Даниэль Рэй – Повелитель Лжи (страница 36)

Захотелось зареветь. Завыть и исчезнуть, чтобы больше не мучиться и не испытывать то, что она давно утратила…

Надежда на встречу с призраком из воспоминаний вновь туманила разум, рисуя в воображении зальтийского принца с коротко остриженными волосами и в черном костюме богов. Именно в таком облике она запомнила его в своем видении когда-то. Не умри он у нее на руках, она бы жила надеждой повстречать его вновь… Но он умер, а ей предстояло жить. И мстить.

– Я буду ждать тебя в детской, – прошептала Рубин, обхватывая лицо сестры ладонями и прижимаясь лбом к ее лбу. – Мы – дочери Дарроу, великого властителя всего Турема. И мы сможем это пережить.

– Воодушевляет, – с гордостью прошептала сестра. – Ты будто точно знаешь, что лучше сказать перед тем, как я отправлюсь на очередное задание, где меня непременно убьют.

Таймер на предплечье показал нули.

– До встречи, – успела произнести она перед тем, как вспышка ослепила Сапфир.

***

Путешествие в новое тело принцесса описала бы словом «радуга». Яркие блики перед глазами сливались в разноцветные полосы и вновь теряли форму, кляксами растекаясь по сторонам. Вспышка света предшествовала судороге от разряда пробуждающего тока.

Рой был настолько милостив, что позволял пару минут провести в теле, молча наблюдая за трудившимся в поте лица служащими, что, по утверждению Фейрана, занимались исключительно тем, что загружали сознание из Сферы в оболочки и отправляли рабов на смертный бой.

Сегодня дежурила старая знакомая Сапфир. Именно эта фейка будила ее в новом теле сразу же после гибели и перемещения сознания в Сферу. Фейран сказал, что люди не должны помнить о том, что с ними происходит в распределителе. Но сознание Сапфир преподнесло сюрприз, и принцесса запоминала все происходящее каждый раз, когда оказывалась там.

После первой неудачной попытки «рождения» в новом теле и нескольких разрядов тока, которыми ее наградили, принцесса догадалась, что в момент пробуждения ей стоит молчать. Как только она утратила силы даже рот открыть, фейка перестала ее синхронизировать и дружелюбно попросила встать и войти в луч света.

Вот и сейчас она указала на появившийся рядом со столом яркий луч белого света и попросила войти в него.

Стараясь не глазеть по сторонам, принцесса неспешно встала и вошла в ослепляющий поток белого свечения. Мгновение спустя ее обнаженное тело воспарило над теплым полом. Появились тонкие черные нити, что оплели руки и ноги. Расползаясь по всему телу, они превращались в слои ткани, липнущие к телу.

В этот раз что-то было не так. Поверх черного костюма должны были появиться металлические доспехи с креплением для меча на спине. Но ничего из этого не было. Сегодня на ней оставили только костюм. На стопах возникли громоздкие ботинки, на бедрах и поясе – крепления для техногенного фейского оружия.

Не то чтобы Сапфир не умела им пользоваться, но в последний раз она держала в руках ионный генератор маны около года назад, и показатели ее результативности на тренировочном полигоне Фейрана не впечатлили.

Оружие как будто из ниоткуда появилось в креплениях на нанокостюме и заметно утяжелило его. Поведя плечами, Сапфир поняла, что вместо меча у нее за спиной плазмотрон. Без Огневержца идти в бой непривычно, но она же все равно не выживет, так какая разница, какое с ней оружие?

Свечение медленно гасло, и тело Сапфир обрело опору. Перед глазами закружились потоки золотой маны, перемещающие принцессу на поле сражения. Кажется, там, где ей предстоит воевать, шел дождь. Она едва не выругалась, когда осознала: ее забросили далеко не в мир маны.

Принцесса оказалась под проливным дождем в мире богов.

Ди

Одинелле всегда казалось, что если в их мире и случится апокалипсис, то такие высокоразвитые существа как люди смогут найти способ его пережить и возродят собственную цивилизацию на обломках старой. Теперь прославленный биотехнолог и создательница миров Одинелла Дарксто́ун-Даваджи́ склонялась к мнению, что какими бы высокоразвитыми себя ни считали люди, гормоны, нейромедиаторы и нейронные связи по-прежнему управляли их поступками и в кризисных ситуациях диктовали самые обычные способы выживания, заложенные в ходе эволюции.

«Бей или беги». Простая схема, не требующая от человека ни морально-этического выбора, ни навыков социальной коммуникации. На тебя напали? Бей в ответ или сматывайся. Хочешь есть? Бей и забирай наживу или бегай по округе в поисках неразграбленных мест.

Были и те, кто погрузились в деградацию с головой и вспомнили, что в кризисных ситуациях неплохо бы и размножиться. От этих Одинеллу тошнило. Пробираясь сквозь руины разрушенного мегаполиса и прячась от летающих дронов и марширующих по уцелевшим дорогам конвоев роботизированных систем, Ди несколько раз столкнулась с попытками насилия.

