- Он ее знает, но не факт, что откроет ее нам. Ты знаешь, больше всего я боюсь не того, что могу быть фертильным, и не того, что я все-таки стерилен. Я боюсь, что наш ребенок – это случайность, которой не должно было быть. Или он должен был появиться не сейчас. И если это случайность, Харди, то в лучшем случае мы перестанем с тобой существовать друг для друга, а в худшем – нас и ребенка убьют.
- Они сотрут нам память и промоют мозги? – предположила Харди.
- Могут. А могут и убить.
- И что нам делать? Сидеть и ждать?
- Да, - Джей кивнул. – И играть по их правилам. Джей Любер стерилен. Так записано в моей медкарте. Мы решили, что хотим иметь детей, и воспользовались услугами донора. Теперь ты беременна.
- Я записала в карту-опросник тебя, - прошептала Харди. – Я написала, что отец – ты!
- Скажешь, что не хотела афишировать наше положение. Я уже сделал документы о донорстве. Они есть в базе.
- Так вот, куда ты пошел, - прошептала она. – Подделывать документы?
- Сначала я просто шел по улице. Очнулся, когда оказался у Центральной Башни. Тогда-то и понял, что должен очень быстро действовать. Я люблю тебя, Харди. И не хочу, чтобы ты пострадала.
- Давай навестим моего отца. Возможно, он сможет ответить на наши вопросы.
Джей снова закурил.
- Он сейчас дома.
- Откуда ты знаешь? – пробормотала Харди, и Джей вопросительно посмотрел на нее.
– Ты серьезно?
- Джей, над чем ты работал в лаборатории отца?
- Ты не хочешь этого знать, - он выдул дым в сторону.
- Джей…
- Я написал «СУАМА».
Харди сглотнула и отвернулась.
Отец открыл дверь сам. Нельзя было сказать, рад он видеть дочь и зятя в столь позднее время, или он слишком устал, чтобы радоваться, но отец кивнул обоим и предложил им пройти в гостиную, чтобы вместе попить чай.
Не успела Харди присесть в кресло, как отец достал из бара какой-то маленький прибор в виде кубика и поставил его на стол. Прибор замигал красным, и отец присел на диван рядом с Джеем.
- Теперь можем говорить, - произнес он.
- Вы знаете, почему мы пришли так поздно и без приглашения, - Джей внимательно смотрел на кубик на столе.
- Это старая игрушка, - отец наклонился к кубику. – Ты таких не видел. Как самочувствие, Харди? – он улыбнулся. – Обследование показало, что все хорошо, но у тебя токсикоз и меня это беспокоит.
- Кто отец ребенка? – Харди встала, уперла руки в журнальный столик и наклонилась к отцу.
- Ты знаешь, кто отец. И он знает, кто отец. Этого для вас мало? Нужны доказательства?
Джей прижал ладони к лицу.
- Шестое поколение синтетиков, выпущенное восемь лет назад, было создано по технологии, которую мы с доктором Лави опробовали на серии G-LUB. На сегодняшний день в серии G-LUB донорами спермы стали все шестьдесят два экземпляра, оставшихся в живых, - отец взглянул на Джея. – Твой образец я не использовал, но он хранится в лаборатории. Остальные шестьдесят один синтетик являются биологическими отцами для восьмидесяти четырех детей. Эксперимент превзошел все наши ожидания. В шестом поколении синтетиков фертильными были все. В седьмом поколении мы попытались сделать фертильными не только мужчин, но и женщин. Три особи женского пола из пяти тысяч забеременели и родили. К сожалению, этих особей пришлось уничтожить. Их дети растут в приемных семьях. Они здоровы и развиваются согласно биологическому возрасту. В восьмом поколении синтетиков, которое будет выпущено через четыре года, фертильными будут все особи. Таким образом, через четыре года мы победим бесплодие. Вам повезло. Вы были отобраны для третьей фазы нашего эксперимента. Уже двенадцать женщин-чревородок, состоящих в браке с синтетиками шестого поколения, обратились в медицинские учреждения и у них диагностирована беременность. Вы будете первыми биологическими родителями, воспитывающими своих биологических детей.
- Эти эксперименты согласованы с руководством Акреона? – спросил Джей, отнимая ладони от лица.
