Даниэль Рэй – Повелитель Лжи (страница 19)

– Женевьева мертва, – прорычал принц и тут же задумался: – Или она тоже живет в Сфере и периодически возвращается в тело?

– Ты верно все понял. Она сведет вас с очень важным для сопротивления человеком.

– Имя у этого человека есть? – Принц от загадочности задания едва глаза не закатил.

– Есть, – ответил Фейран и замолчал.

Галлахер почесал затылок.

– И как нам найти эту Женевьеву? – спросил король.

– Она иногда навещает сестру и сына в их новом доме.

– Какого сына? – не понял Гронидел.

– Она сказала Сапфир, что Джиа́мо – ваш с ней сын, – прозвучал мелодичный голос.

– Что за бред? – сквозь зубы процедил Гронидел.

– Сам у нее спросишь, когда встретишь. Где найти этот дом, подскажет старая подруга твоей матери.

– Тень моего брата сказала, что Джиамо и Рола́на погибли! – Гронидел все-таки подскочил с места.

– Тени твоего брата было положено думать именно так, – заявил Фейран.

Повисла тишина.

– Ты здесь? – спросил Галлахер, но ему никто не ответил. – Ушел, – пожал плечами король Инайи и пригубил медовухи. – Надеюсь, тебе понятно, что нам дальше делать. – Он протянул бурдюк принцу.

– Тварь! – выдал Гронидел, плюхнулся на землю и схватил предложенное.

Выпил, вытер губы рукавом костюма и скривился.

– Твоя бывшая сказала твоей жене, что у тебя от нее внебрачный ребенок? – предположил Галлахер, глядя на поведение принца.

– Похоже, что так, – согласился тот.

– А это правда? У тебя есть ребенок?

Гронидел взглянул на него с такой ненавистью, словно Галлахер олицетворял собой все зло в мире.

– Иногда женщины врут, скрывают правду, – понизив тон, заметил король Инайи. – Если ты был неаккуратен с бывшей, то вполне мог…

– Я был аккуратен! – прохрипел Гронидел и отвернулся.

– Тогда тебе не о чем переживать, – сделал вывод Галлахер и ободряюще похлопал принца по плечу. – При встрече объяснишь Сапфир, что никаких детей вне брака у тебя нет, и все будет хорошо.

– Она отрубила Женевьеве голову, – произнес принц, пряча лицо в ладонях.

Повисла неловкая пауза. Галлахер откашлялся и спросил:

– Сапфир отрубила голову твоей бывшей?

– Да, – буркнул Гронидел.

– Тогда слухи об Огненной Деве не врут, – задумчиво протянул он.

– Какие слухи?

– Что твою жену лучше не выводить из себя.

Сапфир

Тьма Пустоты – и новое погружение. В Сфере можно пережить смерть бесконечное число раз, но по-настоящему никогда не умереть. Сознание пленников должно мучиться не меньше, чем вечность. В этом суть идеального заключения и изощренной пыточной.

Кто в этот раз убил Сапфир? Сестра или хранитель Сферы, что защищает ее разум от вторжения? Ясно одно: принцесса застряла в дрейфе иллюзий, и выбраться из него самой ей вряд ли удастся.

Вдох. Она открыла глаза и увидела перед собой лицо Марка – короля Зальтии. Сапфир хотела что-то произнести, но не смогла. Вместо принцессы ее голосом говорил некто другой.

– Благодарю за помощь, Ара́мий, но я бы и самостоятельно справилась.

– Тебе идет это тело. – Рука короля легла аккурат на ее пятую точку.

Сапфир хотела отбросить ее, закричать, ударить нахала, но не могла даже пошевелиться.

– Мне нравится ее зад, но грудь могла бы быть и побольше. – Руки Сапфир легли на грудь и сжали довольно пышные формы.

– Я могу идти? – раздался голос Женевьевы за спиной.

– Конечно нет! – воскликнул король. – Тебе будет оказана великая честь принять участие в нашем маленьком веселье. – Он схватил наложницу за шею и потянул за собой.

Принцесса против собственной воли последовала за ними.

– Когда все это началось? — спросил голос Фейрана над ухом Сапфир.

– Иди в пекло, – хотелось ответить ей, но она молчала, не позволяя Фейрану выловить ее и поднять из этих глубин.

– Прошу тебя, остановись. Не следуй за собственным подсознанием. Это слишком опасно. Застрянешь на глубине и не сможешь выбраться, — убеждал Фейран, что так долго врал ей.

Феец точно знал, что это за воспоминания, и по происходящему Сапфир уже догадалась, что дальше все будет только хуже.

– Прошу тебя, не надо, — говорил с ней Фейран.

– Что ты скрываешь от меня? Какие игры ведешь?

– Знание не принесет тебе облегчения. То не твои поступки, а чужие. Не нужно на них смотреть. Беспомощность сводит с ума не меньше, чем бесконечные страдания.

– Кто забрал мое тело? И что стало с Женевьевой, которую Марк тащил за собой?

– Я пришел рассказать тебе важные новости. — Голос Фейрана стал заметно тише, что означало, что он вот-вот покинет ее иллюзию. – Гронидел жив.

– Мой муж мертв! – прокричала Сапфир и схватилась за голову.

Картинка вокруг моментально расплылась.

– Я не желаю возвращаться в Пустоту, Фейран! – прокричала принцесса.

– Это так ты рада новости, что твой муж жив? — раздался голос фейского засранца.

Видение исчезло, размываясь пространством Пустоты и чернея отдельными пятнами, что постепенно окружали и обволакивали Сапфир.

– Боги спасли Гронидела. — Мелодичный фейский голос прозвучал громче, прокатываясь волнами по спине принцессы и заставляя ее трястись. — Он только что вернулся из их мира. И да, Гронидел подстригся. Совсем, как в одном из твоих видений.

Сапфир сжала кулаки и подавила приступ негодования.

– Ты всегда говорил, что видения из моего прошлого – это способ ввести меня в заблуждение и расшатать защиту сознания. «Мне очень жаль», – повторял ты, когда речь заходила о Грониделе. И ни разу ты не сказал мне, что он выжил и однажды вернется! – Ее тело содрогалось в гневе. Очень хотелось сжечь все вокруг огнем праведной ярости. – Как боги его спасли? Как они это сделали? Я же видела его бездыханное тело! Он умер у меня на руках!

– Искра, — подсказал Фейран. – Кажется, именно благодаря искре Грониделу удалось сохранить сознание после смерти, а у богов получилось забрать это сознание в свой мир.

– Ты знал, что он жив, – прохрипел ее голос. – Знал и не говорил мне! Позволял верить, что он мертв! Скотина. Ты скотина, Фейран!

– Я могу быть кем угодно, милая. Главное, что ты вынырнула на поверхность и вернулась в Пустоту.

– Так ты соврал мне? – упавшим голосом произнесла принцесса, оборачиваясь по сторонам в надежде найти очертания фигуры в белом фейском наряде.

– Гронидел жив, – поспешил заверить ее ушастый говнюк, образ которого так и не возник рядом. — А теперь соберись и закончи то, что начала.

Сапфир взглянула на часы из маны на запястье. У нее осталось меньше шести часов до следующего задания.