Даниэле Новара – Мои любимые триггеры: Что делать, когда вас задевают за живое (страница 7)

В военные годы Сильвия видела, сколько вокруг нее страдает детей. Она нашла убежище в фантазиях, которые позволяли ей создать собственное спасительное восприятие мира.

Когда она снова встретилась с матерью, то почувствовала лишь отчуждение и, в детстве отвергнутая ею, отвергла ее в ответ.

Она чувствует, что это лишило ее идентичности, она больше не знает, кто она такая. Однако именно этот поворотный момент дал ей необходимый импульс для познания себя.

Задача Сильвии – восстановить свою идентичность, в полной мере обрести имя, переосмыслить собственные страдания и превратить их в ресурс для понимания других. Неслучайно как область деятельности она выбирает психологию и аналитический подход.

Она осознала, что, оставив ее, родители совершили акт любви, который освободил ее от принудительного ношения звезды Давида и от концентрационного лагеря, где она могла с высокой долей вероятности оказаться, как и многие другие мальчики и девочки.

Ее собственный опыт страдания помог ей понять и увидеть страдания других, превращая в сокровище то, что для окружающих выглядит безысходной ситуацией.

Опубликовав свою книгу, Сильвия Веджетти Финци укрепила свою ориентированность на мир детей и их проблемы, регулярно подчеркивая в интервью, что она именно детский специалист. Она добилась в жизни успеха благодаря, как она сама говорит в подзаголовке своей книги, способности почерпнуть скрытые ресурсы из детства для преодоления жизненных трудностей.

Под этой способностью подразумевается также возможность превратить трудности детства в перемены, в новое начало.

Вторая книга, которая меня поразила, «Мечты моего отца»[18], написана другим общественным деятелем, бывшим президентом Соединенных Штатов Бараком Обамой. В начале 1990-х гг., задолго до того, как оказаться в Белом доме, начинающий специалист в области прав человека Обама получил должность редактора Harvard Law Review, став первым афроамериканцем на этой должности в истории журнала. Затем, когда ему было чуть за тридцать, он получил от издательства предложение написать свою историю, рассказав, как темнокожий человек смог достичь подобных результатов. В итоге получилась очень необычная, я бы даже сказал, уникальная книга. Она представляет собой в каком-то смысле юношескую автобиографию, которую Барак Обама написал главным образом с целью узнать о происхождении своего отца. Будучи еще очень молодым человеком, тот приехал из Кении учиться в Соединенные Штаты, где встретил светлокожую девушку, будущую мать Барака. Когда сыну исполнилось два года, мужчина вернулся обратно в Африку, желая следовать своим идеалам и бороться за родную землю, фактически бросив жену и ребенка.

Взросление без отца создало серьезные трудности. Одним из самых больших камней преткновения для маленького мальчика, сына белой женщины и черного мужчины, было ощущение того, что он чужак: потому что он мулат и потому что вырос без отца.

И все же он справился.

О смерти матери он пишет: «Каждый день я вижу ее в своих дочерях, ее способность радоваться и непрестанно удивляться. Я не хочу говорить о своей скорби по поводу ее смерти. Я знаю, что она была самым добрым и щедрым человеком из всех, кого знал, и что лучшей частью себя я обязан только ей»[19].

Очевидно, что матери удалось подобрать нужные и действенные слова, которые помогли ее сыну преодолеть фазу бунтарства, характерную для подросткового возраста, и воспринять те ценности и принципы, которые прививались ему с детства в материнском доме.

Ощущение собственной инаковости стало вызовом, переросло в стремление к социальной справедливости по отношению к людям с другим цветом кожи, стало императивом, который привел Барака в политику трудиться во имя личной и коллективной свободы. В этом порыве заключены глубинные стремления обоих его родителей: приверженность отца к борьбе за справедливость и социальные изменения, а также склонности матери, выражающиеся в общительности, эмпатии и выстраивании взаимоотношений с людьми.

Потребность узнать о своих корнях по линии отца привела Барака Обаму к поиску другой половины семьи, и в этот момент круг замкнулся. Он обрел свое место в мире, примирился с пустотой, которая присутствовала в его жизни, узнал имена и облик мест и людей. Он нашел все необходимое, чтобы стать тем, кем он стал, несмотря на все сложности детства, включая переезд с Гавайских островов вместе с матерью, вышедшей замуж за индонезийского торговца, мусульманина; семья отправилась в Индонезию, где он посещал начальную школу. Эта перемена могла направить маленького Барака по совершенно иному пути, загнав его в тупик. Но вместо этого история принимает другой оборот, выстраиваясь в цепь событий, которые помогают нам еще раз убедиться в том, что дети, да и все мы, обладаем силой, позволяющей начать все сначала. Об этой силе я тоже рассказываю в своей книге.

