Даниэле Новара – Я не буду твоей копией: Как жить, опираясь на свой выбор, а не на семейные сценарии (страница 19)

— И ведь на поддержание каждого хозяин тратит дохренища энергии, — подметил Легион, и он был абсолютно прав.

Даже когда я создавал копию себя с помощью редкого артефакта, я потратил немало энергии, а тут человек делал это с помощью собственных способностей.

— Энергии он тратит много, значит, и ранг у него отнюдь не маленький. Магистр или архимаг. Это уже сужает круг поиска, — задумался я.

— И что нам это даёт? — спросил Легион. — Знаешь, я как-то не люблю играть в детективов. Мне нравится так, что ты указываешь на человека, говоришь, где его искать, мои ребята находят, и мы его валим. Вот это идеальный план, а не то, что там надо ещё придумать, как его найти. Херня какая-то.

— Согласен с тобой, — усмехнулся я. — Но такова жизнь, и в ней иногда встречаются сложности. Привыкай.

— Будешь меня ещё тут учить!

— Ага. И я думаю, что знаю, кто сможет дать нам ответ.

— Гончая не поможет, я уже пробовал, — ответил Легион. — Чтобы ей что-то найти, нужен хоть какой-то предмет владельца. Тут же осталась только пыль. Она ничего не значит. Искать родственников или демонов ей куда проще, чем людей. Ну или представителей других рас. Короче, ты понял, — закончил Легион.

— Понял, понял, — ответил я и вышел из подвала.

Прошёл пару кварталов, вызвал такси. Пока ехал, посмотрел в интернете, сколько стоят приличные костюмы, и нашёл максимально похожий на тот, что сшил для меня портной Алисы. Сумма за него выходила немаленькая, целых триста тысяч рублей, но после сделки с Василевскими и Игорем Геннадьевичем деньги у меня были, а поэтому ровно столько я и перевёл Алисе.

Сразу получил от неё сообщение:

«Ты что, спятил?»

«Нет, возвращаю долг за костюм», — ответил я.

«Не нужно было!»

«Это дело принципа», — отправил я последнее СМС.

В ответ она прислала мне картинку с недовольным зомби. Я усмехнулся. Ну, хотя бы перед ней у меня долгов больше нет.

— Сань, ну она же сказала, можно было не отдавать. Нафига перевёл столько бабок? — пробурчал Легион.

— Мне ещё раз напомнить про честь и принципы? — мысленно возразил я.

— Вот опять ты заладил. Я даже не хочу продолжать эту тему, — быстро сник он.

Вскоре мы подъехали к дому Арсения Павловича. Я позвонил в звонок, и мне открыл один из его слуг. Их было двое, насколько я помнил.

— Арсений Павлович дома? — спросил я.

— Дома. У вас назначена встреча? — поинтересовался молодой человек.

Видимо, какой-то студент на подработке. В отличие от домов знатных аристократов, более простые люди нанимали и персонал попроще.

— Нет, я пришёл к нему поговорить. Ненадолго. Передайте, что зашёл Демьянов, — попросил я.

— Хорошо, заходите, — слуга провёл меня до гостиной, предложил чаю.

А через пару минут подошёл и Арсений Павлович.

— Александр Олегович! Какими судьбами? — радостно поприветствовал меня он.

— Хотел бы сказать, что просто так, но не стану врать, — честно ответил я.

— О, это похвально! Вы меня уже заинтересовали.

— Как Альбина?

— Идёт на поправку, и всё благодаря вам. Получилось договориться с Василием Валерьевичем? — тут же спросил он.

— Да, брату должны сделать операцию уже завтра. Выбрали ускоренный способ, где ему заново нарастят всю кожу. Около двух недель он проведёт в искусственной коме.

— Ох, рискованно, — произнёс лекарь и присел рядом со мной.

Слуга поспешил подать и ему чаю. Затем он оставил нас наедине.

— Да, но нет объективных причин не доверять вашему знакомому. В имперской клинике работают лучшие лекари, и рядом с братом постоянно будет кто-то находиться, чтобы контролировать его состояние.

— В идеале так и должно быть, — кивнул лекарь.

— Арсений Павлович, я не займу у вас много времени, просто хотел поинтересоваться, не разбираетесь ли вы в высших рангах других стихий?

— Немного. В основном, тех, с кем мне довелось работать. Интересует кто-то конкретный или какая-то стихия? — спросил лекарь.

