Даниэлла Ник – Измена. Ты заплатишь за все (страница 9)
С этими словами он покидают спальню, оставляя меня в полнейшем состоянии шока. Когда мы только поженились, купили квартиру в ипотеку. Небольшую студию, довольно быстро выплатили кредит, а затем, Андрей и начал свое восхождение. Какое-то время поработал на монтаже в подобной фирме, присмотрелся, уточнил нюансы и решил открыть свое дело. Самое интересное, на тот момент, ни один банк не дал ему займ, тогда я оформила на себя миллион. В то время это была довольно крупная сумма, и я очень боялась, что мы не сможем ее выплатить. Но все получилось. Благодаря подвязкам его отца в Роспотребнадзоре, Благову удалось взять жирный заказ на проведение воздуховодов и вентиляции в строящемся детском саду, затем на фудкорте в торговом центре, и понеслась. Были найдены сметчики, инженеры, координаторы, проектировщики. Я так им гордилась!
Со временем, квартиру мы поменяли, расширились, родили Милу. Андрей подарил мне автомобиль, на котором я езжу до сих пор. Это БМВ Х3, белого цвета. Она не новая, но я была счастлива. Да что уж, я и сейчас кайфую от нее.
Для того, чтобы платить меньше налогов, Андрей использовал различные схемы. И все расходы прятал в ООО. Именно поэтому, все, что у нас есть, числится на балансе фирмы. Раньше я совершенно об этом не задумывалась, потому что не видела в этом ничего страшного. Мы же семья. А вот сейчас моя недальновидность сыграла со мной злую шутку.
Вообще, Андрея нельзя назвать жадным. Нет. Он просто любит считать деньги и терпеть не любит проигрывать. Я в общих чертах знаю, сколько он зарабатывает. Раз в месяц он стабильно переводит мне двести тысяч на жизнь, и больше я у него ничего не прошу. Не считая, процедуры ЭКО. Вообще, у бизнесменов редко просто лежат деньги на счетах. Как правило, они постоянно вложены в новые проекты, и работают. Поэтому, я даже примерно не представляю, на какую сумму алиментов мне рассчитывать.
Глава 13. Ирина
Разумеется, в ночь с ребенком на руках, я никуда не ухожу. Дожидаюсь утра. Прокручиваю в голове произошедшее, и периодически плачу. Андрей ко мне не приходит, чему я очень рада. Поспав, в общей сложности, часа три, поднимаюсь в пять утра, принимаю душ и делаю зарядку, пытаясь обрести внутреннюю гармонию. Удивительно, как в жизни все закономерно и своевременно. Именно сейчас я понимаю, как это замечательно, что мои яйцеклетки не оплодотворились, и мне не произвели перенос эмбриона. Наверное, окажись сейчас беременной от предателя, я бы сошла с ума от горя.
Закончив растяжку, убираю гимнастический коврик, достаю блокнот с ручкой и начинаю прикидывать нашу с Милой жизнь на зарплату сотрудника полиции.
Собственной квартиры у меня нет, к родителям жить на постоянку, разумеется, я не поеду. Они не так давно выдохнули, когда мой двадцативосьмилетний брат Митя, наконец, от них съехал. Изначально, в двухкомнатной мы жили впятером. Помимо брата, у меня есть еще сестра Снежана, мы погодки, но совершенно не близки. Она живет в Питере, и очень высокомерно к нам относится. Причем, я искренне не понимаю почему. У нее нет семьи, детей, но каждый раз она любит давать советы по воспитанию Милы и о том, как мне необходимо правильно вести себя с собственным мужем. Я всегда вежливо улыбаюсь и киваю, чтобы не обидеть ее.
И так, на съем квартиры уйдет примерно треть моей заработной платы, из обязательных платежей у меня есть кредитка, и, пожалуй, все. Два раза в месяц маникюр и педикюр, лазерная эпиляция и косметолог. В следующем году Мила пойдет в школу, а детский сад пока не требует больших вложений. В целом, не так все страшно, как я думала. С питанием проблем не будет, на двоих нам будет нужно не так много.
Если Андрей заберет машину, придется пользоваться такси или общественным транспортом какое-то время. Прорвемся!
Заглянув к дочке, глажу ее вьющиеся волосы и беззвучно плачу. Мила так любит свою комнату, мы с ней вместе выбирали обои, мебель. Ну ничего, привыкнет к новому месту.
Андрей храпит на диване в гостиной, и совершенно не переживает насчет нашего скандала накануне, уверенный в том, что я никуда не денусь.
Сварив кофе, беру с собой чашку и возвращаюсь в спальню. По-хорошему, надо бы позвонить маме или Наташе, чтобы все обсудить, но в выходной день я не буду их так рано беспокоить. И еще, мне нужен юрист. В вопросах раздела имущества я совершенно не подкована.
Открываю Авито, чтобы присмотреть для нас с дочкой квартиру для съема в этом районе, и волосы дыбом встают. Либо цены космос, либо обстановка треш. Выпив бодрящего напитка, решаю не пороть горячку. В конце концов, Андрей нас не выгоняет, и, думаю, вполне можно с ним договориться пожить до тех пор, пока я не подберу подходящее жилье. Возможно, помогут родители на первых порах.
