Даниэль Рэй – Катарсис (страница 97)

- Как вы раньше проезжали скопления хищников? – спросила Харди.

- Такого ада я в жизни не припомню, - призналась Ети. – Они, конечно, нападали. Одна стая, две. Ну, может, пять. А в этот раз были сотни стай.

- Трупы привлекли их, - Йона открыл дверь. – Всем, кто едет сейчас по дорогам в Акреон несладко. Ладно, вон делегация бежит нас встречать.

Харди вышла из машины и увидела человек десять, которые неслись через парковку прямо к ним. Все в костюмах ТриОЗА и теплых куртках поверх.

- Сейчас пойдем на дезинфекцию, - Йона оперся рукой о крышу машины. - Потом нас покормят и разместят где-нибудь поспать. Через девять часов выдвигаемся к барьеру Акреона. Когда все колонны окажутся на исходной позиции, мы должны уже быть рядом с барьером.

Люди подошли к Йоне и начали засыпать его вопросами. Они окружили его и повели за собой.

- И когда мы его увидим? – спросила Харди у Ети.

- Через девять часов, - она пожала плечами. – А вот и наш куратор, - она улыбнулась, указывая рукой на седовласого мужчину в потрепанных штанах и куртке, который бежал к ним. – Роман! Привет! – Ети помахала мужчине рукой.

Тот поднял руку в ответ и кивнул.

***

Ребята забрали все свои вещи, снаряжение и пошли на дезинфекцию. Пока Ети заговаривала зубы своему знакомому Роману, Харди размышляла о том, как отмыть свой костюм. Сатин и Тейто вызвались ей помочь. В итоге из зоны дезинфекции все вышли только два часа спустя. Роман проводил всю группу в столовую, похожую на столовую первого уровня в Лире. Только здесь им сразу освободили отдельный стол и дамы с повязками на плечах не только принесли им еду, но и подали кофе каждому. Как только Харди опустошила кружку с кофе, к ней подошла одна из сиделок и попросила следовать за ней.

- А они? – Харди указала рукой на Сатин, Ети и Тейто.

- Мне приказано проводить только вас.

- Да иди уже, - махнула рукой Ети. – Не задерживай уважаемую сиделку!

Сатин подмигнула Харди и засмеялась.

- Ладно, скоро встретимся, - Харди потрепала Сатин по волосам.

Сиделка проводила Харди в командный жилой блок и, открыв дверь одной из комнат, указала рукой, что ей туда.

- Вас разбудят через пять часов, - сообщила сиделка. – Приятного отдыха.

Сиделка скрылась. Харди поставила транспортный контейнер на пол, шлем положила на стол. Осмотрела комнату: кровать у стены с выдвижными ящиками под ней, стол у другой стены, шкафчики над столом, один стул, один высокий шкаф у второй двери, ведущей в совмещенный санузел. Харди сняла с себя все оружие и экзокостюм. Потом облазила всю комнату в поисках камер видеонаблюдения. Камер не нашла, но это не значило, что их там не было. И черт с ними.

Она уставилась на койку, на которой собиралась провести ближайшие четыре с половиной часа. Белье чистое, свежее, все аккуратно заправлено. Возможно, когда-то в этой комнате останавливалась Рейн. Или Йона, или отец Тейто или кто-нибудь еще, кто, по мнению остальных, заслужил проживание в отдельных апартаментах с совмещенным санузлом. Теперь остальные считали, что этой привилегии достойна она. Может, и достойна, конечно, а может быть есть гораздо более достойные кандидаты среди массы людей, которые идут в наступление вместе с ней.

Харди разделась и легла на жесткий матрац. Только и успела, что глаза закрыть, как замок в двери щелкнул. Она выхватила пистолет из-под подушки и направила в визитера.

- Спи, - Йона тихо вошел, запер дверь за собой и начал раздеваться.

Харди спрятала пистолет и повернулась на бок, внимательно наблюдая за ним. Он снял с руки модуль и достал из него батарейку. Разулся, снял носки.

- Это твоя комната? – спросила она.

- Здесь нет закрепленных за кем-то комнат, - начал снимать костюм ТриОЗА, явно новый и чистый, а не тот, в котором приехал сюда.

- Ты отдал Сатин и Тейто комнату, которую подготовили для тебя, - сделала вывод Харди.

- Думаешь, мы не поместимся на этой кровати вдвоем?

Харди пододвинулась и похлопала ладонью по простыне.

– Уверена, что поместимся, - она взбила подушку.

Йона в чистом белье лег на койку. Харди любезно накрыла его одеялом.

- Как выключить эти ночники на стенах? – спросила она. – Я не нашла выключателя.

Он хлопнул в ладоши и свет в комнате погас.

- Мы должны с тобой поговорить, - Харди обняла его и опустила голову ему на грудь. – Не о том, что будет завтра. О нашем прошлом.

- Ты злилась на меня из-за того, что я сразу тебе не поверил? - он поглаживал ее по коротким волосам.

