Даниэль Рэй – Рубин I (страница 36)

— И я тебя, — закивал Хорн.

— Кто из наших погиб? — спросил Ордерион.

— Четверо. Вокси, Альдо, Ризо и Миен. Остальные целы и должны сидеть где-то здесь, — Хорн взглянул на череду камер за спиной Ордериона.

— С ними я увижусь потом, — предупредил Ордерион, — а сейчас мне нужна твоя помощь.

— Надеюсь, с отцом твоим разобраться? — тихо спросил Хорн.

— Язык прикуси, — шикнул Ордерион.

— Так мы ж за твоим щитом! Все равно никто не услышит! — засмеялся Хорн и погладил отросший ежик черных волос на голове.

— Зачем я тебя в свой отряд взял? — развел руками Ордерион. — Ума не приложу.

— Со мной весело, — подметил Хорн. — И я девам нравлюсь, в отличие от тебя!

Ордерион рассмеялся.

Они вышли из темницы и пошли в сторону ворот из замка.

— Мне можно покидать замок? — не понял Хорн, озираясь.

— Ты отстранен, как и весь наш отряд. Потом их сам отсюда заберешь.

— Мама так обрадуется, что я домой явился, — Хорн размял плечи. — Правда ненадолго.

— Заначку ей покажешь, и настроение улучшится, — подбодрил Ордерион.

— Твоя правда! — согласился Хорн.

Ордерион завел его на склад хранения оружия и запер дверь за собой. Друг тут же оживился и начал выбирать для себя снаряжение.

— А теперь рассказывай, что там было, — Ордерион сел на один из ящиков, поставив на него ногу и закинув локоть на колено.

— Может, ты сначала поведаешь историю своего спасения? — Хорн отвлекся от изучения мечей.

— У меня мало времени. Не тяни, — попросил Ордерион.

— Понял, — буркнул тот, очевидно, смиряясь с тем, что принц ему ничего не расскажет. — Я завел фрейлину в комнату и приказал охранять дверь. Сам пошел к нашим, трущимся у склада с оружием. Там же поблизости ошивался и начальник заставы. Люди его, местные мужики то бишь, все как по команде на улицу высыпали. Будто цирк приехал и зазывалы на представление кличут! Я понял, что ждут они приезда важных гостей да на нас криво косятся. Наши все подобрались, по периметру разошлись. А тут хлопок! Какая-то тень через окно второго этажа гостевого дома вылетела. О землю ударилась и фрейлиной обернулась. Осмотрелась и деру дала к таверне. Я рванул следом за ней. Прыткая она! Туда-сюда металась темной дымкой, и не понять, где ее ловить! Пока гонялся за бестией, заметил, что по траве туман стелется. Не было его, и вдруг появился. Контрабандисты в это время в лесу прятались: видно, увидели, что сигнальные костры по периметру горят, и поняли, что на заставу проверка приехала. Им бы отсидеться, да носы не совать, но, когда эта дрянь окно вынесла и шорох вокруг подняла, видать, струхнули. Думали тихо проберутся, и мы их не заметим. Как же! Ребята усекли, что чужаки крадутся, ну и стали их так же по-тихому убирать одного за другим. А туман все плотнее и плотнее. И нечисть эта то там то здесь появляется. В конце концов кто-то из бандитов не выдержал и швырнул сосуд с «огнем Дхара» прямо в один из сигнальных костров! Бахнуло так, что у меня уши заложило. Тут у всех шавок рассудок и помутился. Начали они этой дрянью в сосудах нас закидывать. Мужики, что повыходили, клинки достали да на наших кинулись. На меня двое напали. Я пока их урезонил, оборачиваюсь, а вокруг ничего не видно. Все в тумане. И вой стоит, будто людей, как скот режут. Ты можешь мне не поверить, — Хорн головой покачал, — я сам, когда вспоминаю, себе не верю.

— Что ты видел? — напрямую спросил Ордерион.

— Животных, — кивнул Хорн. — Но не наших. Наши — это букашки, по сравнению с теми, что были в том тумане. У кого ноги, как башни в замке, у кого крылья размерами с дом. Щупальца, клыки, клювы — Хорн раскинул руки, намекая на размеры этих клювов. — Мимо люди бегут, женщины, дети, а эти твари топчут их ногами, или пастью клац — и пополам. Я думал, мне конец. Серьезно! — усмехнулся Хорн. — И тут рядом со мной эта фрейлина появляется. Та, что нечисть!

— Она была в тумане? — Ордерион заметно напрягся.

