Даниэль Рэй – Повелитель Лжи (страница 22)

– Соображаешь, – заулыбался Гронидел.

Галлахер

Король Инайи справился с заданием и уже спустя десять минут оказался перед неприметной дверью в одном из мрачных переулков Драмара.

Он прекрасно различал зеркало щита Гронидела, следующего за ним и его спутницей по пятам, и поражался, насколько принц Зальтии может быть бесшумным.

В памяти всплыл последний бой с богами среди тумана мрака и тьмы, когда Гронидел сражался вместе со всеми плечом к плечу. Уже тогда стало ясно, что за маской шутника и проныры скрывается опытный воин, который звание гонца смерти получил вовсе не за умение наводить на себя морок.

Блудница постучала в дверь черного входа в бордель и приветливо улыбнулась, когда в маленьком круглом отверстии для глаз мелькнул свет.

– Кто такие и что здесь забыли? – прогнусавил охранник с другой стороны.

– Это я, твоя песня ночная! Открывай давай!

– Посетителей через эту дверь не водят! – гаркнул с другой стороны женский голос.

– Песня ночная! — повторила девушка, перестав улыбаться. – Что непонятного?

Застонал засов, и дверь в бордель перед королем Инайи неспешно приоткрылась. На улицу вышла девушка в наряде зальтийской воительницы и осмотрела Галлахера с головы до пят.

– Иди с глаз. – Она махнула на блудницу. – Я сама гостя отведу.

Девица не растерялась. Повернулась к незнакомцу и протянула руку:

– За милость мою поблагодарить не забудь! – Ее пальчики призывно заиграли в воздухе.

– Вали отсюда! – рявкнула охранница и едва не пихнула ее ботинком под зад.

Свое мнение о грубости воительницы король Инайи оставил при себе.

Как только блудница скрылась, зальтийка сложила руки на груди и тяжко вздохнула:

– Где ваш спутник, уважаемый правитель? – выдала она.

– Я не понимаю, о чем вы, – поспешил отбрехаться Галлахер.

Если зальтийка знает, кто он такой и что он должен прийти не один, значит, их план провалился, и теперь Рой устроит им по-настоящему веселую жизнь.

– Принц моего королевства, – перешла на шепот девица и склонилась к инайскому лицу. – Где он?

– Я не…

– Я союзник, а не враг, – перебила его девица. – Мне приказано встретить вас двоих и помочь.

– Дева, да вы бредите. – Галлахер повернулся, чтобы уйти.

– Ну здравствуй, Обринь, – произнес Гронидел и разрушил свою зеркальную иллюзию, престав перед вооруженной девицей в одежде туремского простолюдина. – Давно не виделись.

Она перевела удивленный взгляд на него и нахмурилась:

– Мы знакомы?

– Не помнишь меня? – насторожился Гронидел.

– А должна? – Она нахмурилась пуще прежнего.

– Если не помнишь, значит, не должна, – устало ответил он и толкнул дверь рядом с замершей воительницей.

Охранник, которого ударило по носу, отшатнулся.

– Подслушивать нехорошо, – озвучил принц и скрылся к темноте коридора.

– Кто тебя послал? – Галлахер напряженно изучал лицо девицы, что явно нервничала.

– Мой теневой, – шепотом ответила она. – Не стойте столбом, вашество. Заходите в бордель и следуйте за мной.

Гронидел

– Не могу поверить, что ты жив и здоров! – Тетушка Марго повисла на шее принца.

Она всегда была мила с ним. Но никогда не выражала эмоции столь экспрессивно. Не то возраст брал свое и былая стальная хватка шпионки начинала ослабевать, не то дела вокруг шли настолько плохо, что возвращение Гронидела из мертвых оказалось чересчур радостной вестью для немолодой Королевы Шепота.

– Ваше величество. – Марго отлипла от принца и поклонилась Галлахеру.

Грациозным жестом пригласив его присесть на обитую шелком кушетку, она недобрым взглядом зыркнула на Обринь, замершую у двери. И ничего не сказала. Гронидел нутром чувствовал, как сильно Марго желала выставить девчонку вон, но, видно, теперь в собственном доме греха Королева Шепота правила только теми, кем позволял ей править Рой.

– Ты ни капли не изменился с нашей последней встречи, мальчик мой, – вздохнула пожилая туремка и усадила принца в кресло перед рабочим столом. – Разве что прическу поменял. – Она поморщилась, выражая свое мнение о внешнем облике принца. – Предводителю сопротивления лучше не выделяться из толпы. Ну да ладно. Тебе виднее, как быть.

Брови зальтийского принца и короля Инайи синхронно поползли вверх.

