Даниэлла Ник – Белочка для авторитета (страница 10)

Я отрицательно качаю головой, а она сердится. Показывает мне жестами, чтобы я пила, иначе меня застрелят. Я громко стону в потолок и делаю глоток, а потом еще, и еще.

Настроение резко приподнимается, а тревожность отходит на второй план. Наоборот, я в предвкушении того, что меня ожидает. Накидываю на себя шубку и усаживаюсь на край кровати. Ощущения странные. Мне ужасно хочется танцевать и веселиться. Краешком сознания начинаю догадываться, что мне явно что-то подмешали в стакан и уже было собираюсь доплестись до унитаза, чтобы вызвать рвоту, как меня забирает Рудольф.

– Ох, ни хрена из тебя соску сделали! – присвистывает он, прокатываясь взглядом по моему образу. – Погнали.

– Нравлюсь? – непроизвольно произносит мой язык, а затем я начинаю томно смеяться. Что это за смех вообще? У меня никогда такого не было. Он какой-то … вызывающий, что ли?

Рудик удивленно на меня посматривает, и прихватив за локоть, тянет за собой.

– Не вздумай бежать, Белка! Застрелю!

– Ты чего? – снова смеюсь как дура. – На этих копытах? Да я иду еле-еле.

Передвигаться мне и вправду сложно, но, поддерживаемая мужчиной, я волшебным образом ковыляю к выходу. Ноябрь стоит в самом разгаре. Морозный воздух мгновенно проникает по короткое платье, отчего я слегка ежусь. Надеюсь на то, что мой разум прояснится на свежем воздухе, но не тут-то было.

Меня усаживают в тонированный автомобиль и надевают повязку на глаза.

– Руки давай, – слышу приказ. – Браслеты надену.

Ощущаю касание чего-то мягкого к своим кистям, а затем звук звякающего металла.

– Наручники? – спрашиваю с придыханием. Меня с головой накрывает возбуждение. Вообще, я несколько раз смотрела порно, чтобы примерно понимать, что меня ждет во взрослой жизни. На одном из видео девушку пристегивали наручниками к кровати, а затем трахали. Она стонала и визжала о удовольствия, и мне сейчас хочется того же. Это одновременно страшит и будоражит. – К чему вы меня пристегнете?

– Ну ты и шлюха, Белка! – ржет Рудик. – Говорил же, клейма ставить негде. У Лиса чуйка на таких баб. На все готовых ради денег.

Слышу звук закрывающейся двери, рев мотора, а затем мы плавно трогаемся с места. В салоне играет музыка, и я начинаю двигаться в такт. Извиваюсь как змея, меня это ужасно заводит.

– Осади, пантера! – рычит водитель, и резко выключает радио. – Покажешь свои навыки чуть позже.

Я обиженно плюхаюсь на место, и дальше мы едем в полной тишине. Клуб оказывается недалеко, потому что совсем скоро машина останавливается, меня снова тащат за собой, по теплому воздуху понимаю, что мы вошли в какое-то помещение. В нос проникает запах коньяка и дорогого парфюма. На всю жизнь запомню эту ядерную смесь.

– Куда ты меня тащишь? – спрашиваю Рудольфа, перебирая за ним ногами.

– У тебя выход через десять минут, – отвечает он. – Еще в порядок надо привести.

Наконец, мы поднимаемся по каким-то ступенькам, и с меня снимают повязку. Я осматриваюсь по сторонам и понимаю, что мы находимся на какой-то сцене. Посередине стоит золотая клетка и мягкий диванчик, обитый красным бархатом. Такая пошлятина, но мне это безумно нравится.

– В туалет хочешь?

– Нет! – хихикаю. – Пить хочу.

– Шампанское будешь?

– Конечно, милый!

Что я несу вообще?

– Эй! – кричит Рудик какой-то девицу в белой рубашке и черных брюках. – Шампусика плесни нашей Белке.

Девушка кивает, и спустя мгновение материализуется рядом со мной. Я беру у нее бокал на высокой ножке, в котором плещется игристое и жадно пью. Ледяное, вкусное, божественное.

– Ну-ну! – предупредительно рычит Рудольф. – Не налегай. Иди!

– Куда?

– В клетку, Белочка! Господа уже заждались!

Я послушно киваю и, покачиваясь, шагаю к странной конструкции. Усаживаюсь на мягкий диванчик, и соблазнительно закидываю ногу на ногу. Рудольф довольно крякает, пожирая меня взглядом, а затем закрывает дверцу на ключик и отдает той же девушке.

– Эй! – кричу я. – Я тут надолго?

– Не! – хохочет он. – Такую соску быстро купят! Будь умничкой.

Скрывается из моего поля зрения, и в этот момент тяжелые бордовые портьеры раздвигаются. Громко звучит торжественная музыка и ярко светят софиты. Я чуть прищуриваюсь, пытаясь разглядеть, что там в темном зале. Здравый смысл кричит, что мне конец. А измененное сознание убеждает в обратном. Все будет хорошо. Мне понравится. Я ведь такая красивая и молодая. Со мной не может случиться ничего страшного.