— Да, — закивал Хорн. — Видел ее, как тебя сейчас перед собой! У нее в руках какая-то светящаяся штука оказалась. Она, как факел, только намного ярче. Твари, завидев этот свет, стали драпать, людей с собой прихватывая. А фрейлина эта мне и говорит, только не своим голосом, не женским. А каким-то странным… Как будто металл по металлу бьет и скрипит при этом. «Беги от света!» — говорит. Ну, ты знаешь, мне дважды повторять не нужно, — Хорн поднял руки. — Я деру дал. А потом хлопок. Меня от земли оторвало и куда-то понесло. Вокруг так ярко стало, будто лицом в костер сунули и глаза открытыми остались. И вдруг все гаснет. Я на ель рухнул. Все ветки пересчитал от верхушки до корней, но на зад ровно приземлился. Наши ребята, кто выжили, тем же путем объявились. Попадали мы друг от друга невдалеке. А вот местные, кто уцелели в тумане, — Хорн покачал головой, — за ветки цеплялись неумело. Да их всего-то человек с десяток осталось. И те… полегли, — Хорн тяжело вздохнул. — И вот сидим мы в лесу: вокруг темень, трупы и тишина. Решили утра дождаться и поискать дорогу. С первыми лучами солнца двинулись в путь. Дорога оказалась совсем рядом. От заставы мы недалеко забрались. Выходим туда, а там ребята наши! Из замка! Оказалось, мы все сгинули полторы недели назад. Но для нас-то всего ночь миновала… — Хорн неодобрительно покачал головой. — Тебя нет. Фрейлины, которая с тобой была, тоже и след простыл. Нечисть из тумана не вернулась. Ну, я тогда и решил, что вы не выбрались. Мы с ребятами переговорили, взяли телегу и вернулись в лес, чтобы трупы местных собрать да похоронить, как полагается. Там-то мы и нашли Атана. И женщину в костюме деры для верховой езды. У нее руки скованы кандалами остались, а из-под ребер наш клинок торчал.

— Уверен, что клинок наш? — уточнил Ордерион.

Хорн взял один из клинков, что выбирал, и метнул его в ящик, на котором сидел Ордерион. Принц достал оружие и осмотрел лезвие с печатью королевского герба у рукояти.

— Точно такой же был, — пояснил Хорн. — С нашей печатью.

— Ты труп деры осмотрел? — Ордерион перевел на друга пытливый взгляд.

Хорн потупил взор и уставился в пол.

— На бедрах следы от пальцев остались, — Хорн отвел глаза в сторону. — Надругался кто-то над ней перед смертью.

— А что с трупом Атана? — напирал Ордерион, нутром чуя, что друг правду не договаривает.

— Мы сделали все, как надо, — покачал головой Хорн. — Братом тебе он был. Принцем. О мертвых либо хорошо, либо никак, Ордерион, ты же знаешь…

— Что ты нашел, Хорн? — Ордерион встал, сжимая в руке рукоять ножа. — Что увидел, о чем даже королю не стал докладывать?

Хорн отрицательно покачал головой.

— Ты и так все понял.

— Говори! — рявкнул принц.

— Штаны у него были расстегнуты и орган весь перепачкан.

— Дхар его побери! — закричал Ордерион и метнул клинок в стену.

Тот пробил шов на кладке камней и застрял между них.

— А в нагрудном кармане, — продолжил говорить Хорн, — мешочек с белой пылью. Там немного осталось. Похоже, что почти весь он за поездку использовал.

Ордерион повернулся к Хорну спиной и сложил руки на груди, обдумывая услышанное.

— Выходит, по дороге назад Атан надышался белой пылью и решил позабавиться с фрейлиной на глазах у молодой жены. Позабавился. И получил по голове. От фрейлины? — принц обернулся к Хорну. — Или от молодой жены?

— Рана на виске, — ответил Хорн. — Били наотмашь. Явно камнем. И тело молодой жены принца мы так и не нашли.

— Она жива, — Ордерион кивнул. — Принцесса Рубин жива.

— Ее нашли? — не понял Хорн.

— Фрейлина на заставе — это принцесса Рубин.

Хорн присвистнул.

— Ну и дела…

— И у нее есть копия, которая спасла тебя в тумане, — задумчиво произнес Ордерион.

— И где сейчас принцесса? — Хорн подошел к Ордериону, пытливо глядя на него.

— Я вернулся вместе с ней.

— И что она рассказала о том, что случилось с Атаном? — допытывался друг.

— Говорит, что ничего не помнит. Туман и все.

Хорн хмыкнул.

— Ну-ну… Если это не она Атана по голове ударила, то к чему скрывать, как он умер?

— Вот тебе, Хорн, не хватило духу рассказать королю обо всем, что ты обнаружил. А где же этот дух взять деве, на глазах которой молодой муж изнасиловал фрейлину?

Хорн в ответ лишь тяжело вздохнул.

— Ужас в том, — продолжил говорить Ордерион, — что даже останься кто-то из воинов моего брата жив, вряд ли бы он тоже стал рассказывать правду. Возможно, из-за этой правды и убили изнасилованную фрейлину, чтобы похоронить грязную тайну в лесу...

— Луар злопамятный, — покачал головой Хорн. — А ты на эту деву-принцессу так смотрел… — он предостерегающе покачал головой. — Не вляпайся, прошу тебя. Пусть эта вдовушка погостит здесь немного и домой к себе возвращается: здоровее будет.

— Поздно, Хорн. Для Рубин обратного пути нет.

— Ты о чем это? — друг сжал плечо принца.

— Я женюсь на ней. И Луар заключит новый договор с Туремом.

— Дхар меня побери, — прошептал Хорн и отступил на шаг. — Не будет ей спокойной жизни в Белом замке, Ордерион. Отец твой обязательно поквитается.

— Я не позволю, — прошипел Ордерион.