– Мы все на тебя рассчитываем, – продолжала вещать Марго, не отходя от кресла принца и ведя себя так, будто вот-вот кинется целовать его стопы. – Кардаха́р, троюродный брат королевы Марья́м, уже дал слово, что присоединиться к тебе и поведет за тобой своих людей. Король Инайи, как и предсказал Фейран, явился с тобой и поможет тебе в сражениях. Останется дождаться появления Огненной Девы, и тогда мы сможем начать то, для чего фейцы всех нас собрали.

– И для чего они нас собрали? – осторожно спросил принц.

– Чтобы дать отпор врагам, поработившим наш мир, – выдала Марго, едва не рыдая от счастья.

Гронидел откашлялся и мягко убрал руку, в которую вцепилась пожилая тетушка. Он наконец-то понял, что с ней не так. Она смотрела на него не как на сына давней подруги и наставницы. Марго смотрела на Гронидела, как на божество, которому вручила собственную судьбу вместе с судьбой всего мира маны, и ожидала, что по его велению весь ужас войны с гайнбрадами будет окончен, а гнет Роя исчезнет сам собой. И тогда все в мире маны вернется на круги своя и все заживут как прежде.

Принц перевел пытливый взгляд на Обринь, что молчаливо наблюдала за всей сценой со стороны. Почему Фейран не упомянул ее? Кто она? Союзник или враг? Можно ли доверять человеку, которым управляет Рой? И что именно затеял Фейран, раз сыплет подобными предсказаниями направо и налево, убеждая людей возложить все надежды на человека, который уже год, как мертв?

– Ты послан нам самими богами, – внезапно взяла слово Обринь. – Все знали, что ты погиб. Жену твою забрал Рой, а тебя приняли к себе боги. Фейран сказал, что ты обладаешь знаниями, которые способны всех нас спасти. Все, кто принадлежит к сопротивлению в мире маны, присоединятся к тебе. За нами тебе преклонятся и те, кого ты освободишь из рабства. Но перед тем, как все это случится… тебе придется убить короля Марка и занять зальтийский трон вместо него.

Гронидел не выдержал и захохотал. Это же надо! На что способна людская надежда, раз благодаря ей все вокруг готовы верить в сказки пришлого существа, что называет себя Фейраном? Как подло… Как низко он использовал последнее, что осталось у этих людей – их надежду. Ведь если все россказни окажутся бредом и не сбудутся, народ, веривший в них, эту самую надежду утратит. Как умно, и в то же время слишком коварно и жестоко.

– Прошу прощения. – Гронидел прижал ладонь к груди и даже вытер скупые слезы веселья, проступившие на глазах.

Марго заботливо погладила его по плечу, как малое дитя, и со снисхождением закивала:

– Фейран предупредил нас, что сначала ты нам не поверишь. Он сказал, что тебя поведет за собой Огненная Дева и желание спасти ее любой ценой.

Принц поджал губы и отвернулся.

– Что вы знаете о ней? – в повисшей тишине спросил он.

Отсутствие звуков вокруг показалось ему слишком красноречивым ответом. Однако он все равно желал узнать, что же натворила Сапфир до того, как убила его самого.

– Я хочу узнать, что стало с моей женой! – внезапно закричал он и стукнул кулаками по подлокотникам кресла, на котором сидел.

Резное дерево хрустнуло от силы удара и раскололось.

– То все слухи, – подала голос Обринь, не меняя позы усталого наблюдателя. – Им верить нельзя.

– Позволь мне самому решать, во что верить, а во что не стоит, – прогремел его баритон.

Гронидел сжал кулаки, пытаясь унять гнев, охвативший тело. Вены на смуглых предплечьях вздулись, расчерчивая напряженные мышцы и скользя между вспыхнувшими золотым метками силы.

– Расскажите ему, что знаете, – попросил Галлахер, явно осознавая, что принц может сорваться. – Он имеет право знать, что люди говорят о его жене.

Сапфир

Рубин встала и осмотрелась. Они с Сапфир по-прежнему находились на пятачке пространства, окруженного чернеющей тьмой.

– Красивый ковер. – Сестра опустила голову и взглянула на яркие рисунки зальтийского происхождения, которые по краям пространства меркли и расплывались, смешиваясь с тьмой.

Сапфир тоже уставилась под ноги и поняла, что этого ковра не помнит. В малой гостиной Звездного замка пол устилали туремские ковры. Откуда тогда взялся этот зальтийский призрак?

У принцессы закружилась голова, и на мгновение показалось, что кармин на шерсти – вовсе не своеобразный рисунок, выполненный мастером, а брызги крови, испортившие золото и лазурь оригинала.