Как бы то ни было, участвовать в фарсе под названием «Счастливая семья» я не собираюсь. Захожу в ванную, и плотно прикрываю за собой дверь. Снимаю халатик и, обнаженная, рассматриваю себя в большое зеркало. Тонкая талия, округлые бедра, уверенная стоячая грудь третьего размера. Ноги можно бы и постройнее, но, в целом, все гармонично. Лицо, несмотря на то что я вчера плакала, мне тоже радует. Кожа матовая, ровная. Не так давно я заколола себе лоб и он разгладился как по волшебству. Улыбаюсь своему отражению, понимая, что обязательно буду счастливой. Благову не сломить меня. Пусть дальше трахает свою секретаршу, а я пойду другой дорогой.
Надев на себя халат, выхожу в спальню и обнаруживаю сидящего на кровати Андрея. В руках держит стакан с вискарем и вызывающе на меня смотрит.
– Доброе утро! – сквозь зубы здороваюсь. И зачем меня родители воспитали такой вежливой?
– Доброе! – он прокатывается взглядом, как катком по моей фигуре, задерживаясь на обнаженных ногах, и облизывается. – Сочная ты у меня какая, Иринка.
Я фыркаю, и пытаюсь пройти мимо в комнату дочери. Бухать с утра – последнее дело.
– Иди ко мне! – рычит муж, хватая за руку и привлекая к себе. Тянет мою ладонь к своему паху и тяжело дышит. – Смотри, что ты со мной делаешь, ведьма зеленоглазая. Я всю ночь только о тебе и думал.
– Валерии позвони! – выплевываю я, делая, наконец то, о чем еще вчера мечтала. Со всей дури залепляю пощечину.
– Дура! – рявкает Благов, отстраняясь. – От такого секса отказываешься, глупая. Сама ведь толкаешь меня в объятия другой женщины.
– Ой! – делаю бровки домиком. – Какая жалость. Не уходи, пожалуйста. Хочешь отсосу?
На секунду в голубых глазах мелькает огонек похоти, но, наконец, до него доходит, что я над ним издеваюсь.
– Давай поговорим, Ира! – он делает глоток янтарной жидкости и внимательно смотрит на меня. Такой близкий и такой далекий одновременно. Удивительно, как за один вечер меняется отношение к человеку, с кем ты мечтала встретить старость. Уму непостижимо!
– Без этого никак? – киваю на стакан в сильных пальцах.
– Никак. Ты что-то против имеешь?
– Я? Нет. Хочешь пить – пей. Твое право.
– Я обидел тебя, прости. Много гадостей наговорил вчера, ты этого не заслуживаешь.
Я опять превращаюсь в тряпку, потому что слезы самопроизвольно текут из глаз горячими струйками. Вот же он, мой муж, с которым мы столько всего пережили. Признавались друг другу в любви, вместе ели пюре быстрого приготовления и селедку, сидя на полу маленькой квартиры. Бедные и счастливые. А что же сейчас с нами стало? Господи!
– Я благодарен тебе за все, Ирина. За нашу прекрасную дочь, за то, что ты всегда была рядом. Я не хочу вас терять. И разводится тоже не хочу.
Я молчу, поскуливая. Нахожусь в прострации, ничего не чувствую. Словно это все происходит не со мной. Вообще, наверное, это моя психика меня бережет, чтобы не случился нервный срыв или типа того. Когда из-под ног у тебя уходит почва, сложно оставаться в адеквате. Благов говорит и говорит, убеждая меня в том, что ничего страшного не произошло. Но отчего мне кажется, что он в этом убеждает себя в первую очередь?
– Андрей, я все равно подаю на развод. Можешь говорить и внушать мне все, что угодно. Я не буду твоей женой. Ты меня предал, растоптал мою душу, мою любовь, жизнь. Какое право ты имел так поступить вообще? – наконец, прерываю его монолог.
Он затыкается и, выпучив глаза, пялится на меня. Не ожидал.
– Я не дам тебе развод, Ирина! – наконец, выговаривает он, отчего я начинаю смеяться сквозь слезы.
– Ты максимум можешь отсрочить этот момент, не более того. Рано или поздно, нас все равно разведут.
– Ирина, – отставляет Андрей стакан, и подходит ко мне. Прижимает к стене, обдавая парами алкоголя, и берет пальцами за подбородок. – Все хорошо будет. Мы забудем все, как страшный сон. Я горы для вас сверну, только прости.
– Нет!
– Тебе ничего не достанется. Даже и не мечтай! Все имущество – это имущество организации, – рычит он. – Максимум, на что можешь рассчитывать – это на половину уставного капитала. Пять тысяч рублей, дура!
Меня буквально колотит от омерзения, кожу словно кислотой разъедает от его прикосновений, а дышать совершенно нечем. Все вокруг отравлено ложью и предательством. Одно я знаю точно. Я не заслужила такого отношения. Да, я не всегда была идеальной хозяйкой. Могла забить на уборку или не готовить ужин, заказав пиццу или роллы. Но это ведь не главное, правда?