- Если бы они были согласованы, я бы не включал прибор ради беседы с вами.
- А эти женщины знают, что они беременны от своих мужей? – прошептала Харди, все так же стоя напротив отца в полусогнутом положении и упираясь о журнальный столик.
- Они полагают, что процедура донорского обсеменения, которую они прошли на добровольной основе, была успешной, - ответил отец.
Харди разогнулась, уронила руки и села назад в кресло.
- Одному тебе такое провернуть было бы не по силам, - произнесла она.
- Это сеть, Харди. Она работает до тех пор, пока каждый из ее участников выполняет сугубо свою часть работы. Доктор проводит осеменение. Лаборант протягивает пробирку. Пробирку в криосейф закладывает репродуктолог. Репродуктологу приходит приказ от его начальника заложить в криосейф «пустышку». Доктору приходит приказ взять образец под номером пустышки. Лаборант достает пустышку и протягивает доктору, потому что его начальник – доктор – приказал ее достать и дать ему. Точно так же, как руководителю банка спермы отдали приказ поставить переданный ему образец № 0 в нужную ячейку. Только ограниченный круг лиц знает всю схему и все детали. И эти лица – единомышленники. С появлением восьмой серии синтетиков и их взрослением будет бум. И эта волна накроет весь Акреон. И остановить это уже никто не сможет.
- Зачем кому-то это останавливать? – Харди потерла взмокшие ладони.
- Ты же не дура, Хард. Скажи ты сегодня всему Акреону, что синтетики, чревородки и люди ничем не отличаются друг от друга, что мы способны излечить от бесплодия всех червородок, а главное, всех синтетиков, что тогда будет?
- Революция, - прошептала Харди.
- Да. Это будет революция. И она будет. Но не сегодня. И не в этом году.
- Если руководство узнает, - произнес Джей, - нас всех устранят.
- Как ты устранил тех женщин-синтетиков, которые родили детей, - произнесла Харди, глядя на отца. – Где они рожали? Где вынашивали?
- Они видели сны, - вздохнул отец. – И им не было больно.
- Папа… - Харди покачала головой и отвернулась. – Как ты можешь так спокойно об этом говорить?
- Я говорю правду, - пожал плечами отец. – Мы позаботились о них, и они внесли свой вклад в развитие науки. Тебе их жаль?
- Да, - Харди закивала. – Мне их жаль!
- А тех, кого ты убиваешь, тебе не жаль? – отец казалось просто издевался. – Или те, кто родились и выросли за барьером для тебя не люди?
- Они больны, - ответила Харди. – И они знали, что идут на смерть.
- Вот именно! – воскликнул отец и встал. – Тебе их не жаль, потому что они знали на что идут? А если бы у них не было другого выхода, кроме как идти на смерть?
- Это другое, - скривилась Харди.
- Нет! Это тоже самое. Каждый из нас делает свою работу. Даже Джей не исключение, - отец взглянул на него и присел на диван. – Ты – он указал на него пальцем, - ты лучшее из моих творений. Ты – мой ребенок и я горжусь тобой.
Харди закрыла глаза и выдохнула.
- Значит, наш с ним брак тоже какой-то эксперимент? – спросила она и посмотрела на отца.
- И очень удачный, - кивнул отец. – Представь, что теперь мы можем создавать идеальные пары. Не важно, кем они будут, какие у них взгляды на жизнь, к какой социальной категории они принадлежат. Биология сделает все сама.
- А я? – Харди улыбнулась отцу. – Я тоже один из твоих экспериментов?
- Пока ты не блещешь, - отец хлопнул себя по коленям и встал. – Но я не оставляю надежд.
- Харди? – позвал ее Джей.
Она не сразу ответила. Переваривала слова отца слишком долго.
- Харди? – снова позвал Джей.
- Да? – она подняла на него глаза.
- Пойдем домой.
- Да, - кивнула она. – Да, - прошептала она, стараясь не выдать слез.
Глава 16
Харди пришла в себя и повернулась на бок. На этот раз ее не тошнило, но в туалет все равно хотелось. Рядом в спальне никого не было, и Харди решила, что сама в состоянии добраться до унитаза. Она рухнула на пол и ударилась головой о тумбочку. В спальню влетела Ети.
- Господи, почему не позвала на помощь! Триоза!
- Где Йона?