За столами в деловых костюмах сидят мужчины. Много мужчин. Разных возрастов и комплекций. Курят, пьют и с вожделением смотрят на меня. Сегодня они здесь собрались ради дорогого подарка. Им всем нужна Белочка.

Глава 15. Полина

– Добрый вечер, уважаемые господа! – дождавшись окончания раскатистого звука фанфар, громогласно приветствует сидящих в зале ведущий.

Им оказывается забавный толстячок с хвостиком на затылке. Этакий, колобочек на ножках. Я с любопытством изучаю его костюм, который он, по-видимому, стащил у Киркорова. Пиджак блестит и переливается, удивительным образом делая конферансье похожим на диско-шар. Не удерживаюсь от этого сравнения, и начинаю смеяться.

– Я безумно благодарен, что такая уважаемая публика почтила нас своим присутствием. А повод-то у нас с вами, надо сказать, весомый! Вы все меня прекрасно знаете, но, если в зале новички, я представлюсь. Меня зовут Жан, и в этот вечер я буду вместе с вами!

Жан пережидает некоторое время, пока присутствующие одаривают его аплодисментами. Замечаю, как по залу передвигаются абсолютно голые официантки в передниках, которые совершенно ничего не прикрывают. Некоторые мужчины ту же лапают их, а девушки призывно смеются. Удивительно, но мне не противно это наблюдать. Скорее, наоборот. Я чувствую причастность к ним, и я даже слегка горжусь, что ради меня выкроили время такие уважаемые господа. Голова немного кружится, во рту пересохло, и я допиваю до дна свой напиток.

– Сегодня мы собрались ради этого прекрасного лота! – простирает толстячок в мою сторону пухлую ладошку. – Поднимись, наша красавица! Ну же!

Я с готовностью поднимаюсь на ноги и жду дальнейшего указания. Меня слегка потряхивает от нервов и возбуждения. На меня направлен яркий прожектор, а сверху сыпется конфетти и какие-то блестящие полоски фольги. Прям, не Полина, а девушка-праздник.

– Вашему вниманию предлагается лот по имени Белочка!

Из зала слышится свист и одобрительные окрики, а затем снова аплодисменты. Надо же! Они в восторге!

– Покружись, милая! – командует Жан, и я, как послушная собачка тут же кружусь на месте. – О, Вы только посмотрите! Какая шикарная фигура, какая грация, изгибы! Ммм! Белочке едва исполнилось восемнадцать, она чиста и невинна как утренняя роза. Абсолютно не искушена в любовных делах, но с нетерпением жаждет всему научиться. Ведь так?

– Да! – непроизвольно произносит мой язык.

Я как заколдованная, ей богу. Улыбаюсь во все тридцать два зуба, ощущая себя жутко значимой и невероятно сексуальной. От такого пристального внимания, я буквально заражаюсь энергетикой секса и похоти, которыми пышет зал, что у меня увлажняется между ног, а низ таза наливается тяжестью.

– По секрету скажу, – чуть понижает голос ведущий. – Белочка имеет острые зубки, и я уверен, что ей по зубам любой орешек.

Потом еще минут пять он несет всякую чушь обо мне, расхваливая. Даже сообщает, что у меня здоровые зубы. К чему такие подробности, мне неведомо. По его рассказам, я чуть ли не в космос собираюсь лететь. Затем, мне разрешают усесться обратно, официантка в рубашке приносит мне новый бокал ледяного шампанского, а Жан объявляет музыкальный номер.

С потолка на сцену опускается пилон, свет приглушается, и на сцену ступает фигуристая девушка в образе тигрицы. Под чувственную музыку она пластично извивается, взбирается на шест и выделывает такие пируэты, что я даже рот раскрываю. Никогда в жизни не видела стриптиз. А тут, можно сказать, сижу в первом ряду. Растяжка у нее, конечно, топ.

От ее тела до меня периодически долетает аромат приторных духов, отчего меня начинает подташнивать. Я слышу скрип обнаженной кожи от соприкосновения с холодным металлом и тихие матерки, когда ее руки немного соскальзывают. Зато мужики в зале завороженно следят за происходящим. Наконец, тигрица снимает с себя лифчик, являя миру свои сиськи. Я их справедливо оцениваю четыре с плюсом. И только потому, что они не натуральные. Затем, девушка спускается в зал. Где гости с довольными рожами пихают ей в трусы купюры. Трусы маленькие, а купюр много. Будь я на ее месте, носила бы панталоны. Хотя, кого же возбуждают панталоны?

Наконец, ее номер заканчивается, и Ванессу, именно так объявляет ее Жан, проводят овациями. Надо же, какая теплая публика. Интересно, сколько еще будет длиться этот концерт? Я начинаю ерзать от нетерпения, потому что уже засиделась. Это не укрывается от пристального внимания конферансье, и он, опустив пошлую шуточку, что мне не терпится уединиться с моим покупателем, объявляет начало торгов.

Странно, но сейчас я ощущаю себя зрителем. Словно это все происходит не со мной. В ушах звенит, голова ватой набита. От легкости и веселости практически ничего не остается. Я ужасно хочу пить, но к шампанскому больше не притрагиваюсь. Сквозь пелену всматриваюсь в извращенцев, которые поднимают какие-то таблички с номерами и выкрикивают суммы за возможность мною обладать.