Трудности детства, будь то травмы, болевые точки или нежелательные модели воспитания, представляют собой возможность, ресурс, и, распознав этот негативный опыт, мы можем проявить защитные реакции, то есть способности: отпустить ситуацию и освободиться, с одной стороны, а с другой – найти себя и начать все сначала. Однако следует помнить, что лечение детской травмы в корне отличается от работы с нежелательными моделями воспитания или, как в этой книге, с болевыми точками.

Дальше мы как раз займемся проработкой болевых точек, которые помогут запустить изменения и станут прекрасной возможностью для переосмысления и обучения.

Болевые точки бросают вызов нашему детству, помогая выявить лучшее в нас.

В первую очередь это происходит в конфликтах, то есть в ситуациях столкновения интересов, которые возникают и в повседневной жизни.

Мы способны придумать кое-что получше, чем просто жаловаться. Мы можем правильно воспользоваться болевыми точками, чтобы высвободить новые ресурсы.

Глава 2

Как распознать свои болевые точки

Когда я вспоминаю этот дом, он кажется настолько переполненным всевозможными сценами семейной жизни, гротескными, комическими, трагическими; он весь охвачен бурными эмоциями юности, бунтарства, отчаяния, пьянящего счастья, бесконечной скуки; дом, принимающий людей знаменитых и незначительных, дом, полный гнева…

Неуловимая природа болевых точек

Наши болевые точки неуловимы по своей природе: они скрываются в закоулках воспоминаний о детстве, а во взрослой жизни проявляются как эмоции. Они то возникают, то исчезают. Бывает, что душевные раны обостряются в определенный период жизни, когда мы чувствуем особенную, необъяснимую связь с детством. И если в тридцать лет одни болевые точки проявляются через ощущение отверженности, то в пятьдесят другие заставят вас чувствовать одиночество, в основе которого лежит страх остаться одному. Может случиться так, что ваши близкие люди, будь то партнер, дети или родители, пока они рядом, увидят надлом в вашей душе и поведении, который вы сами не замечаете; это может выглядеть так, будто вы осознанно пытаетесь утаить свои слабости и недостатки.

Болевым точкам присуща неуловимость, их бывает трудно распознать, даже когда они очевидны.

Возникает страх и смешанные чувства: «Неужели я ненормальный, который трясется из-за всяких пустяков?», «Неужели я, пытаясь избежать любой критики, начала замыкаться в себе и прекращать общение?»

Эмоциональная уязвимость пользуется не очень хорошей славой.

Вместо того чтобы попытаться понять ее происхождение, изучить причины, люди часто предпочитают неведение и, положившись на случай, так и не делают ничего, чтобы прояснить этот вопрос.

Вот уже не один год мы в своем Психопедагогическом центре применяем опросник, разработанный в результате длительного исследования проблем с конфликтной компетентностью[20], который позволяет выявить, какие трудности люди могут испытывать в конфликтных ситуациях, то есть в ситуациях, которые с полной уверенностью можно определить как конфликт. Когда по тем или иным соображениям я фиксирую наличие эмоциональной уязвимости, одни респонденты даже благодарят, как бы говоря: «Спасибо, хоть кто-то меня понимает». А в других случаях я сталкиваюсь с удивлением: «Серьезно? Вы уверены?» Человек как бы не желает признаться себе в этой уязвимости, саморазрушающей или агрессивной, которую удается выявить благодаря опроснику. Что лучше – осознавать собственную эмоциональную уязвимость или оставаться в неведении? Понимать свое эмоциональное состояние – это хорошо или плохо?

С помощью многих людей я всю жизнь пытался понять природу своих эмоций, эмоциональной нестабильности и слабостей. Чем глубже становилось мое понимание самого себя, тем больше я замечал, что мне становится лучше. Хуже всего мне было тогда, когда понять ничего не удавалось, когда я жил в состоянии беспокойства и возбуждения, испытывая обжигающие эмоции, которые, не находя выражения, постоянно причиняли мне боль.

Казалось, моя жизнь была не в моих собственных руках, а в руках «судьбы». Одна замечательная дзенская история хорошо иллюстрирует похожую ситуацию.

Великий японский воин по имени Нобунага решил напасть на врага, несмотря на то что его армия уступала силам противника по численности в десять раз. Он знал, что победит, но его воины сомневались. Во время похода он остановился у храма и сказал своим людям: «Выйдя из храма, я брошу монету. Если выпадет орел – мы победим, если решка – проиграем. Предадимся в руки судьбы». Нобунага вошел в храм и помолился в тишине. Выйдя, он бросил монету. Выпал орел. Его воины вступили в бой с таким рвением, что без труда выиграли битву.