Даниэль Рэй – Катарсис (страница 37)

- Ты хочешь, чтобы я поблагодарила тебя за спасение наших с Сатин задниц? – предположила Харди.

- Было бы неплохо услышать от тебя слова благодарности, но я не настолько глуп, чтобы рассчитывать на это, - Йона смотрел ей прямо в глаза. – Имплантаты, - напомнил он.

- Да, точно! – воодушевилась она. – Скажи Ети, что разрешаешь мне установить импланты в руки. Без твоего одобрения она…

- Нет, - отрезал Йона.

- Что значит «нет»? – Харди опешила.

- Я не разрешаю тебе ничего в себя имплантировать. Если ты умрешь от побочных реакций, это будет глупая смерть.

- Вероятность смерти от отторжения крайне мала!

- А от инфекции? Или ты думаешь, что у нас фармацевтическая промышленность так же сильно развита, как и в Акреоне?

Харди потупила взор.

- Спроси разрешения у Лазаря, - произнесла она и добавила: –Пожалуйста.

- Харди, имплантаты ничего не изменят, - Йона встал. – Всегда найдется тот, кто сильнее тебя, умнее, сообразительнее, привлекательнее или моложе. Это бесконечная гонка, и я не советую принимать в ней участие.

- Но спросить-то про имплантаты ты можешь?

- Я уже спросил, - Йона посмотрел на дверь. – И слова Лазаря тебе уже передал.

- Ты не спрашивал! – зашипела Харди. – Ты даже не собирался его спрашивать! Я права?

- Я спросил, - Йона посмотрел на нее.

- У себя самого? – она скривила уголок рта.

- Я не Лазарь, Харди.

- Но ты его правая рука. Почему ты? Почему не Рейн? Не кто-то другой из вашего Совета городов?

Раздался гонг.

- Пора ужинать, - напомнил Йона.

Харди стояла как вкопанная и смотрела на него. Она вела борьбу с собственными демонами и проигрывала ее. Отец не разрешал ей устанавливать имплантаты и считал ее особенной. Она сама считала себя особенной из-за этого. А вчера она поняла, что будь в ее руках имплантаты, она плыла бы быстрее. Она бы все делала быстрее. И тогда бы не пришлось смотреть, как пальцы отпускают лестницу. Не пришлось бы осознать, что она смертна.

- Ты должна научиться вовремя останавливаться, - голос Йона звучал мягко и тихо. – Вчера ты понадеялась на удачу, не оценив риски трезво. Да, если бы ты не рискнула собой, мы могли бы не успеть во второй раз запустить систему. Но ты рискнула собой не ради нас, а из-за своей самоуверенности. Научись вовремя останавливаться, Харди. Потому что меня рядом может не оказаться, а больше ради тебя собственной шкурой никто не рискнет.

- Тогда будь рядом. Ты ведь выполняешь приказы Лазаря? Вот и защищай меня, как он тебе велел. А нотации читать будешь Рейн. Это ее психологическая подготовка трещит по швам. Напомни своей любовнице, что руководителю Лиры не пристало самой допрашивать подозреваемых, особенно если они лучше подготовлены к допросу, чем она.

- Ревнуешь меня к Рейн? – Йона вопросительно изогнул бровь.

- Нет, - Харди приблизилась к нему, обняла за плечи и встала на носочки. – Я ей мщу, - она закрыла глаза и поцеловала его.

- Прекрати, - он отстранился.

- О, да мы не в духе? – засмеялась Харди. – Вчера ты не был против, чтобы тебя трахнули.

- Ты тоже, - ответил он и ушел.

Хард сжала кулаки и зарычала. Он отшил ее только что? Синтетик отшил Харди Кейн? Хрена с два это сойдет ему с рук. Он реагирует на нее. Физиологически он на нее ведется. И она трахнет его еще раз. Сегодня же!

***

«Или завтра», - подумала Харди, доедая кашу.

Тейто и Сатин сидели рядом за столом и молчали. Ети ужинать не пришла. Так же, как и Йона.

- Что делать будем? – спросила Харди у «влюбленных». – Ваши кислые мины всю легенду портят.

- Заткнись, - прошипел Тейто.

- Ладно. Я к себе, - Харди собрала посуду. – Занятий сегодня не будет. И постарайтесь до завтра ни во что не вляпаться.

- Ты тоже постарайся, - Тейто обернулся к ней и показал оскал.

После ужина Хард направилась в свою комнату. Вошла и обомлела. На полу стояли коробки. Харди начала из открывать. Трусы из мягкого хлопка – пятнадцать штук; новые рубашки и штаны по качеству не сравнимые с теми, что были на ней, – пять комплектов; шерстяная вязаная кофта с капюшоном – две штуки; теплая куртка на пуху – одна штука; новые тапочки из кожи – две пары; ботинки из Акреона – одна пара; махровые полотенца – четыре штуки; бритвенный станок и лезвия к нему – один комплект; зубная щетка – две штуки; зубной порошок – десять коробочек; розовое мыло – десять упаковок, и… …пять пачек тампонов и десять упаковок прокладок! Правда самодельных, но все равно это был совсем не тот «самодел», который ей выдали «в заключении».

Кто–то остановился за шторой. Харди сунула руку под матрац и достала пистолет.

- Это я! Можно войти?

Она спрятала пистолет назад и ответила:

- Входи!

Йона согнулся пополам, чтобы влезть в дверной проем и не расшибить себе лоб.

- Подарки открываешь? – он остановился на пороге и медленно разогнулся.

Харди подвинулась и постучала рукой по матрацу.

- Присаживайся! На полу все равно места нет.

Он закрыл все коробки и поставил их одна на другую возле стены. Места стало больше. Потом он присел рядом с Харди и уставился в пол.

- Зачем пришел? – спросила она.

- А нужен повод?

- У тебя всегда есть повод, - пожала плечами она. – Новости по кроту есть?

- Нет. Опрашиваем людей в жилых отсеках, поднимаем записи с камер наблюдения. Ничего. Часть записей, кстати, отсутствует. Например, из столовой. Вчерашняя.

- Я думала, что ты все удалишь? - нахмурилась Харди.

- Тейто успел раньше меня.

- Понятно, - Харди обняла колени.

- Через неделю истекает срок твоей вахты у земледельцев. Где бы ты потом хотела работать?

- В лаборатории Дармоя, - не задумываясь, ответила она.

- Хорошо. Я поговорю с Дармоем.

- А может переселишь меня на второй уровень? – с надеждой спросила Харди.

- Нет.

- Ладно, - она хлопнула себя по коленям. – Хорошо. Можно я рассмотрю твои глаза?

- Зачем?

- Ты - синтетик восьмого поколения и появился здесь три года назад, сбежав из Акреона и добровольно сиганув за барьер, который должен был тебя сжечь.

- Хочешь узнать мой серийный номер? – хмыкнул Йона.

- Да, хочу.

- Его нет.

- Значит, Дармой сказал правду, - она кивнула