Даниэле Новара – Я не буду твоей копией: Как жить, опираясь на свой выбор, а не на семейные сценарии (страница 21)

— Он сам мне сказал.

Я взглянул на кота ещё раз. Тот мяукнул.

Если бы я знал, как вызвать духа, с которым заключил сделку, то обязательно бы его допросил. И фактически это реально, но придётся рассказать о том, что кот — это вовсе не кот Алисе или её отцу. Им наверняка не понравится существование подобного гибрида, и они будут настаивать на его уничтожении.

— Нет, он шлялся у дома Аничковых очень долгое время, и они не хотели его пускать. Он им не нравился. Скорее всего, они сами не могли объяснить причину, — мысленно рассуждал я.

И если я им его отдам, то кота не будет ждать ничего хорошего. Он снова мяукнул, будто подтверждая мои слова.

— Да помолчи ты, — буркнул я на него.

— Сань, приручай его и пойдём уже есть, — настойчиво сказал демон. — Кот нам пригодится. Тут точно сомнений быть не может. А искать, кто сможет с ним совладать и принять его в полудемонической форме — это такой геморрой. Лично я не хочу этим заниматься!

Соглашаться на предложение Легиона я был не намерен. Приручить этого полудемона было выгодно ему. А вот чем это грозило для меня — ещё большой вопрос, который только предстояло решить.

— Сань, ну чё ты опять заладил? — возмутился Легион. — Когда я тебя обманывал?

— Сегодня утром. Когда сказал, что за дверью никого нет. А там оказалась переодевающаяся служанка, — напомнил я ему.

— Ну подумаешь! — протянул он. — И это был не обман. Это я сделал специально.

— Вот из таких «специально» и складывается отсутствие доверия.

Я поднялся, и рука вернулась в человеческий вид.

Пока повременю с приручением кота. Возможно, в самом деле удастся найти ему более подходящих хозяев.

В дверь постучали, я разрешил войти. В комнату вошёл дворецкий с небольшой деревянной коробкой в руках.

— Ваше благородие, вам тут посылочка из Святого ордена пришла, — сообщил он. — Просили вручить лично в руки.

— Но сами искать меня не стали? — уточнил я, потому что подобное было странно.

Обычно орден удостоверялся, что посылки доходили до получателя.

— У курьера не было выбора, — слегка улыбнулся дворецкий.

Понятно… В этом доме было много странностей. Одна из них — то, что если ты нежеланный гость, то дом тебя не пропустит. В прямом смысле этого слова — ворота не откроются.

Так что не знаю, какие намерения были у курьера, но умная защита, которая умела распознавать намерения людей, посчитала, что этому человеку здесь не место. А вот на посылку она никак не отреагировала, раз дворецкий всё-таки принёс её мне.

— Благодарю, — подошёл я и забрал коробку из его рук.

Слуга поклонился и вышел. Я открыл коробку и на миг замер.

Я, конечно, догадывался, что мне нужно будет найти кого-то из высокопоставленных лиц, но никак не ожидал, что в коробке будет лежать женская диадема, испачканная кровью.

— Для гончей хорошо подойдёт, запах сохранился, — сказал Легион.

— Чувствую, — задумчиво ответил я и закрыл коробку. — Передам её Гончей, когда она вернётся со своего задания. Кстати, как продвигается дело?

— Пока нет вестей, жди. А пока можем сходить…

— Нет, в бордель мы не пойдём, — перебил я демона.

— Ну вот опять! — изобразил он печальный вздох. — Никакой радости для бедного и несчастного демона, у которого уже не осталось своего тела. Никакой!

— В каком месте ты бедный и несчастный? Ты почти божество, твою мать.

— Матери у меня нет, — хмыкнул он. — Ну разве что ты ругаешься на саму вселенную, — расхохотался он.

Вечер прошёл без происшествий. Через пару часов Игорь Геннадьевич прислал мне составленный список демонических артефактов, за которые аристократы могли бы заплатить достаточно хорошие деньги. Цены там начинались от трёхсот тысяч рублей, а заканчивались десятью миллионами.

Конечно, я знал, что земля, переданная графом Жиляевым, стоит около тридцати миллионов по рыночной стоимости, но не предполагал, что найдутся и другие желающие приобрести столь редкие и ценные артефакты. Мне казалось, что этот случай единичный. А нет… Выходит, по этой схеме можно составить целый бизнес.

— Сань, может, вообще артефактную лавку откроем? Жиляев ведь сто пудов себе проценты берёт, — с энтузиазмом предложил демон.