- Нет. Я не настолько глупа, чтобы злиться из-за этого. Я злилась на нас обоих. В первую очередь на себя, за то, что ты смог меня обмануть. Я всегда думала, что знаю тебя, своего мужа, лучше всех, а оказалось, что нет. Ты вел двойную жизнь, а я, агент ТриОЗА, раскусила тебя слишком поздно. Моя беременность подставила тебе подножку. Помнишь тот день, когда я сказала тебе, что беременна?

- Честно говоря, не помню.

- То был ужасный день. Ты бросил меня, подумав, что я загуляла на стороне и залетела от кого-то. Ты не поверил мне, женщине с которой прожил три года. Да, потом ты разыскал меня в городе и попросил прощения. Но чувство предательства никуда не делось. В тот день я поняла, что ты во что-то влез. И приняла решение продолжать быть счастливой женой, а не агентом, сдавшим своего мужа. Я любила тебя. Я очень сильно любила тебя.

- Дело не в любви, Харди, - его рука замерла на ее затылке. – Ты не сдала меня, потому что, не смотря не всю ограниченность твоих познаний о городе и системе, в которой ты варилась, одно ты понимала точно: рано или поздно во всем этом придется поставить точку. Может для кого-то Акреон и был раем на земле, но только не для тебя. Ты видела подноготную высшего общества, которое управляло этим городом, ты охотилась на тех, кто был не согласен с существующими порядками и пытался что-то изменить. И полностью отрицать, что твои жертвы во всем были неправы, ты тоже не могла. Поэтому ты не сдала меня, а не потому, что любила.

- Жестоко, - произнесла она.

- Это правда, Харди. Ты отправилась в Лигу не для того, чтобы найти и вернуть себе мужа. Ты шла искать союзников, рассчитывая, что найдешь своего мужа живым и используешь его. И сейчас ты злишься на меня, потому что твой план был целиком и полностью построен на том, что я все еще буду тебя любить. И наплюю на всех и на вся, чтобы спасти тебе жизнь. Ты злишься, потому что смогла использовать меня, и в итоге вышло, что из нас двоих я отдал за тебя все, а ты приняла этот факт и движешься дальше. Ты забыла, Харди, что любят не за что-то, а вопреки всему. И я люблю тебя вопреки всему. Не надо оправдываться перед собой и, уж тем более, передо мной. Четыре года назад из-за меня ты потеряла все. Я разрушил твою жизнь, хотя ты знаешь, что я никогда не хотел этого. Но факт остается фактом, и если раньше я винил себя за то, что убил твоего мужа, теперь я виню себя за то, что был твоим мужем. Неважно, кто и кого сейчас использовал. Я рад тому, что наконец-то у нас с тобой одна цель и мы вместе идем к ней, - он повернулся на бок и обнял ее. - Я иногда наблюдал за тобой, когда ты приходила к отцу на работу, пытаясь излечиться от своей бессонницы. Я задерживался допоздна и через камеры видеонаблюдения смотрел, чем ты занимаешься. Ты разбирала и заново собирала разработки своего отца. И всегда делала себе черный кофе без сахара. Такая сосредоточенная, целеустремленная, как будто в мире оставались только ты и твоя цель, и никого, кроме вас с ней. Умение идти напролом тебе досталось от отца. И его одержимость тоже. Даже когда мы стали жить вместе, ты никогда не показывала мне эту часть себя. Как будто закрывала ее на ключ и превращалась в заботливую жену, ласковую и нежную Харди Кейн, живущую в идеальном доме идеального города. Иногда меня это бесило. Эта фальшь, которой ты вытесняла все разговоры о том, что творится вокруг. Это молчание, за которым скрывалась вся подноготная службы в ТриОЗА. Как будто возвращаясь домой, ты продолжала работать в поле, только миссией твоей была наша супружеская жизнь. И потом все рухнуло. Ты проверила «витамины» ТриОЗА. Меня поразило, что ты была возмущена не тем, что все вокруг едят транквилизаторы, а тем, что их дают тебе. Как будто уникальная и неприкосновенная Харди Кейн внезапно оказалась такой же заложницей системы, как и все остальные.

- Ты был прав, когда сказал, что женщины, которую ты знал, больше нет, - прошептала Харди. - Она умерла вместе со своим мужем и ребенком. И вместо нее остался какой-то стержень, который оброс новой плотью и отправился на войну, чтобы умереть. И война эту плоть потрепала, она обтесала стержень внутри и отшлифовала его, сделав из меня кого-то, кто лежит сейчас рядом с тобой. И этот кто-то тебя любит, хотя ты и осмеливаешься сказать, что недостаточно сильно. Но на тебя я злюсь не из-за этого. Нет, - она покачала головой. - Я злюсь на тебя за то, что ты позволил моему отцу использовать тебя. За то, что позволил Лазарю захватить Лигу. За то, что ты облажался, а теперь молчишь, не желая это оглашать. Мой муж был самым талантливым и умным программистом в Акреоне. И наплевать, если кто-то скажет иначе. Ты создал «СУАМА». Ты написал Лазаря. И ты, твою мать, ни разу не подстраховался. Не просчитал все варианты. Нет, твоего гения хватило только на то, чтобы что-то создать. Совсем как мой папаша, который мнил себя Богом в раю!