Одного нападавшего она убила случайно. Он напал со спины, огрев ее металлической трубой по затылку. Одинелла потеряла сознание на пару минут. Очнулась, когда нападавший пытался снять с себя штаны.

Ди не думала. Как учил Дхар, она вцепилась извергу в шею. Хотела немного придушить, чтобы тот потерял сознание, но в ходе сражения сломала тому гортань. Мужчина быстро посинел и рухнул прямо на Одинеллу. Ей не было его жаль. Натягивая спущенные штаны обратно, Ди радовалась, что пришла в сознание до того момента, как выживший из ума ублюдок надругался над ней.

Второго сумасшедшего «маньяка» Одинелла обезвредила той самой металлической трубой, на которой осталось кровь из ее разбитой головы. Прикинув все за и против, Ди посчитала трубу неплохим оружием и прихватила ее с собой. Весьма удачно, потому что уже спустя час ей пришлось вырубить урода, что пристроился на неподвижно лежащей девушке.

Одинелла хотела проверить пульс грязной и полураздетой несчастной, но когда коснулась ее кожи, поняла, что та уже остыла. Гнев и ужас сделали свое дело. Одинелла воткнула железную трубу в грудь лежащего без сознания мужчины, да так и оставила его умирать.

Удаляясь прочь от того места, богиня думала о том, с какой скоростью сама в этих условиях утратит человечность.

Над головой сгущались тучи. Скоро закат, и явно пойдет дождь. Прижавшись к бетонному обломку здания парковки, Ди проводила взглядом одиноко летящий разведчик, который вел видеосъемку местности камерами, вмонтированными в корпус метровой «ласточки». Кто теперь управлял им? Создатели-люди или существа, что пришли в этот мир ради уничтожения и порабощения?

На глаза навернулись слезы. Одинелла одна. Она держит путь к дому и все еще надеется найти там своего ребенка. И с каждым прожитым часом, с каждой минутой задержки ее уверенность, что сын жив, медленно таяла.

Шмыгнув носом, она вытерла слезы рукавом и направилась дальше. Ее путь лежал в пригород. Там, в относительном отдалении от цивилизованной жизни, на берегу озера стоял дом. Дом, который они с Дхаром купили сразу после того, как беременность Ди подтвердилась.

– Это хорошее место, чтобы растить ребенка, – сказал муж, останавливаясь напротив панорамных окон, выходящих на веранду у озера.

Он долго смотрел вперед, пока в смутном отражении не появилась Одинелла. Она остановилась рядом и тоже замерла. Дхар взял ее за руку и сжал пальцы.

– Тебе нравится этот вид? – спросил он.

– Да-а-а, – прошептала Одинелла, глядя, как легкий туман ползет вдоль воды и заволакивает картинку за окнами. – Он потрясающий.

– Согласен, – произнес Дхар, и Ди перевела взгляд на отражение мужа в окне.

Он смотрел на нее. Дхар повернул голову к Одинелле и смотрел на нее.

Дыхание перехватило, и ком в горле оказалось непросто сглотнуть.

Гайнбрады… Так жители пространства, к которому у людей не было доступа до создания первого квантового портала, назвали своих «безымянных» создателей. Так люди поняли, что являются неким эволюционным проектом существ, создавших цивилизацию фейцев.

Однако люди не смогли понять, почему фейцы, явно опередившие в развитии людей, исчезли. Испарились будто за один день. На всех колонизированных планетах сразу. Во всей Вселенной, что существовала параллельно с Вселенной, где жила Ди. Сколько бы люди ни пытались найти фейскую ДНК, все было тщетно. Ее стерли. Разрушили. Развеяли по пространству, не оставив для потомков ничего, кроме карт генома, технологий и записей об истории на фейском языке.

Используя эти сведения, люди хотели разгадать секреты технологий собственных биологических предков. Они пытались воссоздать фейские тела, но все тщетно. Как будто кто-то намеренно удалил фрагмент информации о геноме, позволяющей вырастить фейца в искусственных условиях.

Послание от мира предков звучало так: «Мы исчезли и забрали свои секреты с собой».

Революцию в мире Одинеллы произвело открытие маны. Особая форма материи, согласно сведениям из мира фейцев, являлась неотъемлемой частью их существования. Записи свидетельствовали о том, что на Эндора́не – планете, где зародилась фейская цивилизация, – мана существовала в воздухе и окружала ядро. Многочисленные природные месторождения этой материи позволяли фейцам строить города близ этих источников и использовать ману в быту и промышленности.

Однако Эндоран и другие колонизированные фейцами планеты словно в один момент утратили всю ману, превратившись в безжизненные каменные глыбы с атмосферой, сушей и водными источниками, лишенными всех форм органической жизни. Каким образом они стали стерильными, оставалось загадкой.