— И пускай берёт. Лучше мы будем работать через него и не привлекать к себе лишнее внимание.

— Сань, ты и так его привлёк настолько, насколько мог!

— Нет, ты только представь: открывается лавка, в которой продаются исключительно демонические артефакты. Сейчас о том, что я их могу найти, знают всего два-три человека. И дальше посредники не будут распространяться о том, как именно они их ищут и через кого. Это будет одна из светских тайн. Скоро поползёт слух, что нечто подобное можно достать через Жиляева или через орден. Но кто это конкретно делает, будет неизвестно.

— С чего ты взял, что тебя не сдадут? — усмехнулся демон.

— А потому что им это невыгодно из-за этих же процентов, — с такой же усмешкой ответил я. — А если мы откроем лавку, общественность начнёт задавать вопросы, откуда у меня столько демонических артефактов, причём самых разных, хотя такое количество демонов я не убиваю… А если за мной проследить, то я их вовсе не ищу… Возникает закономерный вопрос.

— Он и так возникнет у членов Ордена!

— Нет, не возникнет. Я буду приносить по чуть-чуть. Смотри, первая позиция… Кстати, мне кажется, это что-то из твоих вещей.

— Что-что?

— Плато Легиона, — прочитал я.

Это была самая дорогая вещь в списке.

— Что? Какое ещё, на хрен, Плато Легиона? У меня ничего такого не было!

Судя по описанию, это плита размером не больше двадцати сантиметров круглой формы, с выгравированными рунами. Её видели лишь однажды, когда высший демон приходил в наш мир. Его убили. И целый год плато принадлежало роду Меншиковых, а потом его украли. На месте кражи всё фонило демонической энергией. На этом описание предмета заканчивалось.

— А, ну это так демоны его обратно забрали, — додумал Легион. — Не, Сань, эту вещицу мы не достанем. Как минимум потому, что она в единственном экземпляре, и я хрен знает, кто её украл.

— Ладно, тогда идём дальше. Нить Босеуса…

— Нить Босеуса? — задумчиво протянул Легион. — Что-то знакомое. Раз знакомое, думаю, мы это найдём на рынке.

— Это уже хорошо.

— В общем, Сань, сворачивай список, с ним в следующий раз и отправимся.

— Да, так и сделаем. Но сперва дождёмся второй список от ордена. Лучше идти с двумя бумажками, чем с одной.

— Здесь я с тобой абсолютно согласен, — на удивление не стал спорить демон.

А я задумался. В самом деле, если приносить артефакты в больших количествах, то это заставит людей задавать очень много ненужных вопросов. Поэтому мы должны сосредоточиться на добыче самых ценных и редких. Мы не должны показывать, что нам их легко доставать, а иначе у нас будет ещё больше проблем, чем есть сейчас.

За стеклом раздался треск, как будто на улице что-то упало. Я поспешил посмотреть, хотя в этом доме удивляться было нечему… Здесь даже если мертвецы начнут вставать из могил в склепе, то это будет считаться в порядке вещей.

Выглянув из окна, я увидел, как под дубом встаёт на лапы паук Алисы, отряхивается от листвы и идёт куда-то дальше. Видимо, он упал с крыши. Осваивается.

Я осмотрелся и заметил в саду Алису. Она выглядела донельзя довольной. Видимо, тренировка с фамильяром прошла хорошо, и она поняла принципы, как им управлять. И скоро доведёт это знание до ума. С чего я взял, что скоро? Ну, если бы уже получилось, то паук бы не свалился с крыши.

— Сань, — отвлёк меня демон.

— Да что тебе надо? Ты можешь помолчать хотя бы полчаса? Я уже начинаю чувствовать себя шизофреником. Они тоже слышат голоса в голове.

— Только мой — вполне реальный, — парировал демон и продолжил: — В общем, гончая не смогла.

— Что значит «не смогла»? Ещё даже ночь не наступила.

— Её похитили.

— Святые! Так с этого и надо было начинать! — воскликнул я вслух.

Достал телефон и тут же вызвал такси до Патриарших. Надо было срочно разбираться с проблемой.

Барон Мясницкий, или Бехтерев, как звучала его настоящая фамилия, находился в своём поместье в одном из элитных районов столицы. Конечно, не в том, где обитают самые богатые аристократы, но тоже в центре города. В этом месте поселились более юные рода, нежели чем в том же Замоскворечье. Поместья здесь были более новыми, меньше по площади.