Даниэле Новара – Мои любимые триггеры: Что делать, когда вас задевают за живое (страница 18)
Мы не заинтересованы в том, чтобы усиливать обидчивость и восприимчивость к негативному, предпочитать жалобы и мелочность.
В заключение я процитирую слова Изабель Филльоза, моего любимого французского психолога, которая объясняет эволюционную задачу, стоящую перед каждым из нас: воспринимать конфликт как ресурс, как область познания, критически важную для нашего будущего.
«В конфликте другой человек заставляет меня считаться с ним, предлагает мне увидеть другую точку зрения, отличную от моей собственной. Это расширяет мои границы понимания мира. Наше счастье зависит не от благоприятных или неблагоприятных обстоятельств, а от нашего отношения к этим обстоятельствам»[42].
Глава 5
Правильное управление конфликтом
Избавиться от вредных привычек
Чтобы переработать свой гнев и страхи в навык, полезный в конфликтных ситуациях, достаточно овладеть десятью простыми и эффективными приемами. Прежде всего вам нужно освободиться от некоторых убеждений (почти всегда неосознанных), которые вы носите на себе как тяжелый груз.
Излишние эмоции в общении только мешают нам понимать происходящее
и негативно влияют на трансформационные и эволюционные возможности конфликта.
Чтобы перемены начались, требуется сделать три шага назад и семь шагов вперед. Вы, должно быть, спрашиваете себя: зачем делать шаги назад? Разве нельзя сразу идти вперед? Но этого недостаточно. Во взрослой жизни, чтобы научиться чему-то, приходится освобождать место, потому что наш мозг переполнен сведениями и информацией самого разного содержания.
Чтобы научиться чему-то новому, необходимо забыть что-то старое.
Нельзя все время только добавлять.
Во-первых, нужно избавиться от автоматизмов, которые мы обычно воспринимаем в силу традиции или в порядке подражания. Приведу очень банальный пример: «Если вы не кричите на детей, то вы плохой родитель». Эта фраза не имеет никакого педагогического или научного обоснования, но сколько раз мы ее слышали? Я имею в виду весь этот бесполезный багаж, который удерживает нас в старом и неэффективном режиме и мешает двигаться дальше к познанию нового.
Первый шаг назад «Не ищите виноватых»
Первый шаг назад связан с архаичным способом выстраивания отношений, мешающим преодолевать трудности. Мы оказываемся в плену негативного восприятия, которое заставляет всегда видеть стакан наполовину пустым, не позволяя идти вперед.
Поиск виновного – это наследие очень далеких времен, не позволяющее нам жить в таких отношениях, где мы бы принимали друг друга, несмотря на все различия.
Вот лишь некоторые фразы, вызывающие чувство вины:
■ Тебе нельзя доверять.
■ Ты сам во всем виноват.
■ Это твоя зона ответственности.
Подобные высказывания преследуют одну-единственную цель – обвинить собеседника. Конфликт рассматривается как суд, на котором справедливость должна быть восстановлена путем исправления другого человека. Однако эта стратегия не работает и возвращает нас в детство.
Помните, как в детстве вы ссорились со своими товарищами по играм? Когда вмешивался взрослый, он говорил: «Кто это сделал? Кто это начал? Вы не выйдете отсюда, пока я не выясню, кто это сделал!» Мы уже не дети (к слову, с ними тоже не следует так обращаться), поэтому давайте избавимся от чувства вины и навязчивой идеи найти зачинщика. Если мы продолжаем действовать в том же духе, нас как будто отбрасывает назад во времени, и мы снова превращаемся в «малышей», а у нас в ушах по-прежнему звучат фразы «взрослого»: «Сейчас же прекрати! Иди сюда! Что ты ему сказал? Что ты с ним сделал?»
Взрослый конфликт – ключ к поддержанию отношений. Задача состоит не в том, чтобы исправить ситуацию, а в том, чтобы правильно ею управлять. Как только вы начинаете искать виноватого, собеседник закрывается, включает эмоциональную защиту. Никто не хочет чувствовать себя обвиняемым и видеть, как на него указывают пальцем, как на Страшном суде.
У нас с женой Адой трое детей, младшему всего пять лет. Бывает очень трудно выкроить время, чтобы побыть наедине с женой. Кроме того, я много работаю, а остающееся небольшое количество времени посвящаю малышам. Когда Ада предлагает пойти куда-нибудь вместе, я всегда колеблюсь, потому что очень устаю и, помимо прочего, не хочу оставлять детей. Конечно, время от времени мы вполне могли бы сходить в кино или поужинать в ресторане. Я знаю, что жене это доставило бы удовольствие…
И вот неделю назад в ответ на ее очередную попытку я сказал: «Почему бы и нет, хорошая идея. Давай так и сделаем». Но, поскольку я весь день в офисе (хотя она тоже, конечно, работает, но ей не нужно ни перед кем отчитываться), добавил: «Ты не могла бы сама все решить? Выбрать ресторан? Спроси свою маму, может ли она посидеть с детьми». Ада была очень рада, это было видно. И я тоже был очень рад. Но когда мы пришли в ресторан… я остолбенел.
