбались. Они смотрели. Видели его всего – и ту чёрную кровь из носа, и страх, и ярость. И в этом взгляде не было утешения. Было признание. «Да, ты такой. И я тоже. И мы здесь».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.