— Мне показалось, что вы, как учёный человек, можете быть в курсе, где искать в столице человека, способного создавать допелей высших рангов.

Арсений Павлович тянулся к своей чашке, но стоило мне задать этот вопрос, как его руки остановились на полпути.

— В опасную игру влезаете, Александр Олегович, очень опасную, — помотал он головой. — Я бы советовал вам отказаться от затеи искать этого человека. Ради вашей же безопасности и безопасности всех ваших близких, — голос лекаря дрожал, он был искренен.

Такое невозможно подделать, особенно после того, что нам вместе довелось пережить. Он помог мне с лечением отца, я спас его дочь.

— Уже поздно, Арсений Павлович. Я бы с удовольствием не лез в эти грязные дела, но они сами нашли меня. А теперь мне остаётся только разобраться с ними раньше, чем они доберутся до меня, или, того хуже… — я многозначительно посмотрел на него.

— Понимаю вас, — кивнул лекарь. — Мне мало что известно. Фактически у этого человека много имён. Настоящего никто не знает. Он занимается посредничеством во всяких грязных делах. Самых грязных. Сам на сделки никогда не приходит. А отправляет допелей, — нервно сжимая чашку, проговорил он. — Лет пять назад я слышал от одного из своих пациентов историю. Сразу поясню то, что этот человек работал в имперской полиции, и он пытался разыскать этого посредника. Ему это не удалось. Всё, что он получил, это множественные травмы.

— Но какие-то наводки у него остались, — догадался я.

И возможно, Арсений Павлович был о них в курсе. Наверняка тесно общался со своим пациентом во время лечения.

Это как мне подфартило! Я надеялся найти наводку, а оказалось, что лекарь знает гораздо больше, чем я предполагал.

Но обратился я именно к нему из-за сложившегося между нами доверия. Жиляев или Василевские тоже могли знать ответ, но к ним я бы отправился только на крайний случай. Как и к графу Аничкову, поскольку тот бы принялся сам искать посредника, а это дополнительный риск для его семьи.

— Поиском этого человека занимались многие в полиции. Только мне довелось лечить троих. Наша больница тесно сотрудничает с органами, как вы знаете. У других моих коллег было ещё десять случаев. Но даже если в больницу эти люди попадали полуживыми, через несколько дней по неведомым причинам они умирали. И все мои пациенты тоже умерли. Поэтому с ними вы поговорить не сможете, — печально сообщил Арсений Павлович.

— Что он сказал вам перед смертью? Вы же не просто так упомянули именно его, — подался я вперёд.

— Сказал, что надо было искать на самом видном месте. А ещё упомянул что-то про Патриаршие пруды. Но если честно, мне показалось это бредом. У полицейского уже была горячка, — вздохнул лекарь.

— Спасибо. Уже этого мне будет достаточно, — улыбнулся я. — Вы не представляете, как мне помогли.

— Надеюсь, что помог, а не обрёк вас на погибель, как и всех этих людей. Если честно, я даже немного сожалею, что признался в том, что у меня была информация, — склонил голову Арсений Павлович.

— Не стоит. Ведь за ней я и пришёл.

Допив чай, я поднялся. Ещё раз поблагодарил лекаря и покинул его дом. Теперь у меня была конкретная наводка.

— Не наводка, а загадка, — фыркнул демон. — Ненавижу загадки!

— А я их люблю. Помню, мы часто с младшим братом загадывали их друг другу.

Надеюсь, он ещё жив…

У нас с младшим братом Константином была традиция. И начал её именно он. Вместо подарка на мой день рождения он положил мне под подушку конверт с заданием. Нужно было найти другой конверт, выполнить второе задание. Например, достать послание из осиного улья. Поскольку мы были магами, для нас это не было чем-то сверхординарным. И вот в конце этой цепочки заданий находился долгожданный подарок.

Что бы ни дарили мне родители и другие родственники, подарок от Константина был самым ценным, потому что путь к нему всегда был самый интересный.

Я перенял эту традицию и делал так же на дне рождения младшего брата. Он был в восторге. Надеюсь, что когда он вернётся, мы сможем это повторить.

— Ну что, Сань, куда теперь? — спросил Легион.

— А теперь отправляй гончую на Патриаршие, она знает, как выглядит наша цель, и легко найдёт её.

— Думаешь, всё так просто? — хмыкнул демон.

— Да. Пусть ищет на самом видном месте. Уверен, что к утру этот человек окажется в нашем подвале, — усмехнулся я.