«Ну и куда ты меня привела? – набросился я на нее. – Мы не настолько бедны, чтобы ужинать в какой-то обшарпанной забегаловке. Мы можем позволить себе место получше». Она ошарашенно смотрела на меня, в ее глазах стояли слезы, но я не мог остановиться: «Мы так редко выкраиваем вечер, чтобы куда-то сходить вместе… О чем ты только думала?» Чем больше я на нее давил, тем глубже было ее молчание. В этот момент у меня возникло ощущение, что я преувеличиваю, что я не так понял, но чувство вины только усилило мой гнев: «Что? Что-то не так? Я просто высказываю свое мнение. Тебе сказать уже ничего нельзя?» Полагаю, вы догадываетесь, как прошел этот ужин. Под конец я успокоился, но мне все еще было непонятно, почему она привела меня именно туда.
Лишь через два дня, когда все уже было в прошлом, Ада набралась смелости и сказала мне, что хотела сводить меня в то место, куда мы ходили, когда только обручились… Она была уверена, что этот сюрприз тронет меня и порадует, что погружение в старые времена поможет нам вновь обрести гармонию.
Второй шаг назад «Никаких советов: Они лишь усугубляют ситуацию»
Непрошеные советы могут пошатнуть ваши отношения. Они становятся вердиктом, своего рода психологическим рентгеном человека, оказавшегося «под прицелом».
Когда советы становятся слишком навязчивыми, их адресату становится трудно контролировать надвигающийся конфликт. Как и в случае с поиском виноватого, советы возвращают человека в детство, когда он полностью зависел от взрослых. Мы все пережили подобное. В детстве мы не были самостоятельными и независимыми, поэтому нам говорили, чего от нас хотят. Мы раз за разом слушали одну и ту же заезженную пластинку:
■ Сделай это, сделай то!
■ Поторопись!
■ Пошевеливайся!
■ Делай так-то и так-то!
Непрошеные советы возвращают к уже пройденному этапу жизни. Не стоит вновь активировать это ощущение зависимости. Те, кто попадает в нее более или менее сознательно, рискуют застрять в плену эмоциональных блоков. Нет ничего хуже, чем получать советы, особенно непрошеные. По большей части на ум приходят разговоры партнеров[43] или друзей, когда советчик апеллирует к доверию: «Ты должен меня послушать, ведь я плохого не посоветую». Он требует, чтобы его слова восприняли всерьез.
На ум приходит классический пример, когда отец говорит сыну: «Вот как я учился в школе: я подчеркивал все важное в текстах, чтобы удобнее было повторять, затем пересматривал их много раз и получал хорошие оценки. Я и университет окончил. Делай и ты так же. И у тебя получится». Но нет, увы! Каждый из нас глубоко индивидуален. Почему тот метод обучения, который подошел отцу, должен быть удобным и для сына? Не лучше ли сыну найти свой собственный способ?
Предположение, что собеседник нуждается в нашем руководстве, чтобы быть счастливым и поступать правильно, подпитывает в нем ощущение собственной несостоятельности, неполноценности и беспомощности. Общение заходит в тупик и вместо обмена мнениями срабатывает защитная реакция, собеседник как бы говорит: «Своими советами ты нарушаешь мои границы. Что тебе от меня нужно?» Если у вас никто не спрашивает советов, давайте избавимся от привычки давать их.
В детстве дочь очень любила ходить вместе со мной по магазинам, особенно выбирать одежду. Мне это тоже нравилось. Это были особые моменты близости: только я и она. Она нуждалась во мне, а я могла помочь ей найти подходящее платье… Став подростком, она стала ходить по магазинам одна, или с подругами, или с парнем, когда она с кем-то встречалась. И я смирилась с этим. Поэтому я была удивлена, когда на днях она предложила пройтись вместе по магазинам, будто снова хотела пригласить меня поучаствовать в своей жизни. Что тут сказать? Не стану отрицать, я была вне себя от восторга. После стольких лет мы снова идем вместе и обе преисполнены самых лучших намерений. Но я сразу же пожалела, что согласилась. Все прошло совсем не так, как я предполагала. Я пыталась помочь, давала советы, но натыкалась на стену, которая росла с каждой минутой. Подумать только, я хотела подарить ей платье! Дочь отклонила все мои советы, а в очередном магазине сильно разнервничалась и недвусмысленно дала мне понять, что наш совместный шопинг окончен. Мне было очень обидно, я была настолько расстроена, что даже аппетит пропал. Я не понимала, что произошло. Да, она стала психовать, но я, видимо, сделала что-то не так. Вечером я решила позвонить двоюродной сестре, она младше меня и ближе по возрасту к моей дочери, и я понадеялась, что она, вероятно, сможет мне помочь. Так и получилось. «Конечно, Тереза, а что ты думала? Что она все еще ребенок, как двадцать лет назад? – сказала мне сестра. – Франческа уже взрослая женщина со своим вкусом и стилем. Ты можешь составить ей компанию, но не должна навязывать ей свое мнение. Если бы моя мать поступила так, как ты, я бы прямо посреди улицы попрощалась с ней и ушла».